Целительница для Темного Властелина. Драконам вход воспрещен - Анна Рейнер

Внезапно мне тоже захотелось присоединиться к празднику. Забыться, отпустить все тревоги и просто наслаждаться моментом, как в детстве, когда мир казался простым и понятным.

Неожиданно карета остановилась, и Рейв Сорг протянул мне позолоченную маску, украшенную тонкой филигранью и мелкими камнями:

— Надень. Это хорошая традиция. Так мы сможем смешаться с толпой и остаться неузнанными. Никто не должен знать, что здесь находится Властелин.

Я не стала отказываться. Напротив, мне очень хотелось оказаться среди этого веселья. Когда ещё были живы мои родители, они всегда брали меня с собой на Новогодние гуляния, а когда их не стало, я больше не праздновала этот праздник. Слишком много боли, слишком много воспоминаний.

Стоило мне завязать тесёмки, как Рейв Сорг тоже скрыл своё лицо за маской — чёрной, с серебряным узором, — и, взяв меня за руку, помог выбраться из экипажа. В этот миг у меня появилось нехорошее предчувствие, и избавиться от него не получалось. Что-то шептало мне, что этот день принесёт не только радость, но и новые испытания.

— Не уверена, что это хорошая идея, — тихо сказала я, чувствуя, как он сжимает мою ладонь.

— Почему? — спросил он, взглянув на меня. Его губы дрогнули в лёгкой улыбке, и я на мгновение забыла, как дышать.

— Я не знаю, — пожала плечами, пытаясь объяснить самой себе это странное чувство. — Просто мне так кажется. Интуиция никогда меня не подводила.

— Пока я рядом, тебе не стоит переживать. Со мной ты в безопасности, Дара.

На мгновение я замерла, глядя в глаза Темного Властелина. Он произнёс это так уверенно, что невозможно было не поверить.

Бой барабанов нарушил момент и заставил прийти в себя. Взглянув в сторону звука, я увидела церемониальную процессию. Люди восторженно аплодировали и расходились по сторонам, пропуская её вперёд. В центре процессии на деревянном помосте стоял шаман в ярких одеждах, украшенных бубенцами и перьями, а вокруг него кружились танцоры в масках животных.

* * *

Мы с Рейвом тоже посторонились, прячась в тени торговой палатки, но вдруг шаман, стоящий на деревянном помосте, дал знак носильщикам остановиться и указал своим посохом в мою сторону. В этот миг сердце пропустило удар. Я не ожидала, что для главной церемонии Новогодия выберут именно меня. Толпа замерла, все взгляды устремились на меня, и я почувствовала, как щёки заливаются краской.

— Ну и что ты стоишь? — спросил Темный Властелин, взглянув в мои глаза. — Шаман выбрал тебя не просто так. Да и отказаться ты не можешь — это считается дурной приметой.

Я знала, что Рейв прав. Отказаться от этой чести нельзя. Меня выбрали богиней плодородия, и все в ожидании смотрят в мою сторону, надеясь, что мой танец благословит их в новом году и принесёт богатый урожай и счастье. Люди верили, что если богиня будет красивой и грациозной, то год будет удачным.

На негнущихся ногах я подошла к процессии и поднялась на переносной помост, чувствуя, как под ногами слегка покачивается деревянная платформа. Прежде мне никогда не приходилось становиться объектом внимания, и я очень боялась, что у меня не получится исполнить танец. Но в глубине души я знала — если хочу стать свободной, то должна пройти через это.

Но если я символизирую богиню плодородия, то кто станет богом смерти, который должен составить мне партию в этом танце? Я обвела взглядом толпу, но никого не увидела — все мужчины стояли внизу, ожидая, кого выберет судьба.

Шаман снова затряс посохом, бубенцы звонко зазвенели, и он указал на Рейва Сорга, стоящего в тени. Хмыкнув, Темный Властелин тоже поднялся на помост и встал рядом со мной, занимая место напротив:

— Неожиданно, не так ли? — тихо произнёс он, и в его голосе послышалась лёгкая усмешка.

Я промолчала и взглянула на толпу. Люди замерли в предвкушении кульминации праздника. Никто из них даже не подозревал, что за маской демона скрывается Темный Властелин, а под маской богини — беглая целительница.

Тем временем руководительница процессии — высокая женщина в расшитом золотом платье протянула нам деревянные мечи, искусно вырезанные и украшенные резьбой. Тут же заиграла музыка — звонкая, ритмичная, заставляющая сердце биться в такт. Я постаралась припомнить танцы девушек, которых выбирали богинями плодородия на прошлых праздниках. Закружившись, сделала выпад деревянным мечом, целясь в грудь Темного Властелина. Он плавно увернулся, отражая удар, и его движения были такими же лёгкими, как у танцора.

Глядя в глаза партнёра, забыла о проблемах, полностью отдавшись своей роли. Музыка кружила, толпа аплодировала, и я чувствовала, как напряжение уходит, оставляя только лёгкость и свободу. Ровно до тех пор, пока музыка резко не оборвалась. В наступившей тишине было слышно только биение моего сердца и чьё-то приглушённое дыхание.

Я застыла, коснувшись деревянным мечом груди Рейва Сорга. Губы мужчины дрогнули в лёгкой улыбке, он развёл руки в стороны и выронил свой клинок. Деревянный меч упал на помост с глухим стуком, и толпа взорвалась восторженными криками и аплодисментами. Люди ликовали, выбрасывая вверх шапки и платки, и я слышала, как кто-то кричит:

— Богиня победила! Урожай будет богатым!

Не удержавшись, ответила на его улыбку. А в следующую секунду с Темного Властелина слетела маска, и люди, находящиеся на площади, замерли в немом изумлении…

* * *

— Кажется, нам пора, — произнес Рейв Сорг и, подхватив меня на руки, шагнул в раскрывшийся портал, оставляя позади ошеломлённую толпу, которая даже не успела ахнуть.

Обхватив его шею руками, я взглянула в глаза мужчины и заметила в них весёлые искорки — тёплые, живые, почти человеческие. Даже не верилось, что он может быть таким настоящим и живым. Обычно в его глазах царит лёд, но сейчас он словно вместе с маской откинул и свою холодность, представ передо мной совсем в другом свете. Он казался уставшим, но довольным, и эта уязвимость делала его почти обычным.

— Тебе понравилось на празднике? — спросил он, поставив меня на ноги, но продолжая прижимать к себе. Его руки лежали на моей талии, и я чувствовала их тепло даже через плотную ткань плаща.

— Мне ещё ни разу не приходилось быть в роли богини плодородия, — призналась честно, чувствуя, как сердце всё ещё бьётся быстрее от пережитого волнения. — Когда-то я мечтала об этом, но теперь этот праздник не вызывает во мне трепета, как раньше. Слишком многое изменилось.

— И почему же? — Рейв приподнял одну бровь, неотрывно глядя в мои глаза.

— Новогодие — семейный праздник. Я всегда отмечала