Ведьмины приключения, или Как Сита охотилась на директора - Екатерина Сергеевна Богданова

Улыбочка медленно сползла с лица директора.

— Давай мы об этом завтра поговорим. Я вижу, что ты поняла масштабы возможных проблем и раскаиваешься в содеянном. Думаю, теперь ты будешь более осмотрительна, — слишком уж по-доброму проговорил Роман моего романа. И даже ругать не стал!

— Так я пойду? — спросила неуверенно.

— Куда? — осведомился Роман.

— Так к себе, в общагу, — объяснила и так очевидное.

— К себе не получится, — развел руками директор. — Твоя комната опечатана, там слишком большая концентрация черной энергии. Тайник был напитан ведьминской силой хозяйки.

Я села обратно. И куда же мне теперь идти? Я что, опять бомжик?

— Пошли домой, горе ты луковое, — сокрушенно проговорил Роман, обошел стол, поднял меня на руки и понес к выходу. — Я и ужин на четверых заказал, так что поживешь пока у меня. Свет выключи, а то у меня руки заняты.

Я на автомате шлепнула ладошкой по выключателю, находясь, мягко говоря, в состоянии эйфории.

Меня опять принесли в шикарную квартиру и усадили за стол в шикарной столовой.

— Подожди немного, сейчас будем ужинать, — проговорил мой герой и вышел.

Мечты сбываются! Ночь провели вместе, а теперь весь день на руках меня носит. Ну и ничего, что ночью мы просто спали, и Ромочка ничего не помнит, а носит меня потому, что ногу покалечила. Пусть привыкает, потом и просто так носить будет.

— Да куда он от нас денется! Конечно, будет, — заявила Лизка, заваливаясь в столовую. — Папа тоже на нашей стороне, я с ним разъяснительную работу провела.

Девчонка просто светилась от радости, и я поняла, что в трудном деле завоевания мужчины моей мечты у меня появились сильные союзники. Да еще и родственники «жертвы».

— Лиза-а-а, помоги накрыть на стол, — это Руслан крикнул из кухни, а Роман уже вносил в столовую большое овальное блюдо, накрытое крышкой.

— Сейчас я буду кушать, сейчас меня покормят, — пропела Лизка фразу из популярного мультфильма, убегая из столовой. Подружка так увлеклась песенкой и изображением вселенской радости, что, размахивая руками, зацепила проходящего мимо Романа, и блюдо полетело на пол. Директор полетел следом, и не знаю, как ему это удалось, но в результате Роман Любомирович лежал на полу, а блюдо стояло у него на груди, и даже крышка не свалилась.

— Я помогу! — вскрикнула, вскакивая.

Вот только я забыла про больную ногу и тоже полетела на пол. Мой герой в очередной раз проявил чудеса эквилибристики, и блюдо было отставлено в сторону, а я заняла его место на груди директора.

— Ты меня точно угробишь, — сдавленно прошипел Роман, перекатываясь и укладывая меня на пол.

— Вы совсем совесть потеряли⁈ Здесь же ребенок! — в дверях нарисовался злющий Руслан Любомирович с нарезанным багетом наперевес.

От воинственного размахивания уже надорванная пленка на багете окончательно разорвалась, и по столовой весело покатились кругляши хлебного изделия.

— Ну что ты за человек-то такой⁈ Вечно у тебя что-нибудь случается! — ворчал Ромочка, вставая и помогая подняться мне.

Усадил за стол и приказал:

— Не шевелись и даже не смотри ни на что.

— Да я-то тут причем⁈ — обидно так стало, я же действительно ничего плохого не сделала! Это все Лизка и ее папочка. А эта мелкая пакостница еще и ухохатывается, сползая по стеночке.

На меня только грозно взглянули, девчонке бросили: «Лиза, собери хлеб», а воинственного братца вытолкали за дверь.

Братья о чем-то вполголоса спорили в коридоре, Лизка, хихикая, ползала по полу и собирала багет, а я с тоской поглядывала на сиротливо жавшееся к стеночке блюдо с вожделенной едой. И ведь знаю же, что в таких блюдах мясо подают, а оно сейчас остынет, а я такая голодная.

— Я тоже голодная, — поведала мне полушепотом вредина, складывая на стол ломтики багета. — А давай мы их ждать не будем.

Лизка притащила блюдо и открыла крышку.

— Ждать не будем, однозначно, — заявила я.

На блюде красовался приличный такой кусок запеченной в духовке вырезки, а по краям маленькие такие молодые картофелинки с аппетитной золотистой корочкой. И все это богатство было украшено свежими зеленью и помидорчиками.

— Так, я за посудой, а ты никуда не уходи, — подмигнула мне племяшка. Вот вредная девчонка!

Лизка убежала, а я осталась облизываться на самый шикарный ужин, о каком можно было только мечтать в такой глуши, как Ведуны. Девчонка вернулась очень быстро, тоже, наверное, впечатлилась видом кушанья. С посудой она мудрить не стала, притащила два стакана, бутылку минералки и две вилки.

— Так, давай есть, пока там папа с дядей выясняют, кто из них больше дедушку позорит, — заявила Лизок, вручая мне одну из вилок.

И правда, ну их всех! Сейчас отведаю королевского ужина и уползу в выделенную мне комнату потихонечку. Лизка в очередной раз продемонстрировала неподражаемую вредность. Выхватывала прямо из-под моей вилки самые аппетитные кусочки. Ведь опять в голове копается и подсматривает, какие ломтики я присматриваю! В результате у нас разыгрался настоящий бой на вилках. И вот сидим мы, поглядываем друг на друга исподлобья и едим ломтики мяса прямо руками, а вилки лежат в сторонке, накрепко сцепившись погнувшимися зубьями.

— М-да-а-а, не зря мы мясо сразу порезали, — доносится насмешливое от двери.

— А меня, знаешь, что радует? У моей дочери давненько не было такого отменного аппетита, — так же насмешливо заявляет Руслан Любомирович.

Мы с Лизой спешно дожевываем то, что уже успели в рот запихать и, как самые приличные девочки, краснеем, вытирая руки о край скатерти.

— Девочки, а вы десерт тоже ручками кушать будете? — вопрошает Лизкин папа.

А Лиза вдруг зажала уши руками, зажмурилась и запричитала:

— Не хочу ничего знать, не хочу ничего слышать, — вскочила и, обвиняющее тыча пальцем в грудь дяди, выкрикнула: — Я теперь из-за тебя никогда ничего с кремом есть не буду!

Лиза выбежала из столовой, а на Романа набросился теперь уже его брат.

— Ты о чем думаешь, извращенец? Все, выбирай: или разбираешься со своей личной жизнью прямо сейчас, — кивок на вжавшуюся в стул меня, — или я забираю свою дочь, и можешь забыть, что у тебя есть племянница!

Руслан вышел, громко хлопнув дверью, и мы с директором остались одни. Роман Любомирович, демонстративно не глядя на меня, расцепил вилки, одну вручил мне и вышел. Вернулся через пару минут с полным набором посуды и накрыл на стол как положено. Вот только я уже есть совсем не хотела.

— Спасибо, я, наверное, пойду, — пробурчала, неуклюже пытаясь встать.

— Сядь, сейчас десерт принесу, — невозмутимо ответил Роман моего романа.

Он снова вышел, а вернулся