Утро начинается с... любви - Ксюша Литт

Андрея, конечно же, уговаривать не пришлось. Приник к ним, обольстительно раскрытым. Руками нырнул под одежду, прошёлся по оголённой спине, впитывая нежность шелковистой кожи, ощупал лопатки и в нерешительности остановился на застёжке бюстгальтера. Царапнул её ногтём, оттянул легонько.

Чесались. Да, чесались пальцы. Просто зудели побыстрее расправиться с замком.

И Дина ещё хоть бы намекнула, что надо бы остановиться. Не стоит своевольничать. Типа надо, может, ещё чего-то подождать. Второго пришествия, например. Или рака-свистуна на горе поискать сначала необходимо.

Ну хорошо, пусть не так долго, а хотя бы третьего свидания для порядка.

Какие там принципы у неё заложены в черепной коробке? Или, может, боится чего?

Если он даст сейчас себе полный зелёный свет, то остановиться потом будет сложно. Да и комично это будет смотреться. Не юнцы же они какие-то, неумело жмущиеся друг к другу перед первым разом.

А Дина как будто и не собиралась идти на попятную, ластилась к нему, всё больше и больше раззадориваясь.

На всякий случай Андрей отстранился и заглянул ей в глаза, собираясь прочесть в них чёткое «да» или всё же пока ещё «нет».

Её бегающий расфокусированный взгляд метался по его лицу, жадно оглядывая каждую его чёрточку и то и дело останавливался на губах. Язычок призывно звал, желая немедленного продолжения.

Сомнений не осталось, двух свиданий определённо оказалось достаточно.

Можно продолжать.

Но тут Дина вдруг хрипло произнесла:

– Ты такой нереальный, что даже страшно.

Вот оно. Вот и причина неуверенности, в которой срочно нужно разобраться.

– Страшно? От чего?

– Не знаю. Мне иногда кажется, что я просто сплю. И все это сон. А потом вдруг окажется, что я уснула в автобусе по пути с работы домой, – вздохнула, тяжело так. – Или может быть я в коме какой-то. Возможно, после того, как мы тогда с Настькой попили кофе в твоей кофейне, и я свалилась с лестницы. И теперь валяюсь без сознания в больнице, мечтаю о бариста, на которого тогда загляделась. А вот этот чайник, который сейчас шумит – это система искусственной вентиляции лёгких.

Чайник и в самом деле расшумелся во всю силу, собираясь вот-вот закипеть.

– Ну у тебя и фантазия, – рассмеялся Андрей. – И что же во мне такого нереального? Вроде обычный.

– Нет, не обычный. Ты просто фантастически красивый. Да. Такой… Такой, который на таких как я, обычно и не смотрит. И хороший ещё. Прям идеальный. Таких не существует. Заботливый, внимательный, добрый.

Идеальный? Андрей прикинул на себя этот статус.

Нет, это точно вряд ли.

Что в нём идеального, так это феерично привлекательное финансовое состояние. Это любая девушка, имевшая с ним хоть какие-то отношения, скажет. В остальном же претензий у барышень к нему хватало, и немало совсем.

– И ещё я управляющий сети кофеен, – добавил он ещё одну ценность, забытую быть упомянутой. – Разве это не плюс?

– Ну да, ещё и управляющий, – согласилась Дина, но как-то понуро, без воодушевления. – Но это не совсем плюс.

– То есть всё-таки не совсем совершенство?

– Нет-нет, это само собой здорово, что у тебя получилось стать успешным. Состоявшийся, всего добился. Это очень хорошо. И от этого ты ещё лучше, конечно же. Сказка просто. Но в то же время получается, что ещё более недостижимым становишься. Честно, простым бариста ты мне больше нравился.

Бариста больше нравился? Вот это номер!

Андрей даже всплеснул от удивления руками, тем самым выпустив Дину из объятий.

Ладно. Что уж там. Момент всё равно был упущен.

Но ё-моё!

Бариста больше нравился! Ему уже тридцать пять лет. Как он мог остаться в этом возрасте всего лишь бариста?

– Дин, ты почему так не ценишь себя?

Она поджала губы и пожала плечами.

– Смотри, – он взял её за плечи и заставил поднять на него глаза. – Ты мне, между прочим, тоже кажешься нереальной. Да-да. Во-первых, ты тоже офигительно красивая. Очень-очень. Такая красивая, что заглядевшись тогда на тебя в кофейне, я не постеснялся выставить себя дураком с этим ослом. Я очень хотел с тобой познакомиться. Во-вторых, ты хорошая. Тоже, да. Просто не представляешь, какая хорошая. Вот я точно таких не встречал. Но тут есть такой момент. Что ты хорошая это – плюс, но не совсем. Да, именно так. Нельзя, не нужно быть хорошей для всех. Понимаешь? Это мило. И всем удобно. Но ты теряешь себя. Унижаешь. Вот сейчас ты почему-то считаешь, что чем-то не подходишь мне. Почему? Если в тебе тоже всё идеально.

– Наверное, потому что я не управляющая кофеен? Или что-то в этом роде. Нет?

Андрей устало покачал головой.

– Дина, ты биохимик. Целый биохимик. Настоящий. Для меня это вообще что-то невероятное. Как космос. Представляешь?

Она несмело улыбнулась.

– Да?

– Да.

Задумалась. Что-то повертела там в своей черепной коробке. Взвесила, рассмотрела информацию в микроскоп, разделяя её на атомы или какие-то биочастицы. Какие – Андрей понятия не имел, ибо не соображал в этом ничего.

А потом облегчённо вздохнула, приосанилась даже.

– Ну что, может, всё же будем пить чай? Я сейчас ещё за вареньем схожу, – вспомнила вдруг. – У меня же есть варенье. Настя мне вишню летом с дачи привозила. Я сварила. Ты любишь вишнёвое варенье?

Андрей рассмеялся. Вот же чудачка.

– Неси варенье, – согласился.

Она убежала, кажется на балкон. Слышно было, как задребезжала открывающаяся туда дверь. Потом раздался шорох где-то вне зоны квартиры.

Андрей от скуки попялился ещё раз на «драгоценного» ослика, на тюлевые занавески.

Внезапно позади него образовавшуюся тишину разорвал раскатистый рык холодильника. Первым звуком он по-медвежьи всхрапнул, а потом мерно затарахтел, словно мини-запорожец припарковался тут, в кухне, у стены.

– Ого, какой ты громкий и грозный, – усмехнулся Андрей, разворачиваясь к нему.

Похоже, этот старичок много чего в жизни повидал. Скорее всего, даже видел и бережно сохранял молочные смеси, предназначенные для крошки Дины.

А теперь что там?

С праздным любопытством заглянул внутрь. Да, вот так, внаглую. Говорил же – не идеальный он совсем. Беспардонный нахал.

От обнаруженного вдруг нахмурился.

Пачка кефира, кочерыжка ещё неделю назад собравшейся умереть пекинской капусты. Пара морковок, пара картофелин. Одно яйцо в подкассетнике для яиц. Кетчуп. Соевый соус, соус кимчи. Ну и кастрюлька с чем-то.

Открыл, сунул нос. Супчик какой-то.

А тут что?

Залез