Отложенная беременность, или Любовь после смерти - Татьяна Михаль

пытается выглядеть храброй и успокоить нас, но я уже успел изучить её, а ещё, откуда-то я знал её этот взгляд – чуть потерянный и грустный. Она знала, что с ней не всё хорошо, но нас беспокоить не хотела.

– Тебе нужно в больницу, – сказал твёрдым голосом. – Отец вернётся только к вечеру, но ждать нельзя.

Повернулся к матери.

– Ты говорила, у соседа есть машина. Попроси его, чтобы отвёз нас в местную больницу.

– Уже звоню! – крикнула мама.

Но Ника упрямо её остановила.

– Анна Сергеевна, не нужно никуда звонить. У меня есть врач, который ведёт мою беременность. Завтра Илья Алексеевич сможет отвезти меня в город?

– Конечно, Ника он тебя отвезёт!

– Я настаиваю, чтобы тогда прямо сейчас приехал доктор.

– Макс, пожалуйста, не нужно разводить суету вокруг меня. Живот у меня не болит, сейчас нет тошноты и головокружения. Утром я обязательно посещу своего врача. Лучше давайте отпразднуем вкусным завтраком твоё избавление от заикания.

Она широко улыбнулась, изо всех сил стараясь изобразить радость и хорошее самочувствие, но я нутром чувствовал, что ей плохо и что эта радость наиграна.

– Мама, я передумал. Звони соседу, пусть привезёт доктора к нам на дом.

Улыбка сошла с лица Ники. Да и матушка посмотрела на меня озадачено.

– Но доктор может быть занят… – возразила мама, но наткнувшись на мой взгляд, проговорила: – Думаю, материальная сторона вопроса доктора сразу заинтересует.

Она ушла звонить.

Мы остались вдвоём и Ника сказала:

– Ты остался всё таким же упрямым и независимым человеком. Лидер и командир. Тебя невозможно ослушаться.

Её тон был таким, что я не мог понять, Ника сейчас мне комплимент сделала или это был укор.

– Надеюсь, – отозвался в ответ.

Приблизился к ней и взял за руку.

Её взгляд встретился с моим. Ника переплела со мной пальцы и тепло улыбнулась.

– Ты теперь понимаешь меня, – сказал негромко. – Не очень приятно ощущать себя беспомощным.

– Это верно, – согласилась она. – Но у нас разные ситуации, Макс.

– Я хочу о тебе заботиться, – слова сорвались быстрее, чем я успел обдумать эту мысль.

Её пальцы дёрнулись в моей руке, и кожа покрылась мурашками.

Я увидел, как её дыхание стало сбивчивым, а щёки покрылись румянцем. Ника заволновалась.

– Макс, – прошептала она очень ласково.

Я видел, как часто забилась жилка на её шее.

– Ника, – прошептал я.

Я хотел её поцеловать, хотел крепко обнять. И не знаю я, откуда эти чувства взялись. Мне хотелось отгородить её от всего плохого, окружить лишь заботой и уверенностью, что всё будет хорошо. Хотелось, чтобы она больше не волновалась по поводу меня. И ещё я хотел стать здоровым и сильным, чтобы все свои мысли претворить в жизнь.

Отчётливо ощущал, что сексуальное напряжение между нами было настолько сильным, что, казалось, воздух дрожал. Поднял свободную руку и убрал волосы с её лица.

– Не представляешь, как сильно я хочу вспомнить… тебя.

– Вспомнишь, – сказала она уверенно. – Ты только послушай себя, Макс. Ты же говоришь совершенно чисто. Удивительно…

– Надеюсь, ты не станешь провоцировать моё излечение новым шоком.

Это был не вопрос.

– В твоём случае, это излишне, – ответила она на полном серьёзе. – Ты без всяких шоковых терапий встанешь на ноги.

Потом Ника задорно улыбнулась, хитро сощурила глаза и сказала:

– Но не думай, что ты избавился от меня. Физические упражнения и массаж никуда не денутся. Завтра я съезжу к доктору, как раз мне уже надо по плану посетить своего врача, а потом вернусь и снова возьмусь за тебя.

Она улыбалась, а мне было не до смеха и улыбок. Внутри зародилось беспокойство.

– Я поеду с тобой, – и это были не просто слова, а констатация. И когда она открыла рот, чтобы начать возражать, я сурово добавил: – Ника, это не обсуждается.

Она вздохнула, покачала головой и довольно сказала:

– Узнаю своего мужа.

Мне нечего было сказать в ответ.

Я ощущал беспокойство за Нику, хоть и не помнил её. Но за всё то время, что она проводит со мной, начиная с первого дня, я понял, что нуждаюсь в этой женщине и не желаю, чтобы с ней или ребёнком что-то произошло.

Сказать по правде, за ребёнка я не переживал. Только за Нику.

Но эти мои мысли ей незачем знать.

Вернулась мама и сказала:

– Доктор сам лично к нам приедет. Сосед трубку не взял, и я дозвонилась до больницы.

Ника возмущённо вздохнула, но возражать не стала.

– Я принесу завтрак сюда, – сказал и направился на кухню.

– Сынок, я тебе помогу.

Глава 10

* * *

Ника

Рано утром Илья Алексеевич повёз меня и Макса в город к моему доктору.

Врач, что приходил вчера, долго хмурил брови, осматривая меня и ничего толкового не сказал. Измерил давление и покачал головой в укоризненном жесте. Давление у меня немного понизилось, но совсем немного.

Пожав плечами, доктор сказал, что мне нужно сделать УЗИ, сдать контрольные анализы и лишь тогда можно будет сказать, почему я упала в обморок.

Но скорее всего, всё со мной в порядке, просто немного переутомилась.

Это я и без него знала.

Оставшийся день прошёл в суете вокруг моей скромной персоны. В результате, я попросила всех, даже Макса, оставить меня в покое.

Проспала я до самого утра. Но когда проснулась…

Моя постель была мокрой.

Я в страхе откинула одеяло и едва не завизжала, когда увидела кровь. Много крови!

Моё сердце едва не остановилось.

Но не сам вид крови меня напугал.

Собрав себя в кулак, согнувшись от боли в животе, глотая слёзы, я вышла в коридор и позвала… Макса.

Сборы были моментальными.

Анна Сергеевна причитала и молилась, чтобы мой ребёночек остался жив.

Макс был хмурым и молчаливым, как и Илья Алексеевич.

Оба действовали быстро и слаженно, словно каждый день увозят за многие километры беременных женщин с осложнениями.

Я ехала в машине и смотрела перед собой.

Слёзы высохли, но страх, точнее ужас, никуда не делся.

Я молилась про себя, чтобы моё маленькое чудо осталось со мной.

«Господи, пожалуйста…»

И пока мы ехали в город, я успела перебрать в памяти все варианты, которые могли со мной произойти. И все они были безрадостными.

В клинике меня уже ждали.

Мой лечащий врач отменила других пациенток и ждала моего приезда.

Пока я с ней говорила, она несколько раз повторила, что всё будет хорошо.

Я сама медик и знаю, что кровотечение на небольшом сроке – это очень и очень плохо.

В груди