Охота на Белку - Галина Кор

две недели был предсказуем. Он приходил в одно и тоже время, пил свой идеальный кофе, оставлял деньги и исчезал. После того, как «проблема» Иры волшебным образом получила в морду и перестала быть проблемой, и надобность в быстрых деньгах пропала, я подошла к нему. Он как раз в очередной раз выуживал крупную купюру, собираясь засунуть ее под чашку.

— Антон, спасибо тебе за щедрые чаевые, но больше не надо столько оставлять.

— В смысле? Тебе не нужны деньги?

— Нет, сегодня я в них уже не как нуждаюсь.

— А вчера значит были нужны?

— Да… Только не мне, а напарнице моей, там у нее проблемы были в универе, — тихо добавляю я, сама удивляясь, зачем все это рассказываю ему.

— А у тебя получается все отлично? Проблем нет, — обводит меня взглядом, будто ищет явные признаки моей ненормальности. — Лишилась нормального достатка, устроилась работать официанткой, живешь неизвестно где, и у тебя получается все ОК?

— Не жалуюсь. Тем более, что это мои проблемы.

— А может я хочу, чтобы они стали и моими?

— Только я не хочу.

— Я тебе реально так противен, что даже мои деньги воспринимаешь…

— Пойми, — перебиваю его, — мне никто не нужен. Никто.

Он о чем-то задумался на секунду, потом достал бумажку в десять раз меньше той, что собирался оставить, положил на стол, и ушел.

Следующую неделю он приходил лишь два раза и то, брал кофе на вынос, а потом просто пропал. И больше недели от него ни слуху, ни духу. Перегорел? А может что случилось?

Нет, я не скучала, не корила себя за возможную резкость с моей стороны, просто все дело в привычке, или в постоянстве… Это, с чем бы сравнить… как часы на кухне — они вроде и не нужны особо, но стоило им остановится, ты замечаешь это и ощущаешь легкий дискомфорт. Ты можешь посмотреть время в телефоне, в ноутбуке, на крайний случай, включить телевизор, но понимание того, что именно на тех часах, что висят на кухне, ты этого сделать не сможешь, где-то под коркой тебя это цепляет.

С часами все просто, купил новую батарейки и пялься дальше, а вот что делать с Антоном? Когда он маячил на глазах, головой понимала, что он мне не нужен, но стоило ему исчезнуть, появился тот самый дискомфорт.

Тут еще и Ира стала подливать масла в огонь.

— Куда твой-то пропал, — спросила она меня однажды после трехдневного отсутствия Антона.

— Кто — мой?

— Да ладно тебе, я что не соображаю, что тот парень таскается сюда день через день ради тебя. Сидит, весь такой задумчивый… Пока ты не видишь, мечтательно смотрит и вздыхает, а в глазах тоска. Что ты с мужиком сделала? Приворожила что ли?

— Скажешь, тоже… приворожила.

И сразу почему-то вспомнила отчима. Джон всегда смотрел на меня снисходительно, словно моя бесчувственность — кара небесная, наказание за грехи, или происки дьявола. Уверена, что он относил меня к категории людей, ограниченных интеллектуальными возможностями. Короче, он считал меня полудурочной. Поначалу, его бесило мое спокойствие, безмолвие. Он кричал, краснел, театрально хватался за сердце, а я просто смотрела и абстрагировалась. Позже, Джон преподносил свою заботу обо мне, как наивысшую степень гуманности и человеколюбия, словно я ниспослана именно ему — богоизбранному человеку неспроста, ибо я — ноша, которая по плечу только сильному духом и близкому к Богу.

Короче, бред… Вспомнила, аж передернуло.

Поэтому все, что связано с религией, оккультными науками, обрядами и всем таким разным, сразу воспринимается мной в штыки.

— Эх, Ира, Ира… — говорю, качая головой, — не там ты подмечаешь интерес.

— А где надо?

— Оглянись и все поймешь.

Но, как бы Ира не крутила головой, главного до сих пор так и не увидела.

И вот, сегодня тот самый день, когда внутреннее напряжение достигло своего максимума. Оно росло изо дня в день, накручивалось, словно проволока на металлический стержень, по которому сегодня пошел ток. Я наэлектризована так, что только тронь и шибанет разрядом в тысячи вольт.

На часах семь часов вечера. Народу в кафе значительно поубавилось.

Пока я крутилась у барной стойки, пропустила момент появления нового посетителя. Ира толкает меня в бок.

— Что? — недоумевая спрашиваю у нее.

— Иди, появился твой воздыхатель, только что-то он заметно осунулся, болеет что ли?

Поворачиваю голову в ту сторону, где обычно сидит Антон.

Он в этот момент усаживается на диван и мне плохо видно, что там у него осунулось, а что присунулось. Но, так как столик на моей стороне, то и обслуживать мне.

Беру блокнот и ручку, и иду в его сторону.

Пока дошла, он успел умоститься и снять куртку.

— Добрый вечер, — говорю, остановившись напротив.

Он и вправду выглядит не очень. Под глазами темные круги, бледный какой-то, да и похудел, вроде.

— Привет, — отвечает он хрипловатым голосом.

— У тебя все в порядке, — зачем-то интересуюсь у него.

— Ты хочешь сказать, что заметила мое отсутствие? — удивлен. — Может еще скажешь, что переживала?

— На этот счет у меня было два варианта: перегорел или что-то случилось. Но вот прямо до переживаний, дело не дошло.

— Понятно. Ты как всегда честна. Принеси мне кофе.

— Я бы посоветовала травяной чай, от него больше толку в твоей ситуации.

— А какая у меня ситуация?

Прикрываю глаза, пытаясь осмыслить свою вдруг проснувшуюся заботу, но не успеваю подобрать нужные слова, так как улавливаю посыл, направленный четко в мою сторону. Внутри, меня начинает трясти, да так, что магнитуда моего личного землетрясения может достигнуть таких размеров сейсмических волн, способных затмить своей интенсивностью все ранее происходившие на Земле.

Я чувствую его приближение.

Вот дверь открывается, впуская прохладный ноябрьский воздух, движение за спиной и ощущение пристального, разрывающего на мельчайшие частицы взгляда. ОН здесь!

Глава 23

Антон.

Знал же, знал, сука, что не надо было ехать за город. Вот чувствовал же жопой, что нехер там ловить, а все-таки поперся. Повелся на уговоры пацанов и поехал в элитную сауну, будто не мылся сто лет и дома ванны нет.

Помылся, Антоша? Понравилось?

Самое обидное, что не понравилось.

Как началась поездка через одно место, так и закончилась. Первый звоночек, что надо вернуть, был тогда, когда я заблудился.

Ночь. Дождь. Холодный ноябрь. Я заехал в какую-то глухомань — ни людей, ни нормальной связи. Самое интересное, что ехал-то по навигатору… Как объяснил Яшка, всего тридцать минут езды, и передо мною должен был появиться шикарный коттеджный поселок, а появились перекошенные избенки, дорога — сплошное