Отстань от тети, мальчик! - Ирина Васильевна Давыдова

Сука! Он ах*ел?

— Я занята вечером. Борис Романович, не пытайтесь за мной ухаживать. Мне это не нужно.

Он нахально улыбнулся в ответ, но ничего не сказал. Лишь продолжал жадно разглядывать мою женщину. Смотри-смотри, урод, но только не тронь.

Выпив кофе, я ушел в свой кабинет. Как минимум в зале есть бармен и официанты, и позволь себе что-то этот мудак — я буду тут же в курсе. Ане я полностью доверял и знал, что ее он не заинтересует. Но сучья ревность покоя не давала. Один раз я даже заглянул в приложение, чтобы посмотреть, что творится в зале, но, к моей радости, этот Борис Романович уже смылся.

Но покой мой был недолгим. Мы успели поужинать вместе, как в кабинет кто-то постучал.

— Алим Ибрагимович, тут курьер, — сообщила Настя, наш администратор.

Я нахмурился. Какой курьер?

— Пусть войдет.

Аня обернулась к двери, и под удивленные взгляды курьер зашел в кабинет с огромным букетом красных роз.

Сука! До чего же банальный подкат.

— Цветы для Латышевой Анны Анатольевны.

— От кого?

— Гусарев Б.

Я перевел взгляд на Аню. Она хмурилась и плотно сжимала губы.

— Мне не нужно.

— Я обязан их вручить вам. Дальше ваше право, как распоряжаться цветами, — произнес парень, оставляя букет на столе. — Всего доброго.

Мы остались в кабинете одни.

— Объяснишь?

— Нечего объяснять, Алим. Я повод не давала.

— Я знаю, что не давала. Но, видимо, этот гандон не понял.

Поднявшись, я схватил букет, открыл окно и так же банально, как и красные розы, вышвырнул их на улицу. Развернулся и наткнулся на ошарашенный взгляд Ани.

— Что?

— Но цветы причем тут? Зачем постоянно в окно?..

— Тебе цветов мало? Хочешь, я прямо сейчас целый камаз подарю? — произнес громче, чем и напугал ее.

Черт. Нужно себя контролировать.

— Не ори на меня, Алим. Я не просила этих цветов. И Гусареву я не улыбалась.

— В следующий раз я ему их в задницу вставлю.

Поправил пиджак и вернулся в кресло.

Аня поджала губы и, коротко кивнув каким-то своим мыслям, размашистым шагом покинула кабинет.

— Аня!

Стукнул кулаками по столу и выдохнул.

Прекрасно! Чертовски прекрасно!

Сука!

Глава 26

Алим

— Доброе утро, тетя Аня, — прошептал Ане на ушко, мягко целуя нежную кожу.

Сегодня я решил все утро провести дома с любимой женщиной. Был бы рад проваляться с ней в кровати весь день, но Аня слишком ответственный работник. Отправить бы ее в отпуск, да такой, чтобы надолго. Но боюсь, что в таком случае меня пошлют.

— Ммм, Алим… когда ты перестанешь поясничать, — прохрипела она, обнимая меня и забираясь пальчиками в волосы на затылке.

— Будешь моей девочкой?

— Ммм… — снова протянула она.

Я обожал наше утро. Аня становилась особенно ласковой, и такой я любил ее еще больше. Хотелось ласкать, не останавливаясь, быть в ней долго и медленно, и чтобы утро длилось минимум до обеда.

— Девочкой буду, — прошептала она, отвечая на мой поцелуй.

Рукой скользнул ниже, поглаживая ее бедро. Губами прошелся по шее, скулам, подбородку. Снова коснулся губ и ворвался в ее рот, сталкиваясь с языком. Аня застонала в ответ. Я улыбнулся и, удобно устроившись у нее между ножек, погрузился в желанное тело.

— С праздником, моя девочка.

После секса мы приняли вместе душ, где еще раз довели друг друга до оргазма. А после, пока Аня сушила волосы, я приготовил нам завтрак. Как только она вышла из ванной, я протянул ей подарок.

— Спасибо, Алим, — произнесла негромко, даже не открыв коробку.

— Не посмотришь?

— Посмотрю, конечно. Просто ты знаешь, что для меня неважно все это.

— Знаю, но хочу свою женщину баловать подарками.

Она улыбнулась и все же открыла коробку. Взгляд резко метнулся на меня и обратно.

— Это очень дорого.

Плевать, сколько стоит колье. Хочу чтобы моя женщина носила драгоценности.

— Ань, ты достойна лучшего.

— Спасибо, Алим. Это очень дорогой подарок. Во всех смыслах. Не припомню, чтобы мужчины меня так баловали.

Мотаю на ус.

— Буду тебя баловать.

Я сам застегнул колье на ее шее, а в ответ получил поцелуй. Стоит ли упоминать, чем он закончился?

***

Уже второй час я сидел в кабинете и наблюдал одну и ту же картину. Гусарев подкатывал яйца к моей Ане. Это все что мне нужно было понимать. И я не знаю, сколько еще выдержу на это смотреть. Я видел, что она пыталась разговаривать с ним очень корректно. Отказывала, даже когда он приглашал ее на танец. Старалась улыбаться, чтобы не выглядеть грубой. Но всему был предел и особенно моим нервам. Прорвало меня, когда этот мудак схватил ее за руку. И случилось это не в зале, не около барной стойки или администратора. Он поперся за ней к служебным помещениям. Дернул за руку и потянул на себя.

Я выдохнул. Отшвырнул телефон и вышел из кабинета. Они были в нескольких метрах от двери.

— Анна Николаевна, почему вы не на рабочем месте? — я негодовал.

Какого хера она, вообще, делает в зале? Она не администратор, который обязан следить за тем, что происходит в зале. Она — директор ресторана, черт возьми.

— Кто это? — рявкнул я, и так прекрасно зная Гусарева в лицо.

— А ты кто?

— Послушайте, Борис…

— Анечка, помолчите. Это ваш начальник? Он вас обижает?

Мой взгляд упал на его руку, до сих пор сжимающую запястье Ани.

— Если ты сейчас же не уберешь от нее свои лапы, я их переломаю тебе.

— Не много на себя берешь? — спросил мудак.

Я перевел взгляд на Аню. Она сжалась, пытаясь вытащить руку из захвата.

— Пошла в свой кабинет. Живо!

Она вздрогнула и, резко вырвав руку, сбежала. Я перехватил мудака и вывернул его руку.

—