Измена. Я вас верну - Оксана Алексаева

Леся уходит не очень далеко. Останавливает коляску у небольшой детской площадки среди кустистых деревьев. Тут, судя по всему, других развлечений больше и нет.

Глушу авто за объемным кустарником. Леся оглядывается по сторонам, будто бы догадывается, что я могу за ней следить.

Лишь бы только не выдать себя и самому же не спалиться, иначе будет полный крах. Точно буду выглядеть в ее глазах сумасшедшим ублюдком.

Фокусирую взгляд на Олесе.

Вытаскивает малышку из коляски и сажает её на старенькую железную качельку. Примечаю для себя вдали лавочку, решаю переместиться сюда для более детального обзора.

Пока крадусь к спасительному островку, слышу сигнал сообщения на свой телефон.

Маринка.

Марина Самсонова: Андрей, почему ты меня игнорируешь?! Я уже извелась вся!

Как всегда не вовремя, черт бы её побрал!

Андрей Вершинин: Задержусь здесь на несколько дней. Некогда вести разговоры, дел по горло. Как приеду, нужно будет серьезно поговорить.

Поговорить о том, чтобы она больше не тешила мнимых надежд на мой счет.

На этом я отключаю свой телефон, чтобы не отвлекаться больше ни на что и принимаюсь любоваться на своих девочек.

Дочка так похожа на нее. Вижу это даже издалека. Белокурые кудряшки делают из младенца сущего ангела. Прям как моя Леська. Моя… Будет моей. Я истинно этого желаю!

Никогда бы не подумал, что ребенок сможет так тронуть мое сердце. Не сказать, что я противник детей, но как-то не особо задумывался над продолжением рода. Теперь же я только и мечтаю о том, чтобы эта малышка была мне родной.

Моя интуиция упорно кричит о том, что она и есть моя! На каком-то инстинктивном уровне ощущаю связь с этой девочкой. Продолжаю свое наблюдение.

Олеся снимает малышку с качелей. Та бежит обратно к ним, но по итогу на них садится и начинает усиленно раскачиваться уже другой ребенок. Леська успевает ее перехватить и тащит обратно к коляске. А она шустрая, однако.

Наверное, это свойственно детям её возраста.

Олеся наклоняется к корзине, располагающейся внизу коляски, пытаясь что-то оттуда достать. Отсюда плохо видно, но складывается

ощущение, что она зацепилась за корзину рукавом и не может вытащить руку.

Юлька… Она снова бежит в сторону качелей, на которых с размахом раскачался крупного телосложения подросток.

О, Боже! Она слишком близко! Нет! Только не это! Вот только на этот раз Олеся не успевает её поймать…

— Юляяяя! — ее истошный крик заставляет все внутренности мучительно содрогнуться. Сердце, разрываясь от испуга за девочку, больно сжимается. Далее мной овладевает адреналин, мощным потоком заполнивший весь мой организм.

Не задумываясь ни на секунду больше, вскакиваю с места и метеором несусь к малышке. Сердце гулко стучит в ушах. Во рту пересыхает от напряжения.

Я должен это сделать… Я успею!

В глазах подростка застывает испуг. Понял, что сейчас собьет дитя, но не успевает затормозить.

За секунду до столкновения железа с крошечным, хрупким тельцем успеваю схватить и прижать ребенка к себе.

Глава 31

Андрей

Все произошло будто в тумане. Не понял, как за считанные секунды я оказался рядом с качелью, схватил девчушку в охапку и отскочил в сторону, ведь качали за малым не прилетели на меня.

Да и черт с ним, уж лучше бы пострадал я, чем это невинное создание.

Малышка, судя по всему, тоже испугалась, и крепко вцепившись в меня, принимается плакать.

— Тише, тише, милая, не плачь, — голос садится до хрипа. Честно говоря, не знаю, как мне еще успокоить ребенка. Просто прижимаю ее к себе крепче и вдыхаю сладкий запах. Молоком пахнет и печеньками. На миг время будто бы останавливается.

Есть только я и эта маленькая девочка. Даже её плач не раздражает меня, а ведь раньше этот звук всегда резал мне слух. Вдыхаю шумно и медленно, пытаясь наперед надышаться ребенком. Глажу нежную кожу. Касаюсь руками кучерявых белоснежных волосиков.

Пытаюсь запечатлеть в памяти этот момент.

Потому как в следующую секунду Леся вырывает девочку у меня из рук.

— Юля! Юлечка! — тревожно вскрикивает она, трясущимися руками прижимая дочь к себе. В глазах застыл ужас, губы нервно дрожат. — Девочка моя. Испугалась?

В её руках ребенок затихает, лишь иногда урывками её грудь содрогается от всхлипа.

— Все в порядке, Лесь. Она не пострадала, — без девочки мои руки не знают куда себя деть. Ощущаются бесполезными и никчемными, поэтому не придумываю ничего лучше, чем просто засунуть их в карманы брюк.

Леся отворачивается. Будто меня и не существует вовсе. Вся зациклена на ребенке. Оно и понятно, не окажись я рядом, последствия могли быть печальными. Машинально передергиваюсь, отмахивая мрачные мысли.

— Снова следишь за нами? — сурово хмурит брови Леся. — Я же сказала тебе, чтобы не смел приближаться к нам!

— Я помню, Лесь. Но я не могу. К тому же, я не зря это делал. Благодаря мне наша малышка цела и невредима, — не хочу конечно строить из себя героя, но тешу себя глупой надеждой о том, что мой подвиг хоть на каплю растопит холодное сердце моей сбежавшей невесты.

— Спасибо тебе, конечно, Андрей, — на миг оторопев, Леся все же выдавливает из себя благодарность. — Но она не твоя! Сколько тебе повторять?! — гневно

выплевывает Леся, смотря на меня испепеляющим взглядом. На улице итак достаточно жарко, но ее взгляд в самом деле прожигает меня насквозь.

— Она родилась спустя девять месяцев спустя твоей пропажи, — бросаю весомый аргумент, отчего Леська на мгновение теряется. Глаза растерянно застывают на мне. А я любуюсь их голубизной.

Ласкаю взглядом свою принцессу.

Это максимальное, что мне сейчас дозволено. Стараюсь говорить ровно, без предъяв и обвинений, тем самым показать Лесе, что я пришел с миром.

— И что?! Это ничего не доказывает, — нервно усмехается в ответ.

— Тогда давай докажем. Сделаем ДНК-тест и всем все станет явно. Кажется, у нее задергался глаз от моего предложения. Леська не умеет подавлять свои истинные эмоции, это я знал всегда.

Добрая и открытая, она всегда была такой, какая есть и не пыталась играть на публику. Так и сейчас.

— Не будем мы ничего делать, Андрей, — строго цедит сквозь плотно сжатые зубы. — Проваливай отсюда! Оставь нас в покое! Сделай вид, будто ничего не было! Меня не было! Нас! Я все также пропала без вести, а еще лучше, совсем умерла!

— Лесь, я больше не обижу тебя, честное слово, — рокочу я, протягивая руку к её щеке. На миг касаюсь нежной кожи. Леся, оторопев от моей наглости, снова