Помощница Его Величества - Дарья Верескова

Ищейка ехал сбоку, на другом коне, и вёл в поводу ту лошадь, на которой приехала я. Николас Хаул выглядел отвратительно свежо — словно нас всех вчера не потрепало, когда часть стены внезапно взорвалась в момент, когда Его Высочество попытался разрушить бытовую магию.

Храм!

Тайный ход, ведущий из покоев бастарда! Я всё проспала...

— Что случилось? Удалось ли скрыть информацию о том, что мы были в храме? Что на другой стороне прохода? Вы открыли могилу бастарда?

— Тише, леди Валаре, — ухмыльнулся Ищейка. — Да, мы открыли могилу бастарда — она оказалась пуста, как я и подозревал. Храмовники решили инсценировать его смерть, и даже король, похоже, не знает, что его ребёнок жив. Теперь, конечно, узнает…

А значит, версия о заговоре становится куда более вероятной.

Кто-то узнал о бастарде короля, живущем, словно преступник, в храме. Кто-то помог ему сбежать пятнадцать лет назад — и если храмовники это скрыли…

— Могут ли храмовники быть причастны к заговору? — тихо спросила я. — С какой стати им лгать Его Величеству о таком?

— Из тех, кто сейчас служит в храме, только трое были здесь пятнадцать лет назад. Все они уже допрошены. Они вполне могли быть замешаны в заговоре, но могли и просто помочь бастарду из жалости — ведь по сути, это была тюрьма для него.

А может, они помогли ему потому, что сам король отдал приказ поджечь крыло храма, желая уничтожить угрозу, которую представлял бастард.

— Хватит, — голос Его Высочества прозвучал жёстко, и Николас Хаул тут же замолчал. Кронпринц вновь аккуратно прижал мою голову к своему плечу. — Леди Валаре ранена. В следующий раз болтай меньше.

Похоже, он считал, что часть информации следует от меня скрывать — при том, что я и так была по уши в этом расследовании, и, скорее всего, заговорщики, если они действительно существуют, уже знали о моём участии.

А может быть… он просто старался оградить меня от всего этого, пока ещё была такая возможность. Если она вообще была.

Он ведь просил меня доверять ему.

— Вы разрешили мне делать всё, что необходимо, чтобы продвинуть это расследование, — с холодным блеском в глазах напомнил волк.

— Она ранена!

— Я бы хотела передвигаться на своей лошади, — перебила я их, заметив, что мимо по дороге проезжает всё больше всадников и карет.

Мы всё ещё были закутаны в плащи с капюшонами, но, скорее всего, очень скоро наткнёмся на работников дворца — особенно с учётом того, что мы постоянно разговаривали.

— Это не то, что рекомендовал целитель, — я почувствовала, как кронпринц качнул головой в знак несогласия, но потом, слегка развернув меня, пристально всмотрелся в моё лицо, позволяя мне высказаться.

— Просто высадите меня на границе города, я доберусь на коляске, — спокойно улыбнулась я, всячески показывая, что со мной всё в порядке.

Мы оба должны научиться доверять друг другу.

— Хорошо, — наконец произнёс он. — Я найду для вас возницу. Пожалуйста, не двигайтесь слишком резко.

Голос был тихим и равнодушным, и я почувствовала лёгкую вину. Он ведь хотел как лучше, понимая, что в отличие от них, у меня нет высокой регенерации полностью пробуждённого оборотня.

— Целитель считает, что у вас постоянное истощение резерва и что вам необходим отдых, — продолжил он. — Я освобожу вас от всех обязанностей на эту десятку.

Я тут же встрепенулась, услышав это.

— Я готова вернуться к работе через день. И считаю, что после случившегося ваша защита должна быть усилена, а сотрудников во дворце и так не хватает, — я была готова привести ещё два десятка аргументов, если бы он начал возражать.

Не потому что не хотела выходных. А потому что они были нужны мне в другое время.

— Но раз уж вы готовы дать мне длительный отдых...

— Я слушаю, — хмыкнул он, похоже, довольный тем, что я всё-таки о чём-то попросила. Видимо, он всё ещё чувствовал вину за мою рану.

— Мне нужно отправиться в поместье Валаре, к месту силы, — Имир же сказал, что не сможет сделать этого в следующем месяце. Да и моего зверя это немного успокоит — в последнее время моя спящая пантера сама не своя. — Прямо перед следующим испытанием, через две десятки...

— Леди Валаре понадобится нам совсем скоро, перед следующим походом в игровой дом, — неожиданно бросил Ищейка, и я даже привстала, забыв о головной боли.

— Следующим?

— Да, — продолжил Николас Хаул. — Нам нужно прояснить коалиции внутри дворца, и первый поход уже дал много результатов. Второй мы организуем сразу после совета.

* * *

По возвращении во дворец меня вновь осмотрел целитель. Он рекомендовал покой, тепло и укрепляющие отвары, заметив при этом, что рана удивительно чистая — словно кто-то тщательно её обработал.

Никаких воспоминаний об этом у меня не сохранилось — не кронпринц же вылизал меня, словно мать — свое поранившееся дитя?

Матушка взволнованно сновала вокруг, цокая языком и повторяя, что девушкам вовсе не пристало заниматься столь опасной работой, тогда как я вежливо просила её не суетиться.

Кузины тоже оказались здесь, они развешивали свои платья, почему-то, в моей гардеробной, уверяя, что в крыле, где живут конкурсантки, совсем нет места.

— До следующего испытания ещё две десятки, пожалуйста, оставьте меня одну хотя бы ненадолго. Мне нужен покой, — попросила я, всё яснее осознавая, насколько вольготно стало всем в моих покоях.

Вот и документы Имира теперь находились где-то в гостиной, на одном из столиков. Слава богам, всю работу я выполняла в кабинете, ведь в жилом крыле всегда было слишком много посторонних.

— Конечно, девочки, Мио нужен отдых, — торопливо сказала мама, и кузины, послушно закивав, отправились с ней на ужин, пообещав принести мне что-нибудь вкусное.

* * *

СОРОНСКИЙ ВЕСТНИК

Издание, заслуживающее доверия с 1123 года от Основани

— — — — — — — — — —

ИСПЫТАНИЕ ТАЛАНТОВ

День, полный магии, хрупкой керамики и жарких споров!

Испытание талантов стало настоящим праздником магии, изобретательности и соперничества — впервые с начала Отбора участницам было предложено блеснуть тем, что делает каждую из них по-настоящему особенной. Без ритуалов неудачи, без капризов погоды — только сцена, комиссия, зрители и шанс заявить о себе.

Множество претенденток традиционно выбрали пение и музыку: зал действительно оживился от переливчатых голосов, звона струн и отточенных движений рук на арфах, цитрах и флейтах. Однако, как показала реакция комиссии, подобные номера, сколь бы изящно они ни были исполнены, больше не вызывали прежнего восторга. Ведь Отбор — это поиск будущей