Разбитое сердце узурпатора. Часть 1 - Ива Лебедева

— Полагаю, — сказала она холодно, — нам придется обсудить это дело в присутствии свидетелей.

Министр дернулся.

— Наставница Жун, я уверен, мы можем…

— Нет.

Одно слово — и разговор закончился. Я отступила еще на шаг и растворилась в тени у стены. Люди в комнате больше не обращали на меня внимания, для них я уже выполнила свою роль, и это было прекрасно. Потому что чем меньше на меня смотрят, тем легче дышать.

Я украдкой выдохнула. Одна судьба исправлена, одна смерть вычеркнута из будущего. Если я буду двигаться осторожно… если не привлеку слишком много внимания… возможно, получится исправить еще несколько.

Жун Циси будет жить, ее дочь тоже. Она получит развод на своих условиях и, возможно, в будущем выстроит свою судьбу с другим человеком.

Или не станет никого искать, не выйдет больше замуж, но счастливо проживет жизнь, вырастит дочь в достатке и спокойствии. Ведь в случае развода, который получит для своей сестры наставница, все приданое Циси вернется в дом Жун.

Министр потеряет деньги и часть власти, но не погибнет — а значит, его будущие ошибки тоже можно будет использовать. Все идет правильно.

Я повернулась к выходу и вдруг почувствовала, как по спине пробежал холодок, будто кто-то очень внимательно смотрит. Я на секунду остановилась. Глупости. Я уже сотни раз говорила себе: его здесь нет. В это время он еще далеко от власти, далеко от дворца, далеко от меня, наши пути больше не пересекутся.

Я тихо усмехнулась про себя. Слишком много лет в прошлой жизни потратила, оглядываясь на него, хватит. Так что передернула плечами и вышла из комнаты не оглянувшись.

Следующее утро началось с легкого ветерка, разносящего торопливый шепот по всему Запретному городу. Шептались евнухи, шептались служанки, придворные дамы собирались стайками в павильонах наложниц, даже мы, пока что низшее звено этой цепи, претендентки, каждая из которых в любой момент могла вылететь из благословенных садов, тоже шептались о скандальном разводе министра и госпожи Жун Циси.

Рассвирепевшая наставница, столкнувшись с упертым сопротивлением семейки, пала в ноги императрице-матери и в красках расписала страдания сестры, а также то, как маленькую девочку по воле какой-то пришлой шлюхи, намеревавшейся пропихнуть своего незаконнорожденного ребенка в законные наследники, едва не скормили свиньям. Императрица вообще-то не страдала излишней добротой, большую часть времени ей дела не было ни до наставницы Жун, ни до ее сестры. Но маленьких детей она любила, а девочек особенно жалела. По слухам, когда-то ее саму как девочку притесняли в отцовской семье, а потом она потеряла новорожденную дочь.

Все это привело к тому, что министр ткачества у нас теперь все же другой. Вдовствующая императрица искусно накрутила своего сына-императора, тот предсказуемо разгневался и навел порядок.

Семейка уродов отправилась в ссылку, лишившись имущества и титула. Любовница была продана в императорский бордель. Ее сына, как и предлагала наставница Жун, отнесли в воспитательный дом при корпусе императорских евнухов.

Если честно, из всей паршивой компании мне было жалко только этого мальчика. Хотя я знала, каким неблагодарным гаденышем он вырос в прошлой жизни, но ведь его таким воспитали родители. Может, в других условиях…

Увы, я ничем не могла ему помочь. Значит, его судьба отныне такова: он станет евнухом. Зато не будет голодать в ссылке, не замерзнет в северных землях, не умрет от непосильного труда. Могло быть и хуже.

Глава 21

Я стояла у открытого окна, слушая, как ветер таскает по саду клочки разговоров.

— …сама вдовствующая императрица… — …ребенка в свиной загон… — …наставница Жун едва не расплакалась…

Я невольно улыбнулась. Наставница Жун может многое, но плакать на людях — никогда. Впрочем, слухи полезны. Они растут как сорняки: если дать им немного земли, вскоре сами оплетут нужную стену. Сегодня шепчутся о Циси, завтра будут шептаться о ком-то другом. Главное, чтобы никто не начал шептаться обо мне.

Я отвернулась от окна. Девушки в нашем павильоне уже суетились с утра. Кто-то поправлял прически, кто-то репетировал поклоны, кто-то торопливо перечитывал правила утреннего смотра.

— Илинь! — окликнула меня Сяо Юэ. — Ты слышала?

— О чем?

— Сегодня придет новый проверяющий из дворцовой канцелярии!

Я подняла бровь.

— И что?

— Говорят, он очень строгий, и если ему что-то не понравится, то он может вычеркнуть половину претенденток сразу.

Я пожала плечами.

— Тогда нам повезет. Чем меньше людей, тем спокойнее.

Сяо Юэ фыркнула.

— Ты странная.

Это я слышала часто. Если все пойдет по плану, через несколько недель меня просто отпустят. Семья Ли получит достойный повод забрать меня домой, и я проживу тихую жизнь вдали от дворца. Без интриг, без крови, без…

Именно в этот момент в коридоре раздались шаги.

Я подняла глаза и вздрогнула. Вот уж этого человека в качестве императорского проверяющего можно было ждать меньше всего! Как?! Почему он здесь?

Сань Шибо, дальний-предальний родственник вдовствующей императрицы. Человек, прежде знаменитый как раз тем, что никогда не появляется в Запретном городе, не вмешивается в политику, тихо живет с семьей в своем поместье и носу оттуда не кажет даже на праздники.

А еще он по совместительству один из теневых владык ночного города. И верный друг-сторонник моего бывшего мужа. Когда Ван Июй занял трон, Шибо стал начальником его разведки и занимал этот пост до самой моей смерти.

Именно он когда-то принес императору весть об измене. Именно он обвинил меня. И представил доказательства.

Самое обидное и горькое, что он верил своим же словам. И хотя когда-то мы, помогая Ван Июю стать наместником неба, даже подружились, это не помешало ему меня по-настоящему возненавидеть за предательство.

Но сейчас-то он что тут делает?!

Я поспешно опустила взгляд, прежде чем он успел его поймать. Сань Шибо не занимается мелкими проверками девушек в павильонах наложниц, для этого есть десятки других людей.

Шаги остановились посреди зала. Старшая надзирательница поспешно вышла вперед и поклонилась так низко, что почти коснулась пола лбом.

— Господин проверяющий.

— Поднимитесь, — лениво отозвался он.

Я невольно сжала пальцы в складках рукава. Только бы он не посмотрел слишком внимательно. Но Шибо уже начал обход.

Останавливался возле каждой девушки, задавал пару коротких вопросов. Имя, род, умение. Иногда просил сделать поклон или прочитать строку из классиков. Девушки нервничали, кто-то заикался, кто-то краснел, а он просто улыбался.

Он подошел ближе, еще несколько шагов. Я заставила себя дышать медленно. Спокойно, он не знает. Даже если он видел меня раньше — я для него просто одна