Родная чужая мама для дочери магната - Алла Ларина

– У тебя проблемы с произношением? – уточняю с любопытством.

– Да, можно и так сказать, – он вздыхает. – У меня, кажется, голосовые связки не приспособлены для их тонов.

– Ерунда, – уверенно качаю головой. – Всегда можно добиться такого уровня, чтобы тебя понимали.

– Вот в этом ты мне и поможешь, – Денис кивает, а я снова кидаю на него растерянный взгляд. – Порядок действий такой: ты срываешь переговоры, мы обсудим в подробностях, как именно, чтобы я мог выйти из ситуации с минимальными потерями. Я сыграю перед китайцами, что раскрыл тебя, – он прижимает меня сильнее, голос становится виноватым, – дальше тебе придётся немножко потерпеть, потому что я наору на тебя и выставлю вон. И закончу переговоры самостоятельно. Кстати, можно будет договориться и, например, пригласить запасного переводчика заранее, чтобы он подключился позже. Важно другое – я должен какое-то время продержаться сам! Вот ты меня и натаскаешь! Мы с тобой составим нужные фразы, заготовки, в зависимости от того, куда свернёт разговор. И ты поможешь мне всё это выучить так, чтобы тот, кому нужно, чтобы сделка сорвалась, понял – одурачить меня не выйдет.

– Но… а что, если этого будет недостаточно? – прикусываю губу, задумавшись. – Карина говорила, что если тот человек всё поймёт, то… тебе отправится видео, а Алиса может пострадать…

– Алиса будет под охраной, – Денис качает головой. – А видео я просто удалю. Ты же не думаешь, что я могу поверить такой фальшивке?

– Ну, я постаралась, чтобы ты убедился, что это фальшивка, – говорю немного игриво, и тут же ахаю, потому что мужчина слегка прикусывает мне мочку уха.

– Малышка. Я. И так. Тебе. Верил, – говорит он раздельно. – Пожалуйста, поверь и ты мне?

– Я тебе верю, – выдыхаю в настойчивые губы.

– Ой, а вы что, целуетесь?! Фу-у, – Алиса встаёт в дверях, морща нос.

– Так, дочь! – говорит Денис строго, пока я с трудом удерживаюсь, чтобы не спрятать лицо у него на груди от смущения. – Мы с мамой взрослые люди! И вообще, ты умывалась?

– Да пошла я уже, пошла… – ребёнок топает в ванную, а я, не выдержав, смеюсь.

А потом вздыхаю.

– Что будет, когда она всё узнает? – спрашиваю тихо и немного тоскливо.

– Она не узнает, – слышу в ответ.

– В… каком смысле? – ошарашенно смотрю на Дениса.

– Кара, давай об этом чуть позже, ладно, – он проводит ладонью по моей щеке. – Я обещаю, мы всё будем делать вместе. И я не сделаю ничего без твоего ведома. Но сейчас я не готов обсуждать эту тему. Хорошо?

– Ладно, – киваю, помедлив. – Ну что, когда начнём подготовку?

– Прямо сегодня, – Денис с тоской возводит глаза к небу. – Этот китайский меня убьёт…

– Я этого ни за что не допущу, – поднимаюсь и поворачиваюсь к мужчине с улыбкой. – У тебя просто не было правильной мотивации. У меня есть отличный вариант. За каждую по всем правилам произнесённую фразу я буду тебя целовать. А уж если ты без запинки произнесёшь… м-м-м, ну, скажем, десять предложений подряд…

– То что? – Денис соблазнительно улыбается.

– Можешь использовать собственную фантазию, – возвращаю ему многозначительную улыбку.

Он сглатывает и облизывает губы.

– Так, я требую, чтобы такая система мотивации была эксклюзивной! – говорит хрипло.

– Не волнуйся, милый. Эти бонусы исключительно для тебя, – уворачиваюсь от его рук и иду разогревать Алисе завтрак.

Глава 29

Каролина

Наша с Денисом учёба превращается в нечто совершенно непотребное.

Я в жизни столько не целовалась, сколько за следующие несколько дней. У меня аж губы болят. А он только усмехается и старательно, ломая язык, заучивает и заучивает нужное произношение.

Я уж молчу о том, что происходит каждую ночь… Потому что Денис решил, что долг будет стребовать с меня в конце дня сразу за всё.

– Ну вот видишь… – задыхаясь после очередного поцелуя, выговариваю кое-как. – Я же говорила… Всё дело в мотивации.

Мужчина фыркает, прижимая к себе сильнее. Мы только что закончили последнюю страницу диалога, который составляли заранее в нескольких вариантах в зависимости от того, как может пойти дело на переговорах.

– Думаю, тебе больше не нужна учёба, – обнимаю Дениса за шею, укладывая ему голову на плечо. – Точнее, я уверена. Какие-то мелкие шероховатости пройдут незамеченными.

– А мне понравилось, – слышу тихий смех. – Пожалуй, я найму тебя постоянной преподавательницей. Личной, так сказать.

– Я не против, – усмехаюсь в ответ. – Хотя мне больше нравится работать с детьми.

– Я буду твоим единственным взрослым учеником, – он подцепляет меня пальцем за подбородок, снова целует, но ласково и коротко.

– Единственным и неповторимым! – киваю с улыбкой и вздыхаю. – Ладно. Во сколько завтра переговоры? Они должны были уточнить время вроде бы?

– Да, всё верно. Днём, – Денис сосредотачивается. – Но вы с Алисой приедете раньше. Будете находиться у меня на глазах, чтобы я был уверен, что с вами всё в порядке. После окончания переговоров из офиса ни ногой. Домой мы отправимся вместе.

– Что будет с Кариной? – задаю тихо вопрос, который вертится на языке последние несколько дней. – А с Виолеттой? Что вообще будет дальше?

Денис рассказал мне о том, что узнал от женщины. Но меня это практически не задело. Да, было немного неприятно узнать, что мне отказали в семье, в нормальном детстве – только потому, что сочли не слишком здоровой и что враньё, подготовленное приёмными родителями Карины, не подразумевало двоих девочек. Но… как говорится, после драки кулаками не машут. Как есть – так есть. Зато я могла сказать, что всего в своей жизни добилась сама. А сейчас… сейчас я вообще была счастлива. И очень боялась только одного – что это счастье у меня могут отнять.

– Я отвечу на эти вопросы позже, – Денис легко касается моего носа кончиком пальца. – Ты же помнишь моё обещание? Решений без твоего ведома я принимать не собираюсь. Просто нужно кое-что подготовить.

– Хорошо, – киваю и улыбаюсь.

Но всё равно нервничаю. И на следующий день, когда мы с Алисой едем в офис компании, у меня такой мандраж, что даже руки трясутся. А вдруг что-нибудь пойдёт не так? Вдруг нас каким-то образом раскусят? А если навредят Алисе?! Видео понятно, чёрт с ним. Больше всего я беспокоюсь за девочку. Сама-то выкручусь, что мне будет…

– Мам, ты чего? – Алиса явно чувствует, что я на взводе, прижимается, смотрит снизу вверх.

– Переживаю, малышка, – отвечаю ей честно. – У твоего папы сегодня большая сделка, ты же знаешь, а мне там быть переводчиком. Вот и нервничаю.

– Да ты же идеально говоришь по-китайски! – Алиса пожимает