Антагонизм - Натали Ният

Я знаю, мамочка очень обижена на меня. Как я могла? Я ещё маленькая, чтобы краситься. А эти дурацкие косы! Мне так стыдно!

Бегу исполнить её просьбу. Потом старательно помогаю ей поставить сметану в холодильник, потом несу её тапочки, потом спрашиваю:

— Мамочка, будешь чаёк?

— Нет, Линда, не буду. Мне не хочется.

Господи, моей маме досталась самая противная дочь на свете!

Глава 25

Глава 25

Вечером мы с мамой стирали белье в бане. На улице моросил мелкий дождик, было холодновато. Но в бане было жарко, мы даже чуть приоткрыли дверь. Было уже темно, часов восемь вечера, и тут промелькнула быстрая тень. Потом кто-то широко открыл дверь. Как оказалось, это был папа.

— Рая, мама умерла, — сказал он взволнованно.

Мама отложила в тазик мокрую рубашку, которую держала в руках.

— Когда?

— Только что.

— При тебе?

Меня тоже очень волновал этот вопрос. Я хорошо помнила разговоры о смерти ведьм, что им необходимо кому-то передать свою силу.

— Нет, она сама умерла. Во сне. Отец сказал. Он только что заметил.

— Что будешь делать? — спросила мама.

— Не знаю, пойду сейчас обо всем договариваться.

— Хорошо, я позвоню матери.

Смерть — это плохо, это страшно. Я знаю об этом, все так говорят. Но мне не было плохо или грустно. Следующие несколько дней у нас в доме царила суматоха. Бабуля и Тася проводили у нас много времени, помогая маме. Готовилось много еды, приходили разные гости, чтобы попрощаться с бабушкой. Приходили наши соседи, соседи с бабулиного двора, коллеги с маминой работы, пришла и Марфа Рафиковна, папина заместительница, и еще много других людей. Все приносили цветы, венки, соболезновали. И мне было хорошо в этих событиях, тем более взрослые совсем не обращали внимания на нас с братиком.

Приехали родственники, о которых я почти ничего не знала: сестра бабушки с мужем. Они приехали из другого города. Я никогда не видела их раньше. Я видела другую бабушкину сестру, которая жила в нашем городе, и брата. Очень редко, но они приходили в гости к моей бабушке и к нам. Вот их-то я и называю тетя Марина и дядя Сережа, а не просто по имени. У них была большая разница в возрасте с моей бабушкой, потому что у них разные матери. Когда мама моей бабушки умерла, через некоторое время ее отец женился на маме тети Марины, тети Веры и дяди Сережи. Поэтому такая разница у них. Так вот, эту тетю Веру я увидела впервые. Папа ее очень просил остаться ночевать у нас, но она сказала, что не хочет нас стеснять, нам и так не до этого, и она останется у своей сестры.

Тетя Вера меня очень поразила: она была вся такая статная, ухоженная. Я не скажу, что красивая, нет, но что-то в ней было особенное. Она была совершенно не похожа на мою бабушку. Моя бабушка была маленького роста, а тетя Вера была выше среднего. Но выше всех была тетя Марина.

Папа вёл себя очень странно с тётей Верой: он разговаривал с ней слишком вежливо и, как говорит мамочка, подхалимно. Мамочка мне потом объяснила, что тётя Вера живёт довольно на широкую ногу, у них с мужем водятся деньжата, вот поэтому-то мой папа и лебезит перед ней.

А мне нравится тётя Вера, она мне сразу понравилась. Говорит по существу, общается со мной как со взрослой. Ещё она сказала, что один её сын очень похож на меня. Или я на него. Она мне многое рассказала про мою бабушку. Оказывается, она ей очень благодарна за всё хорошее, что она для неё сделала. Мама тёти Вали тоже потом умерла, и дети остались без матери. Вот моя бабушка и заменила им маму: стирала им одежду, штопала, перешивала, занималась с ними, готовила им еду. Она даже плакала, когда рассказывала об этом. А потом она улыбнулась.

— Линдочка, девочка моя драгоценная, у тебя была прекрасная бабушка. Она взвалила на свои плечи непосильное бремя, и мы поняли это уже гораздо позже. Знаешь, я вспоминаю сейчас то время, и мне и грустно, и приятно. Мы просили у нашего отца копеечки на кино или мороженое, он отказывал, с деньгами было туго. А бабушка твоя так из его спины нам улыбается или моргает глазами. Потом нам тихонечко денежки давала. Она тогда уже подрабатывала и работала. Ты знаешь, Линда, что твоя бабушка работала на одну богатую семью?

Мой удивленный взгляд ответил за меня. Было так интересно и необычно слушать тетю Веру.

— Я тебе сейчас все расскажу. Тогда были другие времена. Отец работал как проклятый и выпивал тоже, денег все не хватало. Перебивались как могли. И вот тогда твоя бабушка нанялась в эту семью: стирала у них, мыла полы, бегала на рынок. Если ее угостят чем, все нам несла. И вот однажды наступила Пасха. В этой семье, ну, назовем ее барыня, напекла куличей, разложила их на столе. А тогда Линдочка, это было опасно — праздновать Пасху. За это жестоко наказывали. Очень жестоко, пережитки прошлого. И вот в дом к той барыне приходят важные люди с проверкой, те, с кем шутки плохи. И тогда твоя бабуля тихонько пробирается в эту комнату, приподнимает матрас с одеялами на кровати, быстро сметает все куличи под него, на железную сетку, и обратно застилает все как и было. И садится на кровать. Те люди прошлись по дому, глянули кругом, ничего нет такого предосудительного. И ушли. Вот тогда-то та барыня и сказала твоей бабушке: «Все, что знаю, всему тебя научу». Она научила твою бабушку печь, шить, вышивать красиво. И стала к ней совсем по-другому относиться. Еще бы, ведь если так подумать, она ей, может, жизнь спасла. И всей ее семье.

Я слушала и ушам своим не верила. Бабушка, моя дорогая бабушка, почему я не знала всего этого раньше? Да, папа мне рассказывал об этом, но совсем не так. Вроде бы женщина какая-то научила её вышивать. А вышивала моя бабушка действительно потрясающе. Правда, последнее время уже нет. Но у нас дома хранились её вышивки: и наволочки, и простыни с вышитыми узорами.

— Потом я вышла замуж и сразу уехала в другой город, — сквозь свои мысли я снова услышала голос тёти Веры. — Там тоже свои трудности, город только строился, проблем хватало. Хотя это не оправдание, Линдочка. Я в долгу перед твоей бабушкой, мы все