Путь к дракону - Маргарита Ардо

Я нахмурилась.

— Знать бы, какие именно секреты у Адера в загашнике!

— Может, и никакие. Ему нужно твоё внимание, и чтобы ты за ним побегала. Признала, так сказать, кто главный.

Я вспомнила, что Растен с Линденом называли «медузами» ребят из группы феноменов. А медузы-то ядовитые… Интересно, почему они говорили, что лидером смогу стать я? Впрочем, это сейчас не важно. У меня пока были одни вопросы и никаких ответов.

Мы направились в сторону столовой под рассказы Дари:

— Эднату вставили выговор и вычли из рейтинга за нападение на тебя пять баллов сразу.

— Могли б и исключить.

— Не стали, он же из семьи моредонских шишек. На Олану попала клякса от твоего орфа, у неё ожог, к врачу отправили. А завтра первой парой будет занятие с боевиками. Наши мотыльки, толстый и тонкий, Олана и Мия, заранее упадут в обморок, я тебе обещаю.

Мы рассмеялись.

В столовой я тщетно пыталась не показать виду, что обилие еды меня поразило — так ломились столы на городском пиршестве у нас ещё до войны, когда правитель города выдавал дочь замуж. Вот только у нас не летали тарелки и блюда с угощениями, не катались тележки с выпечкой сами собой и не сновали повсюду прозрачные тонтту, о присутствии которых можно было только догадываться.

Уплетая за обе щёки сочное мясо, я продолжала всматриваться в мерцающих плазменных доберманов. Загадочные твари! Когда все заснут, я обязательно пройдусь по студенческому городку и посмотрю, меняют ли форму другие орфы, как это пытался мне преподнести Растен. И как именно они «двоятся»…

⁂

Глубокой ночью я тихонько выбралась из постели, оглянувшись на Дари. С её кровати лилось мерное сопение. Белая рука свесилась к полу.

Наверное, можно было бы позвать с собой Дари, но мне не хотелось. Это было моё собственное дело — разобраться либо с враньём, либо с галлюцинациями. Тем более, что моё отношение к Линдену я новой подруге не сумела бы объяснить. Себе и то не могу!

Я надела штаны и куртку, сунула ноги в ботинки. Крадучись подошла к двери, холод ручки опалил ладонь. Что я увижу в коридоре? От воспоминаний стало страшно, и металлическая прохлада предательски поползла по руке под свитер. Внутренний голос тоном мадам Сильван спросил, не сошла ли я с ума?

«Страх — первый показатель непригодности мага», — ответила я себе. И решительно вышла в коридор.

Орф материализовался тут же, навострил уши, чувствуя мою злость. Сел, преградив дорогу. Я посмотрела на него испытующе.

— Что?

Орф не расплескался лужицей под ногами и двоиться не собирался.

— Отлично! Злюсь я только на себя, — шепнула ему я. — И раз уж перезарядка отменяется, идём.

Он потрусил рядом. Личный критик всё тем же голосом соседки убедился, что я не в себе и приказал вернуться в комнату. Как бы не так!

Тише мышки я пошла по коридору, затаив дыхание, спрятав сердце под все пуговицы куртки, чтобы не билось так громко. Я свернула на лестницу и чуть не вскрикнула: тощий тонтту, похожий на синюю колбасу, подперев щёку, тёр лениво щёткой стенку. С его головы вспорхнула чудом уцелевшая малиновая бабочка. Орф зарычал.

— Спокойно, — сказала я. — Свои.

Бабочка тут же опустилась на моё плечо. От щётки академического домового во все стороны разлетались дымчатые синие волны с запахом моющего средства. Касаясь штукатурки, они оставляли капли — там, где кто-то мазнул грязным пальцем или задел башмаком.

— Ходят тут… — проворчал тонтту. — Стены пачкают!

— Я нет. У меня руки чистые! — Я сунула домовому под нос ладони, пахнущие мылом. — И ботинки мытые. Сама чистоту люблю.

— Ладно уж, проходи, — буркнул тонтту.

— Меня Тара зовут, а тебя? — Я улыбнулась. — Будем друзьями?

Среди домовых сторонники мне не повредят, они, кстати, точно не аландарцы…

Тонтту посинел ещё ярче, особенно в щеках, словно его залили свежей краской, расширил круглые, как у нарисованной вороны, глаза.

— Как это друзьями? Ты же человек!

— А что мешает? — Я пожала плечами. — Я дома всегда молока в мисочку и печенье за печь нашему домовому ставила. Дружили. Он мне сказки нашёптывает ветками глициний и бугенвиллий по окнам, хороший у меня домовой. Апельсины ещё любит. Скучаю.

— Молоко? — Тонтту сглотнул и не выдержал, облизнулся. Потупился и кивнул. — Ладно… подумаю. Если молоко… Иди, мешать не будут.

Он махнул в сторону первого этажа продолговатыми пальцами. От них заструился едва заметный синий дымок. Поблагодарив, я пошла за ним.

Интендант спал, щедро распуская храп на всю проходную, вокруг его ноздрей витал подарок домового. Я выскользнула в ночь в сопровождении плазменного добермана и малиновой бабочки, которая будто приросла к моему плечу. Так себе, конечно, компания для ночных расследований.

Море шумело справа, звало меня к себе, ветер окатил пронизывающей свежестью по лицу и забрался за шиворот. Я поёжилась и свернула в кампус, завидев пятна мерцающей плазмы тут и там.

Орфы! Они-то мне и нужны!

⁂

Наверное, это было глупо, но я подходила к каждому и, заглядывая в глаза, тихонько звала: «Линден… Гельвасий…» Лиловые радужки ничего не выражали, хотя псы из плазмы были настороже — не натворю ли чего.

Растену от моего орфа наверняка будет известно о прогулках ночью. Ну и ладно, скажу, что не спалось…

Я пересекла осторожно кампус до противоположного края. Всё выглядело мистичным, как и бывает ночью, немного пугающим и слишком большим, особенно тени, густые и подозрительные. Чёрные склоны гор спали, укрытые сверху звёздами, поблескивающая река перешёптывалась о чём-то с озером за мостиком, а море, расшибая волны вдалеке о высокий берег, будто пыталось докричаться до местных водоёмов.

Кусты, усыпанные светлячками, жили своей жизнью. В поиске очередного орфа я подошла к ним и опешила. Вовсе не ночные жуки светились здесь, а существа с крылышками, похожие на гномов размером чуть больше шмелей. Они освещали темноту колпачками. Некоторые летали, некоторые сидели на ветках, свесив ножки в умильных башмачках и болтали на комарином языке. А другие собирали в крошечные ведёрки нектар с цветов, похожих на жёлтый жасмин, дёргая их палочками с закруглёнными концами.

— Здрасьте… — выдохнула я.

Не получив ответа, я решила не тревожить местных «светляков», отошла в сторону. Последний орф кружил неподалёку. Увы, он тоже был неживым существом из плазмы — лишь копией настоящей собаки с функцией «охранять».

Я закусила губу и задумалась. Постояв немного, раздосадованная, медленно пошла обратно.

Может, попробовать попасть в башню? Такая досада, что Растен со своими перемещениями не показал мне, где находится тот инкубатор… Возможно, мой орф ещё