Игра на двоих - Татьяна Тальская

Мне не нужна в жизни такая «приправа», как Илья Мельников. Я не девчонка, которую можно впечатлить красивыми глазами и запахом парфюма. Мне не нужно, чтобы начальник в офисной сауне доводил меня до дрожи, чтобы я почувствовала себя живой.

Я взрослая. Я все понимаю. Но, блин… «начальник в офисной сауне» — даже от одной мысли меня накрывает.

У меня проблемы. Я только-только начинаю собираться в целое… А если полезу в эту историю, то откачусь назад. Катастрофа на подходе.

— Тебе он нравится, да? — вдруг спрашивает Рита и возвращает разговор ко мне.

— Кто? — делаю вид, что не понимаю.

Рита и Даниил закатывают глаза.

— Илья Мельников, — говорит сосед.

— Я его не знаю. И почему вы весь вечер мусолите одно и то же?

— Ладно-ладно, — Рита делает круглые глаза.

Мы продолжаем есть.

— Завтра же корпоратив, да? — спрашивает Рита, явно меняя тему.

— Просто фуршет в офисе. А у вас что?

— Я ночую у Леши, — отвечает Рита.

— А я поеду к родителям на пару дней, — говорит Даниил. — Маме сейчас тяжело.

— С ней все нормально? — спрашиваю я.

Он вздыхает.

— В этом году у нее онкология была. Вытащили, но сил мало. Поеду помогать: подарки, уборка, готовка. Папа у меня в этом плане бесполезный.

Я мягко накрываю его руку своей.

— Ты хороший, правда.

Даниил улыбается, но в глазах усталость.

— В этом году я один. Сестра на службе, домой вернется только в феврале.

— Она у тебя во флоте, да? — уточняю я.

Он кивает с гордостью.

— Да. Она вообще огонь. Если надо, легко меня уложит.

Мы смеемся.

— А ты же собиралась на Новый год накрыть стол здесь для брата и сестры? — напоминает Рита.

Я киваю.

— Тогда это звучало как неплохая идея.

— А сейчас уже нет? — усмехается Даня.

— Я даже не думала, что готовить. У меня мозг уже не тянет, — морщусь я.

— Слушай, я уезжаю всего на два дня, потом вернусь и помогу тебе все подготовить. Я домой поеду только тридцать первого, успеем бóльшую часть сделать заранее.

— Не надо, — улыбаюсь я.

— Да брось. Что мне еще делать? Дома больше двух дней — и я вою. Зато придумаем меню под хорошее вино.

Мне радостно. Я благодарна за таких друзей.

— Рит, а ты как Новый год проведешь?

— Буду судить бои между родственниками, — вздыхает она. — Казалось бы, родители развелись, шоу должно было закончиться. Но нет. Они находят новых партнеров, и я получаю два цирка сразу. Со львами и тиграми.

Мы смеемся. Даниил поднимает бокал, мы чокаемся.

— За Новый год — главный семейный аттракцион!

— За Новый год!

Одиннадцать утра. Я сажусь за стол с кофе, и тут звук почты.

Илья Мельников.

Катя, нужна встреча с IT-командой. Все ко мне в кабинет через 30 минут.

И.М.

— Вот… — выдыхаю я и встаю.

Захожу в соседний кабинет.

— Стас, ты видел письмо от Мельникова?

Стас поднимает голову от монитора.

— Я еще не смотрел. Сейчас. — Открывает почту и кривится. — Ага. Видел. Думаешь, это из-за падения системы на прошлой неделе?

— Ну, конечно, из-за этого, — закатываю глаза. — Я сегодня вообще не готова к разборкам.

Стас тяжело выдыхает, в дверях появляется Юра.

— Вам тоже пришло?

— Ага.

Мы переглядываемся. Когда тебе лично пишет Илья Мельников «ко мне через полчаса», это не «зайди на чай». Это «сейчас будет больно».

— Если он на меня сегодня наедет, я пошлю его куда подальше, — шипит Стас.

— Куда именно? — усмехается Юра.

— В то место, где у него обычно голова, — бурчит Стас.

— Да-да, герой, — Юра хлопает его по плечу. — Схема стандартная: Катя говорит, мы киваем.

Трусишки. Прекрасно! Именно этого мне и не хватало.

Через полчаса мы поднимаемся на верхний этаж. В приемной улыбается Марина.

— Привет! Проходите, он вас ждет.

Мы снова переглядываемся.

— Шикарно, — выдавливаю улыбку, расправляю плечи и иду внутрь, заранее готовясь к удару.

Мельников слабым не бывает. И это проблема.

Стас стучит.

— Войдите, — раздается низкий голос.

— Ну все, — шепчет Юра.

Я еле сдерживаю улыбку. Смешно, насколько пацаны его боятся.

Мы заходим. Илья сидит за столом. Откинулся на спинку кресла, подбородок чуть поднят — поза, которую я хорошо знаю. Он не просто злой. Он в бешенстве.

— Вызывали? — спрашиваю я.

Он показывает ручкой на переговорный стол.

— Сядем там.

Я выдыхаю. Ненавижу этот стол.

Он встает, одним движением расстегивает пиджак, снимает и кидает на спинку кресла. Темно-синий костюм, белая рубашка… и все сидит идеально.

Да, спасибо. Именно то, что мне сейчас надо видеть. Волосы падают ему на лоб, глаза — ярко-синие. Было бы сильно легче, если бы он хотя бы иногда выглядел похуже.

— Разговор про отключение системы на прошлой неделе. — Он хлопает по столу распечатанным отчетом.

Фантазии о моем красивом начальнике как ветром сдуло. Соберись.

— Я так и думала, — бурчу я.

— Объясните, — говорит он.

Я открываю рот…

— Не ты. Юра, — отрезает он.

Юра и Стас нервно переглядываются.

— Мы загружали новую систему в админку… и, чтобы ее подключить, нужно было прописать новый код в шлюзе доступа…

Илья слушает, держа ручку в пальцах.

— Мы не учли, что этот код перезапишет настройки на весь офис. И система упадет по всему зданию.

Илья смотрит на Юру спокойно, почти безэмоционально.

— Почему не учли?

Юра пожимает плечами.

— Разве не за это вам платят? — голос Ильи ледяной. — Чтобы айтишники видели катастрофу до того, как она случится?

Юра делает попытку что-то сказать, потом закрывает рот. Взгляд мечется ко мне, ища поддержки. Я улыбаюсь в ответ: держись.

— Не смотри на Катю. Смотри на меня. Кто конкретно из вас троих загружал систему?

— Я согласовала, — отвечаю я.

— Я не это спросил. — Его голос резко становится жестким. — Кто загрузил?

Ну, конечно.

— Я, — почти шепчет Стас.

Илья резко откидывается на спинку и прожигает Стаса взглядом.

— Скажи мне, Стас… сколько сотрудников «Мельников Медиа» работает в этом здании?

Стас сглатывает.

— Около двух тысяч, Илья Сергеевич.

— Две тысячи сто семьдесят один, — отрезает Илья. — А теперь подумай, сколько стоит час работы такого количества людей?

Стас начинает потеть.

— Илья Сергеевич, при всем уважении… — начинаю я.

— Катя. Не. Перебивай. — Илья повышает голос так, что мы все сжимаемся. — Только по этому зданию — семь миллионов четыреста девяносто тысяч рублей в час. — Он стучит ручкой по столу. — Умножим на три часа без компьютера.

Мы молчим. Мне хочется провалиться сквозь землю.

— Двадцать два миллиона четыреста семьдесят тысяч, — произносит он и смотрит на