Сделка с драконом. Изобретая любовь - Татьяна Юрьевна Серганова

окруженной высокими елями. Я, запыхавшись, прислонилась к стволу, пытаясь отдышаться. Хэл стоял напротив, тоже слегка запыхавшийся, с румяными от мороза щеками и искрами смеха в глазах.

– Признаешь поражение? – спросил он, приподняв бровь.

– Никогда! – ответила я и, быстро наклонившись, схватила еще горсть снега.

Но на этот раз он оказался быстрее. В два шага преодолев расстояние между нами, Хэл внезапно оказался рядом.

– Сдавайся, Элли, – прошептал он, глядя мне в глаза.

Пальцы… горячие пальцы – и это несмотря на холод, мороз и снег в его руках – коснулись моей щеки. Легкое, почти невесомое прикосновение. Но контраст между холодом и жаром был такой силы, что я приглушенно ахнула. По телу стремительно пробежала дрожь, и дыхание на миг сбилось.

Я застыла, чувствуя, как замедляется время: как ветер затихает среди елей, как искрится снег в лучах заходящего солнца, как бьется мое сердце – то ли от недавней беготни, то ли от чего‑то гораздо более важного.

Хэл не отводил взгляда. В его ярко-синих глазах смешивались смех, нежность и что‑то более глубокое и обжигающе яркое.

– Хорошо, – прошептала я, сама удивляясь тому, как тихо и спокойно звучит мой голос. Снежок уже давно упал из моих ослабевших пальцев. – Сдаюсь.

Хэл улыбнулся – не насмешливо, как раньше, а мягко, по‑настоящему.

– Принимаю твою капитуляцию, Элли. Пора домой. Мороз усиливается, а у тебя и так нос красный.

– Ничего не красный, нормальный нос, – вспыхнула я, накрывая предательскую часть тела варежкой.

Обратный путь занял гораздо меньше времени. Или мне так показалось.

– Составишь мне компанию этим вечером? – спросил Хэл, когда мы вошли в дом, стряхивая липкий снег с одежды и оставляя после себя небольшие лужицы.

Дворецкий, встретивший нас, даже бровью не повел, оставаясь все таким же невозмутимым и серьезным.

– Конечно. У нас же глинтвейн и пирожки, которые обещала испечь Ипполита.

– Тогда буду тебя ждать.

Я побежала в свои покои переодеваться третий раз за день.

Раз у нас сегодня праздник, то одеться надо соответственно. Я успела снять теплые чулки, когда в покои вошла Христиана.

– Вам помочь? – поинтересовалась девушка.

– Да, подготовь мне какое-нибудь платье. Нарядное. А я пока быстро приму душ.

Христиана действительно постаралась. Когда я вышла из ванной, на кровати лежало платье невероятной красоты. Белое с золотом.

Как только я его надела, то поняла, что оно еще лучше, чем думала. Белая основа напоминала чистый снег, сверкающий под лунным светом, а золотое кружево оживало при малейшем движении – будто по ткани пробегали искорки далеких звезд.

Завышенная талия мягко подчеркивала силуэт, не сковывая движений, а длинный шлейф шептал о торжественности момента. Каждый завиток узора на кружеве казался продуманным до мельчайших деталей: на корсете россыпь миниатюрных цветочных мотивов, на подоле изящные геометрические волны, переливающиеся золотом в лучах солнца.

Мои волосы Христиана распустила. Мягкие, блестящие, они струились золотистым шелковым водопадом по плечам и спине. С левой стороны локоны были аккуратно собраны и зафиксированы изящной заколкой с мелкими жемчужинами. Этот легкий асимметричный акцент придавал образу непринужденную элегантность.

К платью прилагались длинные, узкие белые перчатки, изящные серебряные туфельки и веер из пушистых перьев.

Взглянув в зеркало, я почувствовала себя принцессой из сказки.

И мне безумно хотелось увидеть Хэла и отследить его реакцию. Так сильно, что меня даже слегка затрясло от нетерпения.

Дракон ждал меня в холле первого этажа у самого края лестницы. На нем был светло-голубой камзол, который идеально сидел, подчеркивая широкие плечи и узкую талию. Белоснежная рубашка, белый шелковый платок, украшенный брошью с сапфирами. Светлые волосы распущены и уложены волосок к волоску.

Передо мной сейчас был не просто изобретатель Хэл, а самый настоящий дракон из высшего драконьего общества. Настоящий принц из волшебной сказки, которые так любит Марианна. И он ждал меня.

Наши глаза встретились, и Хэл замер. Всего на мгновение – но этого хватило, чтобы я заметила: его дыхание сбилось.

Мужчина медленно оглядел меня – от кончиков серебряных туфелек до заколки с жемчужинами в волосах. Взгляд скользил неторопливо, будто он боялся пропустить хоть одну деталь: как переливается золотое кружево на белом шелке, как мягко струятся волны волос, как трепещут перья веера в моих слегка дрожащих пальцах.

Я поймала его взгляд – и внутри все сжалось. В этих ярко‑синих глазах было что‑то новое: не привычная насмешка, не игривое любопытство, а… изумление.

– Ты… – начал он и запнулся, будто слова вдруг стали слишком тяжелыми.

Дракон судорожно вздохнул, подбирая слова и внимательно наблюдая за тем, как я медленно спускаюсь к нему. Шаг за шагом. Все ближе и ближе.

– Ты выглядишь… безупречно, – наконец произнес он.

Это «безупречно» звучало больше, чем просто комплимент. В нем слышалось что‑то глубокое, личное, что он пока не решался озвучить, а я так боялась и мечтала услышать.

Я почувствовала, как кровь приливает к щекам. Не от смущения – от острого осознания: я ему нравлюсь. Не просто «нравлюсь» в легком, шутливом смысле, а по‑настоящему.

Мужчина сделал глубокий вдох, делая несколько шагов вверх мне навстречу.

Когда он заговорил снова, голос звучал ровнее, но в нем все еще звенела непривычная хрипотца:

– Если бы я знал, что ты будешь так шикарно выглядеть, то каждый вечер устраивал нам Новый год.

– Этот праздник тем и прекрасен, что длится один день. Особенный день. Раз в году.

– Думаешь, приестся? А я так не думаю. – Он протянул руку. Не для того, чтобы коснуться, а поддержать и помочь пройти оставшиеся ступеньки. – Уверен, что рядом с тобой каждый вечер будет особенным.

Не могу не признать, что мне приятно было это слышать, а еще… страшно.

– Хэл, – мягко укорила его. – Мы же договаривались, что ты не будешь пытаться меня очаровать.

– Договаривались, – согласился дракон. – Но знаешь, любое соглашение можно пересмотреть и внести изменения.

– Пересмотреть соглашение? – переспросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Это звучит как попытка обойти правила.

Я думала, что Хэл отступит, переведет все в шутку, но этого не произошло.

– Не обойти, – поправил он тихо, неотрывно смотря в глаза. – Внести поправки в свете новых обстоятельств.

– И какие же это обстоятельства?

– Мы, – просто ответил дракон.

И это короткое слово прозвучало как взрыв, от которого внутри все оборвалось, а сердце забилось как сумасшедшее. Голова закружилась, и весь мир будто растворился, сосредоточившись на этом моменте и на нас.

Я почувствовала, как румянец вновь окрашивает щеки в алый цвет, голова закружилась и дыхание сбилось. Внутри боролись два чувства: желание согласиться, поддаться этому теплому, волнующему моменту, и страх. Страх потерять то хрупкое