Рыжик для буйного - Елена Смелина

Выходить одной к нему не хочется, но что делать. Я за невесту здесь. По этикету встретить гостя обязана, пока хозяина нет. Набираю в легкие воздух, считаю до четырех и спускаюсь в холл.

– Здравствуйте, – произношу с улыбкой, а у самой губы подрагивают.

Мужчина окидывает меня недовольным взглядом, скользит глазами, как по мебели.

– Рустам скоро будет, – произношу, захватывая его внимание. – Я его невеста – Екатерина. А вы, наверное, дядя Нияз. Проходите в гостиную, пожалуйста.

Осматривает меня холодно. Разворачивается и бросает через плечо:

– Передай племяннику. Если он не может сам меня встретить, я его тоже видеть не желаю.

Всю прыть свою подключаю, перед дверью встаю, выход загораживаю.

– Простите, пожалуйста. Я так волнуюсь. К Рустаму ночью друг приехал. Они куда-то вместе отправились. И с тех пор не звонит, не пишет. Как бы не случилось что-то ужасное, – лепечу, протягивая к мужчине дрожащие руки.

За Рустама и правда волнуюсь. Не мог он не знать, что дядя обидится, но не приехал. Значит, действительно случилось что-то серьезное.

Мужчина меня внимательно слушает, сканирует ледяным взглядом.

– Здесь жди, – командует.

Сам к охране выходит. В окно вижу: приказы раздает. По телефону кому-то названивает. Ругается.

Чем дольше на это смотрю, тем сильнее паника внутри поднимается. За Рустама переживаю.

Мужчина возвращается. Я в кресло забиваюсь, он напротив меня усаживается.

– Все в порядке с ним. Не в свое дело встрял, – произносит загадочное.

Мне подробности узнать хочется, но под его недобрым взглядом в горле застревает ком. Сижу как мышка, даже дышу через раз.

– Разрешите, вам напитки предложить, – выдавливаю из себя испуганно.

Столько прислуги в доме, а тут, как все вымерли.

– Не дергайся, – выдает мне короткое и сразу хочется замереть, с креслом слиться.

Он голову поворачивает, в дверях экономка появляется. Как из воздуха материализуется.

– На стол накрывай, – командует мужчина. – Хозяин скоро подъедет.

У женщины даже идеи не возникает ослушаться. Кивает и снова растворяется.

Мужчина на меня смотрит.

– Красивая, – произносит жестко.

Звучит не как комплимент, даже не факт, а оскорбление. Чувствую, если Рустам в ближайшее время не придет, я долго не выдержу, наверх сбегу.

Мне везёт. На пороге появляется Рустам. Уставший, потрепанный, но живой.

На дядю смотрит, улыбается.

– Дядя Нияз, – произносит бодро, открывая объятия. – Прости непутевого племянника.

– Не при девочке, – отрезает дядя и ему навстречу поднимается.

Мужчины переходят в гостиную, где для них накрыт стол. Рустам мне кивает, чтобы с ними не шла. В другой раз я бы оскорбилась, а здесь наоборот радуюсь. От напряжения уже пар из ушей идет. Больше не выдержу.

Хочу проветриться, на веранду выхожу. Окна в гостиной открыты, до меня голоса доносятся. Не собираюсь подслушивать, оно само как-то так получается. Достаточно первые слова услышать, и дальше оторваться не могу.

– Я тебя просил с Бегуновыми не связываться? – рявкает дядя Нияз зычным голосом. – У нас договор. И нарушать его не смей. Всем хуже будет.

– Это была небольшая разовая помощь приятелю, ничего серьезного, – спокойно произносит Рустам.

– Какого ты к Виктору в друзья записался? А если он правду узнает, что тогда делать будешь?

– Не узнает, – цедит Рустам зло.

– О мести мечтаешь? Столько времени прошло, а ты все отпустить не можешь? – наступает дядя.

Сердце в груди бухает. По спине ползет холодок.

Я-то думала, только у меня полный шкаф скелетов, а оно вон как оказывается. Никто не без греха.

Дальше хочу послушать, но не получается. Из-за угла охранник выходит. Приходится мне в дом возвращаться.

Глава 32

Поднимаюсь в свою комнату, но долго наслаждаться одиночеством мне не позволяют. В дверь стучится экономка.

– Рустам Фархадович просит присоединиться к ним в гостиной, – сообщает она сдержанно.

Я возвращаюсь вниз. На этот раз мужчины беседуют спокойно. Заметно, что напряжение между ними спало. И дядя Нияз даже одаривает меня прохладной улыбкой.

Рустам пододвигает мне стул. Я усаживаюсь за стол и упираюсь взглядом в тарелку, стараясь не привлекать к себе внимания, но не в этот раз.

– Кто твои родители, девочка? – обращается ко мне дядя Рустама, нарушая план отмолчаться.

– Мама – воспитатель в детском саду, – произношу слабым голосом и заливаюсь краской.

Что сказать про отца, не знаю. На помощь мне приходит Рустам.

– Необыкновенной доброты женщина. Я успел познакомиться с ней и остальной семьей, – заявляет он, вгоняя меня в еще большую краску.

Дядя Нияз кривится, не скрывая своего отношения к моей родне.

– Наслышаны, – раздраженно произносит он и молчит, буравя меня глазами.

От стыда хочется провалиться. Но разве я напрашивалась в невесты к Рустаму? И вообще, все не по-настоящему. Эта мысль немного успокаивает, но ненадолго. Следующий вопрос застигает меня врасплох.

– Когда планируете свадьбу? Не хватало, чтобы у невесты был заметен живот.

У меня кусок встает поперек горла. Закашливаюсь, судорожно глотаю воздух.

– На следующей неделе отпразднуем помолвку, а там и подготовкой к свадьбе займемся, – невозмутимо произносит Рустам.

Кошусь на него с возмущением, но он игнорирует мой взгляд.

– До помолвки пусть здесь поживет ее мать, – произносит мужчина с нажимом.

У меня радостно трепыхается сердце.

– Кому жить в моем доме, я решаю сам, – заводится Рустам, но я протягиваю к нему руки.

– Пожалуйста, – произношу умоляюще. – Я так соскучилась по маме.

Он поднимает на меня сердитый взгляд. Брови сходятся на переносице, губы сжимаются в тонкую линию. Стараюсь показать всю возможную нежность, в надежде растопить его холодное сердце. И кажется, мне это удается.

– Хорошо. Попрошу, чтобы привезли Зинаиду Петровну, – помедлив, нехотя сдается он.

Радостно улыбаюсь в ответ. В его глазах загораются опасные чертенята, и я снова утыкаюсь в тарелку, боясь спугнуть достигнутый успех.

Мужчины еще