Чудов в Новый год - Кэти Свит

Редкие жаворонки, а это в основном молодые родители, сонно бредут по тротуару. За руль рискуют садиться только самые смелые.

Я, например.

Пока еду, думаю о своей Вере, и чем глубже погружаюсь в мысли, тем сильнее убеждаюсь, как же вовремя судьба мне ее послала. Год назад подобный подарок я бы не оценил.

А вот вчера…

Вчера все было сделано самым лучшим образом и я ни о чем не жалею. Единственное, пожалуй, нужно было с Илонкой чуть раньше развестись.

Поскольку ненависти к своей официальной жене я не питаю, то не предложить разойтись миром ей не могу. Пожалуй, перед этим мне нужно проконсультироваться со своим адвокатом и выяснить, как максимально быстро и грамотно разорвать свой брак с Илоной.

И заключить новый. С Верой.

Не собираюсь я ее отпускать!

Я четко чувствую, что нашел свою женщину и это знание не дает мне покоя. Так тепло и хорошо на душе, словами не передать как!

Это когда крылья вырастают за спиной, когда ты ощущаешь силу и уверенность в дорогом тебе человеке, когда ты знаешь, что чего бы ни случилось в жизни, ты никогда не будешь один.

У тебя есть тыл. Надежный и мощный. Место, куда можно прийти в любом состоянии и где тебе будут рады.

Те, кто любит ТЕБЯ.

— Ромео, готов? — у подъезда меня уже ждет Андрюха. Он согласился приехать и помочь.

Мне одному стремно вламываться в квартиру Веры. Боюсь, при виде ублюдка не смогу сдержать злость и наваляю ему по полной.

— Всегда готов, — ухмыляюсь.

Пожимаем друг другу руки, я домофонным ключом открываю дверь в подъезд. Заходим.

Лишь когда мы поднимаемся на лифте на нужный этаж, понимаю, что забыл в машине все свои телефоны.

Решаю не возвращаться. Нет смысла.

Вера с Дашенькой в доме, у них все нормально. В конце концов, Егорыч рядом. Если что, в обиду моих девчонок не даст.

А остальные дела подождут.

Открываю дверь ключом Веры и первое, что бросается в нос, так это ужасный запах. Аж слезятся глаза.

Спертый жаркий влажный воздух ужасен. Олег что, совсем не проветривал?

— Есть кто живой? — произношу громко, переступая порог.

В ответ полнейшая тишина.

— Мож он ушел? — Андрей высказывает предположение.

Киваю в сторону стоящих у двери мужских ботинок.

— Как бы не так, — хмурясь, окидываю квартиру взглядом. Здесь полный бардак.

— Ты как хочешь, а я, пожалуй, пойду открою окно, — заявляет Андрей и прямиком направляется на кухню. — Твою ж мать! — выдает, только переступив порог.

— Что там? — подаюсь вперед.

— Слушай, он больной на всю голову, — друг не сводит взгляда с пола и мне становится интересно что же там. Не разуваясь, спешу к нему и застываю рядом.

— Капец придурок, — выдыхаю.

Весь пол на кухне усыпан крупой, чаем, мукой, специями и всем, что находилось в шкафу. Такое ощущение, что вскрыли каждую банку и высыпали на пол.

Ковер в воде, все в воде… Кофе растворился, чай лишь прибавил окрас, а мука… Она тупо все завершила.

— Этому дому нужен ремонт, — комментирует Андрей.

— Этому дому нужен нормальный хозяин, — добавляю.

Переглядываемся с ним и недобро ухмыляемся.

— Тоже думаешь, что не спроста? — щурится Лебедев.

Он МЧСник и прекрасно разбирается в том, что творится сейчас в городе. И поэтому уж кто-кто, а Андрюха не удивлен увиденным.

— Уверен, — киваю.

— Вот и я, — настроение становится только хуже.

— Пожалуй, Вера пусть на даче какое-то время живет, — вдруг заявляю.

— На какой даче? — раздается за нашими спинами мужской голос. Оборачиваемся с один миг.

Встречаемся взглядом с изрядно побитым мужчиной.

— Андрей? — удивленно говорит тот.

— Олег, — недружелюбно отзывается Лебедев.

— Это кто? — с нажимом спрашивает, смотря на меня.

— Что здесь происходит? — игнорируя его вопрос, задаю свой.

— Да, — отмахивается.

— А если серьезно? — вопросительно выгибаю бровь и не свожу с бывшего мужа Веры внимательных глаз. Лебедев тоже.

Он сначала хочет отшутиться или отмазаться от нас, но затем, под тяжестью взгляда уступает.

— Мужики, это не я, — коротко поясняет, окидывая рукой весь бардак.

— Да мы уж поняли, — недобро усмехаюсь.

— Олег, ты либо рассказываешь правду, либо я вызываю ментов, — жестко отрезает Андрей. — Они церемониться с тобой не станут, сам знаешь.

На кухне повисает гнетущая тишина, нарушаемая лишь каплями воды из трубы или крана.

— Хрен с ним, — машет рукой Олег. — Все равно узнаете, — недовольно поджимает губы. — Идите за мной, я все расскажу.

И с этими словами он уходит с кухни.

Переглядываясь с Андреем, одновременно пожимаем плечами, но вместе с тем направляемся за хозяином квартиры. Пусть уж потрудится и объяснит, во что он ввязался и есть ли угроза для Веры.

— Понимаете, — говорит спустя несколько бесконечно долгих минут. — Чуть меньше года назад я проиграл существенную сумму денег в карты, — начинает говорить и от этого предложения мне все становится ясно.

Олег все рассказывает и рассказывает, открывается перед нами, ищет жалость, но только не находит. Чем дольше жалуется и сетует какая у него, несчастного, трудная жизнь, тем сильнее нас от себя отворачивает.

Хрен бы с ним, если б просто взял и проиграл. Или бы просрал крупную сумму, которой обладаешь… Взрослый человек, что ж с него взять? С кем, как говорится, не бывает?

Но ведь Олег поступил совершенно иначе. И сейчас он окончательно закапывает себя.

Ублюдок оказывается и вовсе дурак. Он, желая отыграться, только сильнее ввязывался в долги и тем самым топил себя с каждым разом.

И вот, когда он окончательно понял, что не выберется, не нашел ничего лучше, как взять и сбежать. А когда закончились деньги, вернулся.

— Слушай, чем думал вообще? — у меня тупо нет слов.

— Да чем ему думать, — плюется Андрей. — Ох, вот же и дурак ты, Олежа!

— Дурак, — кивает. Чуть не ревет.

— Они тебя нашли, значит, — пытаюсь, но не могу скрыть презрение.

Как же противен он мне… Капец!

А еще, называется, соперник.

— Нашли, — снова кивает, чем напоминает собачки на “торпеде”, что были некогда в моде. Он в полнейшем раздрае.

Переглядываемся с Андреем. Ни он, ни я не дураки и прекрасно понимаем, что если Олег не отдаст проигранные деньги, то доберутся не только до него, но еще и до Веры и Даши.

— Сколько должен? — спрашиваю ублюдка в лоб.

— До х, — кхм. — До хрена.

— Сумму, — нажимаю.

Называет.

— Ни х… хрена ж себе! — смачно выругивается Андрей. Мои мысли с ним полностью совпадают.

— Значит так, — говорю, принимая