Любовь вслепую или Помощница для Дракона - Маргарита Абрамова

не в силах думать ни о чем, кроме этого набирающего внутри обороты шторма. Мир сузился до прикосновений в полумраке комнаты, до этого невероятного открытия собственного тела.

— Вот так… Расслабься, — его голос был хриплым и властным, и я бессознательно подчинилась.

Я хотела воспротивиться, но с губ сорвался лишь тихий стон, мучительный и сладостный.

Так противоречиво я себя никогда не чувствовала: между желанием убежать и мольбой не останавливаться. И в этот самый миг, когда казалось, что я просто задохнусь от накатившей волны внизу живота, за спиной раздался щелчок.

Дверь отворилась.

Холодный воздух из коридора обжег разгоряченную кожу. Трезвость нахлынула мгновенно, смывая волну сладостного безумия. Я рванулась вперед, выскальзывая из его объятий, оставляя его растерянно стоять с протянутой рукой в пустоте.

— Стой! — прорычал он, но я уже была в коридоре, подхватывая с пола свое полотенце.

Конечно, я не остановилась, а лишь припустила быстрее по холодному коридору, едва не поскальзываясь на каменных плитах. Бежала от него и от себя самой. От стыда, от предательского трепета, все еще жившего в глубине живота, от памяти о его руках на моей коже.

Забежать в свою комнату было невозможно. И запереться в ней тоже. Она находилась слишком близко к его покоям, буквально в двух шагах. Да и неизвестно, в каком настроении сейчас призраки, вдруг снова накинутся.

Зачем они это устроили? Это уже перешло всякие границы обычных проказ. Если бы Армор и вправду был извращенцем, то он мог взять меня силой, и я не смогла бы дать ему должный отпор. Неужели они хотели посмотреть, насколько я отчаялась и готова ли раскрыть свою тайну или лучше лишиться девственности, лишь бы сохранить маскировку?

«Тебе понравится».

Я не ожидала, что мое тело так отреагирует на этого мужчину. Все эти ощущения были мне незнакомы, они обрушились лавиной. Когда на близость намекал Олдман, мне становилось физически дурно, подкатывала тошнота. Когда мы целовались с Артуром, не было и половины того, что я ощутила минутами ранее, лишь легкое волнение.

Армор же просто заполнял собой все пространство, не давил грубой силой, но подавлял своей волей, безмолвно заставляя подчиниться. Может, поэтому все девицы так вились вокруг него. И я, дура, попалась точно так же, поддавшись этому необъяснимому влиянию… Мужчина бы не отпустил… Дракон не выпускает свою добычу…

Если бы дверь не отворилась, то… боялась представить, чем бы все закончилось…

Это был не Зигмунд. Не он открыл дверь. Где управляющий и куда, собственно, делась Глория?!

В полной растерянности, не зная, куда бежать и где спрятаться, резко затормозила. В конце коридора появилась женщина. Призрак. Высокая, с длинными седыми волосами, ниспадающими волнами на белое длинное платье. Она молча поманила меня рукой, указывая на одну из дверей.

Застыла, но что-то интуитивно заставило последовать за ней. В последнее время у меня все чаще не было выбора, и я неслась по течению, слишком бурному, захлебываясь водой с лихвой, не успевая перевести дух.

Комната, в которую мы вошли, была похожа на большой заброшенный чулан.

Она протянула руку, и на ее ладони лежало кольцо. Мой артефакт по изменению голоса.

— Так это вы мне помогли? — прошептала я, с облегчением хватая драгоценную безделушку и тут же надевая ее на палец. Я почему-то была уверена, что это Вестер в последний момент все же образумился.

Она молчала. Слишком пугающий и пронзительный был взгляд, будто она видит меня насквозь. Будто не она стоит передо мной полупрозрачная.

— Спасибо большое, что помогли мне. Как вас зовут?

Но она не торопилась называть свое имя. Становилось жутко под ее молчаливым изучающим взором на морщинистом лице. Я огляделась в поисках хоть какой-то одежды, чтобы прикрыться. Я вся продрогла, в сыром полотенце и босая. Вдобавок в этой комнате было холоднее, чем в остальных. И от женщины веяло холодом, словно северной бурей, которая вот-вот тебя накроет.

Тут было темно, но зрение постепенно привыкало к полумраку, и я начала различать предметы вокруг, а не только ярко светящуюся женщину. Какой-то сундук в углу, быть может, в нем есть одежда. Хотя она была не так важна, как кольцо. Без него мне не вернуться в свою комнату, вдруг Армор где-то поблизости. Если я заговорю, как его помощник, то вряд ли он будет меня хватать и проверять одежду. У него, конечно, есть такая привычка. Тут же вспыхнули воспоминания его касаний… Не время думать о своих реакциях, хотя щеки еще предательски пылали. Нужно думать, как выбираться!

Я же хотела поговорить с «каргой», так вот она стоит передо мной… помогла мне, значит, не такая «шутница», как ее знакомые.

— Поможешь мне в ответ, — пошипела она.

— Хорошо, — сразу согласилась. — Только как?

Но она не стала ничего объяснять, а бесследно исчезла, оставляя меня одну.

— Эй! — позвала ее, но она больше не приходила. — Бабушка… Или как вас…

Не знаю, сколько прошло времени… Минуты тянулись вечностью.

Я сделала неосторожный шаг вглубь комнаты и обо что-то споткнулась, едва не упав.

Нагнувшись и присмотревшись, я замерла. Это что-то большое, угловатое … Оно напоминало формой огромное крыло. Но слишком огромное для птицы… Слишком большое, с металлическим каркасом, угадывающимся под тканью. Вместо перьев — множество закаленных стальных пластин, от самых больших у основания до тонких игл на концах. Они перекрывали друг друга подобно чешуе, создавая гибкую и прочную поверхность.

Это что, крыло дракона?! Механическое, созданное руками человека… Для дракона…

Мысль пронеслась вихрем, отзываясь эхом в дрогнувшем сердце. Но в доме только один дракон…

Генерал потерял крыло?! ***

ГЛАВА 14

Амелия

Я просидела еще немного в этом чулане, просто больше не выдержала холода.

Выглянув в коридор и не заметив ни души, тихонечко, крадучись зашагала в сторону своей комнаты. Каждый скрип половицы заставлял вздрагивать. В сундуке удалось найти старую рубашку, в которой я буквально утопала. Она была велика на несколько размеров, и ее можно было использовать скорее как короткое платье. Поверх бедер для хоть какого-то приличия обмотала свое полотенце.

Логика была проста: если кто-то увидит, можно подумать, что я просто выбежал из ванной, спасаясь от тех же проказливых призраков… Не такое уж и дурацкое оправдание, почти правда…

Я замерла у двери своих покоев, прислушиваясь. В доме стояла оглушительная тишина. Словно я была здесь совершенно одна. Наверное, так и должно быть глубокой ночью, но зная здешних обитателей — и живых, и не очень, — от этой тишины становилось не по себе.