Укрощение строптивой, или Ректор, ты попал! - Ксения Никонова

— Не думаю, что она захочет с вами увидеться. Но передам вашу просьбу, — пришлось пообещать мне.

И всё-таки придётся искать подход к этой несносной девчонке. Рано или поздно нам придётся показаться в обществе. Я должен справиться к тому времени.

Пройдя телепортом и выйдя вместо банковской площади рядом с исповедальней, я минуты две озирался вокруг. Где я, и как сюда попал? Чудны дела твои, госпожа светлая богиня.

Со второй попытки я угодил в жаркое и влажное облако, в котором с ужасом признал общественные бани. Пришлось немедленно ретироваться, заслышав плеск воды и женские голоса.

И только выйдя около правительственного здания, я заподозрил, что богиня не виновата в моих злоключениях. До банка было рукой подать, и оставшийся путь я проделал пешком, усиленно размышляя, что стряслось с настройкой моих телепортов?

Путём нехитрых умозаключений выходило так, что кто-то мне помог. И этот «кто-то» напрашивается на ответные санкции с моей стороны. Проверить это будет несложно, есть у меня один простенький артефактик, позволяющий распознать порчу. Но сначала мои дела в присутственных местах. Сниму наконец казённую опеку со своего имущества, а после разберусь, кто это такой смелый на меня порчу навести вздумал.

Пока я мотался по инстанциям, внутри возникло ощущение того, что необходимо срочно проведать, как там моя жена. И моя академия. Оставлять их надолго без присмотра чревато неприятностями.

Три звонка подряд от сестры Чоризо только укрепили нехорошие предчувствия. Последняя расписка по имуществу на сегодня — и срочно назад.

Глава 10

Где я строю планы и навещаю госпиталь

Соседки вернулись только к ужину. Я уже начала беспокоиться, куда это они запропастились? Червячок совести к тому времени прогрыз во мне изрядную дыру, отвлекая от насущных дел.

Оказавшись в комнате, первым делом я скинула пропахшую гарью и испачканную в саже мантию. Ну где там обещанный обед? Мне бы хоть что-нибудь проглотить и в ванну — отмокать.

Обед принесли, когда я уже хотела пойти и устроить ещё один маленький скандал. Прыщавый мальчишка-поварёнок вознамерился выставить все блюда, запечатанные магией от остывания, на наш письменный стол, но я сперва затребовала озвучить, что в меню.

— Луковый суп, печень тиронского оленя с соусом, пирог с форелью и топлёным маслом, салат овощной, отвар из ягод, — бойко протараторил он, не забывая стрелять глазами по сторонам.

— Суп и печень забирай, пусть ректор их ест, — скривилась я.

Терпеть не могу лук. Печень того хуже.

— Эээ… как скажешь, — развернул он свою тележку к выходу.

— Стой! Остальное-то оставь, — милостиво разрешила я и сцапала с плоского блюда кусок пирога, с выпирающей из него начинкой.

Божественный вкус! С голодухи я и суп съела бы, но раз тут такое разнообразие выбора, предпочту пирог.

— Всё, иди, чего встал! — рассердилась я на маленького паршивца, который не преминул заглянуть мне в вырез халата.

— Что ты делаешь сегодня вечером? — ощерившись в улыбке, спросил этот нахалёнок.

— Развлекаюсь с незадачливыми ухажёрами, — угрожающе зажгла я на свободной ладони огонёк.

— Скажите, какая цаца, — обиженно буркнул он, и я спустила одну искру.

Ужалив его для острастки и проводив до выхода из общежития, моя малютка вернулась к мамочке.

Чтобы не терять время зря, я взялась думать над дальнейшими планами, лениво гоняя ароматную розовую пену по купальне.

Сегодняшнее выступление не понравилось милорду явно.

Мне его категоричность в вопросе расторжения брака тоже не понравилась, но мы ещё посмотрим, кто кого.

Так и подмывало оставить ему проклятие, отговорившись тем, что оно оказалось неснимаемое. Прикинув так и этак, с сожалением пришлось отказаться от этой затеи. Зря дала обещание, очень зря.

Ну ничего, при удобном случае можно будет и повторить. Теперь-то я знаю, что оно сработает. Зато у меня появились хоть какие-то деньги. Привычные бытовые мелочи — бельё, средства для красоты и колдовства немало стоят.

Десять золотых, что бы там ни думал милорд, разойдутся очень быстро.

Значит — что? Значит, придётся ему раскошелиться ещё не раз. Он мне должен крупную сумму. Моя свобода стоит очень, очень дорого.

Я высыпала из мешочка серебро и принялась раскладывать его по кучкам. Нервы успокаивает.

За этим занятием меня и застали соседки.

— Диана, откуда у тебя деньги? Ты же только вчера жаловалась, что нечем платить за учёбу?

— Это мне стипендию дали, — выкрутилась я, срочно ссыпая свою добычу обратно.

— Стипендию? — недоверчиво переспросила Сесиль. — Это же только самым талантливым дают.

— А разве я не талантливая?

— Ну… задумалась она, — если дали, то наверное талантливая.

— А как узнать, кому её дадут, а кому нет? — заинтересовалась Анет.

— Спросите ректора, — пришла мне в голову блестящая мысль.

Надо же его чем-то занять, пока я продумываю следующий шаг. Кто же знал, что эффект превзойдёт мои самые смелые ожидания.

Глава 10.2

И пусть не говорит, что я не держу слово. Сняла же проклятие — сняла. Очень хотелось оставить, но я взяла себя в руки — и сняла. Взамен подарила массу незабываемых впечатлений, но и это я ему обещала, так что могу гордиться — слово Дианы Полевой твёрже алмаза.

Я даже домашнее задание сделала. Ну почти. Учебник открыла, во всяком случае. Потом меня клюнуло в палец перо, и я обнаружила под окном семафорящего Шейни. Такой способ передать весточку вполне в его духе, так что я особо не удивилась и поспешила на улицу, чтобы встретиться с приятелем.

— Ты куда? — подняли от учебников головы Анет и Сесиль.

— Прогуляюсь перед сном. Мне лекарь рекомендовал сегодня после обморока, — быстро отговорилась я и побежала наружу.

— Ну? — спросили мы одновременно с маркизом.

— Что ну? Рассказывай, как продвигаются твои дела? Долго нам ещё тут торчать? — нахмурился Шейни.

— Милорд — упёртый баран! — коротко, но ёмко охарактеризовала я источник своих неприятностей. — Но я работаю над решением.

— И как успехи?

— Пришлось подписать этот клятый договор, — неохотно призналась я.

— Что⁈ — завопил Шейни так, что с ближайшего дерева вспорхнула стайка мелких пичуг. — Разве не ради этого мы тут торчим⁈

— Нет, не ради этого. Наша цель — моя свобода. Деньги — приложение к ней.

— Но твоя подпись осложнит нам дело. Зачем ты её поставила? Это Ливартис тебя заставил?

— Никто меня не заставлял. Он отказался выдать нас страже, и я подумала — вдруг так он скорее отпустит меня. Всегда же можно сторговаться, а ему нужны были деньги, он их получил. Зачем теперь этот брак?

Шейни очень внимательно и скептически смотрел на меня.