Отстань от тети, мальчик! - Ирина Васильевна Давыдова

смог достучаться, смог растопить лед в ее сердце и приблизиться к нему. И сейчас я где-то оступился. Я причинил ей боль и я видел ее в глазах женщины, которая стала для меня центром моей Вселенной.

— Хорошо, я уйду, — согласился, но это не означало, что я сдался.

От такой женщины легко откажется только идиот. Но вот ее следующие слова разбили мое сердце на осколки.

— Ключи оставь.

Я повернулся и уткнулся в нее взглядом. Она все уже решила для себя, и старалась казаться снова холодной. Но я был уверен, что глубоко внутри ей тяжело далось это решение.

Я медленно достал из кармана ключ и положил его на стол. Посмотрел на Аню еще раз и покинул квартиру, громко хлопнув дверью.

Внутри дыра — черная, глубокая, засасывающая. Мне хотелось нажраться, но я знал, что алкоголь никак не поможет утопить мою боль. Утром все вернется, и я снова почувствую то, что чувствовал сейчас.

Оказавшись на улице, провел руками по волосам и выдохнул.

Млять, почему эта взрослая жизнь такая сложная? Почему в школе нас учат решать косинусы и синусы, а не то, как выживать в случае, если в жизни произошел пи*дец? Почему нас не учат психологии? Почему не учат понимать женщин? Видеть то, что их настораживает, что им не нравится, или чего они боятся? Нахрена мне понадобилось учиться одиннадцать лет в школе, чтобы не знать, как вернуть ту, рядом с которой молчать в удовольствие, не говоря уже о чем-то другом?

На улице накрапывал дождь. Я поднял взгляд к окнам квартиры Ани и увидел, как шевельнулась штора. Плотно сжал губы и, сунув руки в карманы куртки, побежал к машине. Я дам ей время, дам столько, сколько понадобится, а потом сделаю все, чтобы вернуть ее. Аня должна поверить, что я не ее отец или братец. Я не мудак, который лишает женщину выбора, ее желаний, окружения. Я не чертов абьюзер, какого она могла во мне разглядеть. Мой отец воспитывал меня уважать женщин. И в моих мыслях никогда не было намерений подчинить себе Аню. Да, я могу быть собственником, но это не абьюз и запреты. Это желание, чтобы моя женщина была только моей, чтобы она смотрела с обожанием и улыбкой, которая будоражит, только на меня. Я не хочу, чтобы различные мудаки принимали ее вежливость за желание флиртовать. И то, что я сорвался в тот день, говорило лишь о желании набить морду Гусареву за то, что не понимает с первого раза, за то, что смеет трогать мое.

Заведя двигатель, я откинул голову на спинку кресла и зажмурился.

Аня-Аня, в какой же ты момент решила, что я буду тебя подавлять и лишать права голоса? В какой момент решила, что я запру тебя в четырех стенах и не позволю делать то, что желаешь ты? Неужели я так сильно напугал тебя в тот день? А у меня ведь и в мыслях ничего дурного против тебя не было. Все, чего я желал — сделать тебя счастливой. И никто ведь больше не сможет, никто не в состоянии будет. Ведь только я буду любить ее так, как уже люблю.

Достав из кармана телефон, я разблокировал экран и застыл на нем взглядом. На заставке ее фото. Я пришел в очередной раз с букетом цветов, а она, уже оттаяв, радовалась им, как маленькая девочка. Тогда, сидя на кровати в тонком кружевном халате, она носом ткнулась в бутоны и наслаждалась их ароматом. Мы были счастливы. Она была счастлива и я дурел от этого состояния. Запечатлел ее на память и поставил на заставку. Это стало одним из моих любимых фото. И сейчас, глядя на нее через стекло, я понимал, что в ближайшее время мне предстоит любоваться ею только на фото. Моя улыбающаяся тетя Аня.

— Нет, девочка моя, я все равно тебя не брошу. Просто дам время. Нам двоим.

Глава 31

Аня

Через три дня

Только включила телефон, как сразу же посыпались сообщения. А еще много-много пропущенных звонков. Впрочем, чего-то такого я и ожидала.

На самолет я опоздала. Разговор с Алимом меня вымотал. Сил совершенно не было. Я долго сидела в гостиной, глядя на оставленные ключи. В голове шумело, душу разрывала боль. Мне было так плохо… Я не могла оставаться в четырех стенах. Взяла собранную сумку, вытряхнула из нее все содержимое и закинула джинсы и свитера. Раз решила куда-то уехать — надо ехать.

Состояние не то, чтобы искать новый отель за границей, бронировать билеты… Потому я просто села за руль и поехала. Куда? Не знала куда. За город для начала. Потом решила по дороге, что можно махнуть в горы. Побыть наедине с природой, подышать свежим воздухом, побродить по лесу.

Идея была хорошая, но и от этого варианта я отказалась. Уже на полпути я увидела с дороги огни комплекса, состоящего из деревянных домиков и большого деревянного здания. Рядом лес и, как потом оказалось, озеро. Вроде это то, что я хотела. Побродить будет где. Да и место выглядело очень уединенным.

Я свернула на дорогу, ведущую через лес к комплексу. Спросила на въезде у охранника, где находится ресепшен. Оставалось надеяться, что в это время года тут нет аншлага.

Мне повезло. Приятная улыбчивая женщина за стойкой дала мне ключ и указала, где мой домик.

Внутри было очень уютно, тепло, пахло деревом. Это точно то, что мне нужно.

В домике был телефон, по которому можно связаться с ресепшеном, заказать еду из ресторана в номер, попросить то, чего не хватает. Потому свой телефон я отключила. Не хотела сейчас ни от Алима звонков, ни от работников ресторана, ни от кого. И следующие двое суток я провела в полной тишине, восстанавливая силы. Но сегодня решила, что пора выходить на связь с миром.

Телефон в руке завибрировал. Яся. Увидела, что я появилась в сети.

— Алло!

— Аня! Ты в порядке? Где ты?

Голос племянницы звучал очень взволновано.

— Привет, Ясь. Да, я в порядке. Со мной все хорошо. Не волнуйся.

— Не волноваться? Ты серьезно? Аня, Алим сам не свой, ничего не рассказывает, а ты пропала! Тебя нет ни на работе, ни дома и к тому же телефон отключен! Что я должна думать? — возмущалась Яся.

— Я хотела побыть одна. И с чего ты решила, что