Наследница иллюзии - Мэделин Тейлор

давая себе времени подумать о последствиях, я поднимаю старый том и запихиваю его в сумку, прежде чем продолжить путь. Мои шаги почти бесшумны на мягком ковре, когда я скользю между стеллажами, надеясь выбраться, не привлекая внимания придворных. К сожалению, вместо того чтобы пройти к ближайшим столам, они остаются у двери, перекрывая выход.

— Он правда так сказал? — спрашивает леди Наоми, пока я ищу способ проскользнуть мимо.

Я не удивлена, увидев её и лорда Даркуса рядом с Бриджид. Все они дети членов Совета и с детства сопровождают родителей во дворец, всегда держась вместе. Когда-то я пыталась стать частью их круга, мы ведь почти одного возраста, но они никогда не принимали меня.

Назвав меня своим питомцем, Бэйлор фактически отрезал меня от остальных высших фейри, известных своей надменностью. Питомец не равен им. И слухи о моём сомнительном происхождении только усугубили положение. Хотя лорд Найджел Померой никогда публично не отрицал, что я его дочь, ходят разговоры, будто моя мать была изменницей. Я слышала, как придворные шепчутся у меня за спиной.

Бастард.

Дочь шлюхи.

Бриджид сияет от восторга, энергично кивая подругам.

— Дядя Калдар сказал, что король собирается объявить свою новую невесту на балу в честь годовщины.

Я закатываю глаза, сомневаясь в правдивости её слов. Калдар давно настаивает на новой королеве после смерти Леоны, но Бэйлор никогда не проявлял к этому серьёзного интереса. Прошёл всего год.

— Разве не слишком рано? — спрашивает Даркус, озвучивая мои мысли.

— Он что, должен скорбеть до конца своих дней? — в голосе Бриджид звенит капризная раздражённость, пока они проходят дальше в комнату, наконец освобождая проход и давая мне шанс выбраться. — Он готов двигаться дальше. К тому же, не его вина, что она так и не родила ему ребёнка.

Я хватаюсь за ближайшую книжную полку, впиваясь ногтями в дерево, чтобы не поддаться внезапному желанию схватить её за голову и разбить о камин. Мне нужно выбраться отсюда прямо сейчас, пока я не натворила того, о чём пожалею. Осторожно, на цыпочках, я двигаюсь по скрипучему полу, стараясь не привлечь внимания, направляясь к двери.

— Ты правда думаешь, что он может выбрать тебя? — в голосе Наоми сквозит плохо скрытая зависть, когда она с Даркусом устраивается на одном из мягких диванов.

Бриджид усмехается, прислоняясь к столику.

— Скажем так, мы проводим вместе много… очень близкого времени.

— Ты с ним спала? — Даркус ахает, подаваясь вперёд, его глаза расширяются.

Я замираю. До двери остаётся всего пара шагов, но я не могу заставить себя сдвинуться с места. Мой взгляд прикован к лицу Бриджид, когда она демонстративно оглядывается по сторонам. Остальные наклоняются ближе, жадно ожидая ответа.

Её выражение становится самодовольным.

— Много раз.

Компания взрывается визгами и восклицаниями, но моя реакция совсем иная.

За всё время, что мы были вместе, несмотря на все его преступления против меня, Бэйлор ни разу не изменял. До этого момента. Он чувствует дистанцию, которую я выстроила между нами за последний год? Замечает, что что-то изменилось?

Я жду, что во мне вспыхнет ревность, но нет даже искры. Это признание должно было бы разбить меня. Несколько лет назад — разбило бы. Но сейчас в груди пусто, в горле ничего не сжимается.

Я не чувствую ничего.

И это осознание зажигает во мне слабую искру надежды. Никогда бы не подумала, что буду рада отсутствию чувств. На губах появляется улыбка — невидимая, но настоящая. Возможно, я наконец перестала оплакивать фальшивую любовь.

— А что насчёт призрака? — спрашивает Даркус, поёживаясь, произнося это имя. — Все знают, как он привязан к своему драгоценному питомцу.

— Тсс! — Наоми шлёпает его по руке, нервно оглядываясь. — Призрак может быть где угодно. Я не хочу оказаться в её списке на убийство.

Бриджид заливается смехом, и Даркус тоже усмехается, хотя его лицо слегка бледнеет, когда он косится на дверь.

— Ты слышала, что она сделала с лордом Варишем? — спрашивает он. Стыд поднимается во мне при упоминании человека, которого Бэйлор заставил меня убить.

— Не произноси имя этого предателя, — резко говорит Бриджид. — Он получил по заслугам.

— Конечно, — в унисон отвечают они, энергично кивая.

Нет сомнений, что их бурная реакция продиктована страхом закончить так же, как Вариш. Даже среди друзей нужно тщательно следить за словами. Неважно, что он не был предателем и говорил правду о своей дочери. Если Бэйлор решает, что кто-то виновен в измене, никто не смеет ему возражать.

— Вот именно поэтому призрак мне не соперница, — заявляет Бриджид. — Никто не посадит на трон жестокого бастарда. Поверьте, она ничто. Она даже больше не может его удовлетворить.

Значит, он всё-таки заметил, что между нами что-то изменилось. И всё же в поведении Бриджид сегодня есть что-то странное…

Её наряд не соответствует её обычному стилю. Платье тёмно-бордовое, цвет, который совершенно не идёт к её светлой коже, и разительно отличается от того, что она обычно носит. Придворные предпочитают пастельные оттенки, как нежно-розовый наряд леди Наоми или жёлтый камзол лорда Даркуса.

Но дело не только в цвете. Глубокий вырез сидит на ней неловко, а разрез на бедре куда откровеннее, чем я когда-либо видела на ней. Это больше похоже на то, что носила бы я. Если подумать, оно подозрительно напоминает одно из моих платьев… Она что, украла его?

Это объяснило бы, почему оно так плохо на ней сидит. Моё тело — это сочетание изгибов и натренированных мышц, результат бесчисленных часов тренировок. У Бриджид же фигура стройная, почти хрупкая — именно такая, какая сейчас в моде среди высшего общества.

Я прикусываю губу, сдерживая смех. Неужели так она и привлекла внимание Бэйлора? Подражая мне? Не знаю, стоит ли мне аплодировать ей или пожалеть. В любом случае, я рада, что её старания принесли результат. Пусть забирает Бэйлора, если это даст мне свободу.

Лёгкие шаги быстро приближаются, привлекая внимание всех к двери. Морвен врывается в комнату, её щёки раскраснелись. Она замирает, заметив собравшихся придворных, и её взгляд сразу падает на ту, с кем она больше всего не любит пересекаться.

Леди Наоми.

Морвен и Уоррик — дети от связи их смертной матери с богатым высшим фейри, который, по совпадению, является отцом Наоми. Несмотря на то что они сводные сёстры, Наоми никогда публично не признавала этого родства. Более того, она делала всё возможное, чтобы уничтожить любую надежду на семейную связь между ними.

— Прошу прощения за вторжение, — тихо говорит Морвен, приседая в реверансе и опуская взгляд. — Вы не видели леди Айверсон? Его