Фейридейл - Вероника Ланцет

Якобы нечаянно уронив браслет, я наклоняюсь поднять его и снова чувствую, как он пытается влезть в мой разум. Кажется, что его сущность просачивается в мою – нечто совершенно отвратительное для кого угодно, кроме моей пары.

Нащупав его присутствие у границ моего сознания, я использую совсем немного силы и наношу мощный удар.

– Ох. – Кресс вскрикивает от боли как раз в тот момент, когда я пальцами касаюсь браслета.

Мои губы дрожат от смеха, но я быстро беру себя в руки.

– Все в порядке? – спрашивает Рианнон.

– Да, – хрипит он, потирая виски.

– Хорошо. Первые гости уже здесь.

Мы с Рианнон стоим по одну сторону лестницы, а Кресс и Финн напротив нас.

Лакей открывает парадные двери, приглашая внутрь пожилую японскую пару.

– Хана и Кайто Ито, – провозглашает лакей, когда они подходят к нам.

На Хане длинное, мерцающее серебром платье, а Кайто облачен в черный смокинг.

– Так приятно видеть вас снова, Хана! – восклицает Рианнон, приветствуя женщину и ее мужа. – Позвольте представить вам мою внучку, Дарси.

Я вежливо киваю, выражая свое почтение, и мы обмениваемся парой светских фраз. Кайто вручает Крессу кейс с кодексом, после чего супружескую пару провожают в гостиную на чай, пока не прибудут остальные гости.

Следом приезжает пара из Франции, мистер и миссис Туссен, с которыми Рианнон также уже встречалась. Они первая семья на моей памяти, в которой магия передается по мужской линии.

– Ну разумеется, молодые члены ковена задерживаются, – ворчит Рианнон, пристально наблюдая за стрелками часов.

Она обычно строго придерживается правил, но при этом бывает довольно предвзятой ко всему, чего не знает или не понимает. И тот факт, что она спокойно приняла официальную версию, сам по себе является тревожным звоночком.

– Амади, – объявляет лакей, когда в дверях появляется молодой эфиоп.

Тот передает кейс Крессу и подходит к нам.

– Добрый день, мисс Хейл. – Амади склоняет голову.

– Добро пожаловать, мистер Амади, – приветствует его Рианнон. – Позвольте представить вам мою внучку, Дарси О'Салливан.

– Очень рад встрече, мисс. – Он берет меня за руку, целует костяшки пальцев и слегка подмигивает мне; его глаза сверкают.

Громкое мяуканье эхом разносится по холлу, и я изо всех сил стараюсь не вздрогнуть, потому что очень хорошо знаю причину этого звука.

– И я рада, мистер Амади.

– Просто Амади, – поправляет он, все еще держа меня за руку.

Он продолжает смотреть на меня, хотя Рианнон уже пару раз демонстративно прочистила горло.

– Вас проводят в гостиную к остальным, – наконец говорит она строгим тоном.

Амади с улыбкой кивает ей и следует за лакеем.

– Ты здесь не для того, чтобы флиртовать с гостями, Дарси, – шепотом отчитывает она меня, и в ее голосе слышится явное возмущение.

– Я не флиртовала, – возражаю я.

– Может, я и стара, дорогая, но не слепа. Мистер Амади строил тебе глазки, – продолжает она. – Веди себя должным образом и не позорь нашу семью. Это понятно?

Понятия не имею, почему она так взъелась, ведь я не сделала ничего плохого, но молча соглашаюсь, чтобы успокоить ее.

Следующей появляется Изабелла Перес, и в своем черном бархатном платье она выглядит просто сногсшибательно.

Насколько я могу судить, мы с ней ровесницы, и у нее такое красивое лицо, что мне трудно отвести взгляд.

Что примечательно, Кресс и Финн столкнулись с той же проблемой, поскольку открыто пялятся на нее. От меня также не ускользает, что Кресс намеренно коснулся ее руки, когда забирал кейс с кодексом.

Интересно. Значит, они не просто безмозглые воины, жаждущие заполучить моего Амона. Они все еще способны на обычные чувства.

Изабелла приветствует Рианнон, а потом внезапно обнимает меня, удивляя своей непосредственностью.

– Я так рада познакомиться с тобой, Дарси. Говорят, мы с тобой ровесницы, так что нам нужно выкроить минутку и поболтать. У меня никогда не было подруг в ковене, – с энтузиазмом щебечет она.

Я тепло улыбаюсь ей, заражаясь ее энергией.

– Конечно. С удовольствием.

Когда Изабеллу провожают в гостиную, Рианнон бросает на меня еще один предостерегающий взгляд.

Я что, по ее мнению, не имею права говорить с этими людьми ни о чем, кроме дел ковена? Какая несусветная чушь!

Мы ждем следующего гостя, но тот уже сильно опаздывает.

– Кто еще остался? – спрашиваю я Рианнон, замечая ее нарастающее раздражение, пока она поглядывает на часы.

– Мистер Александр Черненко. Надеюсь, он не заставит нас долго ждать.

Примерно через десять минут двери открываются в последний раз и в дом заходит Александр Черненко.

Вот только это не Александр Черненко.

Я, прищурившись, смотрю на него. Похоже, все мои планы пойдут прахом, если он будет продолжать в том же духе, не заботясь о собственном благополучии.

Он снова изменил внешность и теперь выглядит точно как Калеб: те же темные волосы и еще более темные глаза. Он одет в смокинг, подходящий случаю, но тот слегка маловат, поскольку ему не принадлежит.

Он подходит к Крессу с непринужденной улыбкой и вручает кейс с кодексом, прежде чем направиться к нам.

Я пристально наблюдаю за реакцией Кресса и Финна, но не замечаю ничего необычного. Кажется, они просто радуются тому, что заполучили все кодексы.

– Мы уберем кодексы под защиту, а потом присоединимся к вам за ужином, мисс Хейл, – обращается Кресс к Рианнон, после чего они с Финном поднимаются по лестнице.

Предполагаю, для этого они выберут личные покои Рианнон.

Но не успеваю я обдумать это, как Амон останавливается перед нами.

– Мисс Хейл. Вы так же прекрасны, как о вас и говорили, – протягивает он соблазнительным тоном, а акцент делает его похожим на законченного плута.

Мои глаза расширяются, когда я замечаю, что Рианнон не упрекает его. Она… краснеет?

Боги, никогда бы не подумала, что увижу такое.

Но опять же, этот же мужчина умудрился очаровать Фиону, которая ненавидела его так же сильно, как Рианнон в настоящее время ненавидит Амона.

– И мисс Дарси, – хрипло бормочет он и целует костяшки моих пальцев, задерживаясь губами на мгновение дольше, чем следовало бы.

Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я, глядя ему в глаза.

Оберегаю твою добродетель, – спокойно отвечает он.

Уверяю тебя, моя добродетель давно утрачена, и только ты в этом виноват, – сухо говорю я. – Ты ставишь под угрозу весь план.

Я буду вести себя прилично. До тех пор, пока все те чертовы мужчины держат свои руки при себе. Не думай, что я не видел, как тот мерзавец целовал тебя, – ворчит он.

Амон, Амон, ну что мне с тобой делать?

Позволить мне убить его? – с надеждой спрашивает он.

Следи за манерами! И никого