Хозяйка дома сироток и генерал драконов - Мия Лаврова

Прихватка походил на радостного пёсика, что не мог усидеть на месте. Если бы у него был хвост, то непременно жизнерадостно и энергично бил бы им об пол.

Вдруг Прихватка резко остановился и, хлопнув себя по лбу, выпалил:

– Самое-то главное! Пойдёмте, пойдёмте!

Я едва успела вытереть ноги и натянуть лёгкие ботиночки, в которых ходила по дому, как Прихватка схватил меня под локоть и потащил через комнату к лестнице на второй этаж. В тёмном коридоре виднелся тусклый свет из-под двери дозорной.

В комнате горела пара свечей. Стоявшие тут ранее кровати отсутствовали, зато половину пространства теперь занимал грубо сколоченный загон, устланный соломой. По нему бегали два диких кролика.

– Когда вы успели это сделать?

– Пока вас не было, мы не теряли времени даром, – произнёс Норм, вошедший вслед за нами.

Бен тоже поднялся с ними и стоял, облокотившись о косяк.

– Вы много для нас сделали, леди Бри. Вот и мы стараемся быть вам под стать.

Я ласково оглядела ребят:

– Вы замечательные, ребята, и вам не нужно кому-то что-то доказывать. Оставайтесь всегда такими же: честными, верными, трудолюбивыми, уважающими себя и других. И мир стократно вас вознаградит.

Последующая неделя пролетела незаметно. Я помогала Дженни по хозяйству, мальчишки принесли с охоты ещё пять кроликов, двоих из которых мы запустили в загон к их сотоварищам.

Трудно описать мое удовольствие от визита к Феркелю. На следующий же день после своего возвращения я понеслась в ратушу. Ох, как же он брызгал слюной, негодовал и тряс жирными ручонками, увидев новый указ с Элингора! Я же ликовала, широко и нахально улыбаясь ему в поросячью морду. Один из двух экземпляров я швырнула ему на стол, после чего удалилась с гордо поднятой головой и победной ухмылкой. Второй указ остался у меня. Ошарашенный моей наглостью Мортикам не смог произнести ни звука. Как рыба, выброшенная на берег, молча проводил меня пустым взором.

Тогда же Вселенная сделала нам ещё один сюрприз в виде маленького кабанчика, наконец угодившего в нашу «волчью яму».

Парни поверить не могли в такую удачу! В тот вечер весь дом был окутан сладостным запахом жареного кабана на самодельном вертеле. Младшие настолько объелись, что некоторые из них задремали прямо за столом. Добродушный Бен разложил для них тюфяки и перенёс каждого, бережно подхватив на руки. Ещё какое-то время старшие вместе со мной просидели за праздничным столом, негромко беседуя и обсуждая планы на ближайшее будущее.

В одну из ночей, отправившись на кухню, чтобы попить воды, я остановилась около дверей и услышала непонятные звуки, доносившиеся со второго этажа. Удивившись, что кто-то тоже не спит столь поздно, решила было проверить, всё ли в порядке. Но, поднявшись на несколько ступеней, замерла: из комнаты раздавались женские гортанные стоны, полные наслаждения и мужское хриплое порыкивание. Вот как… Не стала мешать парочке и на цыпочках вернулась в свою комнату.

Наутро, глядя на сияющие лица Дженни и Бена (что смотрелось непривычно, учитывая обычную серьёзность и молчаливость парня), я всё поняла. Парочка, стараясь не обращать на себя наше внимание, с трудом скрывала нежные переглядывания. Я решила не вмешиваться в их личную жизнь, но деликатно поговорить с Дженни. Если она забеременеет, не будучи замужней, местное общество ей этого никогда не простит.

Прихватка с Нормом навестили кузницу и заказали у Свена небольшую крепкую пилу за пару монет. Ребята не стали спрашивать, откуда у меня деньги, хотя на их лицах промелькнуло любопытство.

Пила была нужна, чтобы спилить небольшие деревья для постройки ограждения вокруг дома. Это бы освободило от нужды каждый день находиться в дозоре. Норм рассказал, что забор раньше был, но однажды, когда наступили морозы, а дрова подошли к концу, детям пришлось по частям разобрать ограду, чтобы было чем топить дом. С тех пор, так как не было ни пилы, ни топора, они жили без забора. – Норм, а где двадцать первый ребёнок?

Парень заметно помрачнел, но ответил:

– Ей было десять. Лиззи пропала как раз в один из дней, когда мы начали разбирать ограду. Вечером она вышла во двор, да так и не вернулась. Мы сразу же отправились на поиски, но нашли только кровь на снегу у самого входа в лес. Тогда стало понятно, что искать девочку бесполезно. После того случая мы и организовали постоянный дозор, который несём по сей день. Волки ещё некоторое время бродили у лесной кромки, будто напоминая нам, оставшимся в живых, о произошедшем.

Рассказ Норма произвел на меня сильнейшее впечатление, прибавив желания поскорее возвести новую стену, в память об утерянном двадцать первом ребёнке детского дома.

Мы трудились не покладая рук: рано вставали, поздно ложились. Даже младшие помогали, таская небольшие брёвна и ветки. Так, слаженно и с настроением мы выстроили забор высотой около метра, закрывающий переднюю часть приюта и оставляя небольшой дворик для прогулок и детских игр. Калиткой послужила одна из дверей нежилых комнат со второго этажа. Из нескольких распиленных досок поменьше соорудили довольно мощный дверной засов, закрепив его доброй дюжиной ржавых гвоздей, найденных в сарае. Спилив ещё пару тонких деревьев, парни соорудили для малышей небольшие качели на распорках. На них тут же выстроилась очередь из любопытных ребятишек. Детки, звонко хохоча от счастья, качались, стремясь достать ногами синее зимнее небо и воображая, что у них за спиной выросли настоящие крылья.

Солнечные дни стали чаще радовать своим теплом. Просёлочная дорога, что вела от нашего дома к городу, стала влажной и скользкой – по ней то и дело пробегали тонкие нити ручейков талой воды. Привычную морозную тишину нарушили весёлые трели возвращающихся птиц и звон пробудившейся ото сна реки.

Первая капель была похожа на несмелые поцелуи, которыми природа пробуждала всё вокруг. Первые травинки пронзили рыхлый снег, а вместе с ними отогрелись и наши озябшие сердца. Пришла весна.

Глава 15

Я стояла на узком крылечке приюта и, прикрыв веки, наслаждалась ласковым солнышком. Вдруг благодатную тишину разорвал