Любовного зелья не желаете, мистер Дракон? - Мотя Губина

class="p1">— Лори! — рыкнул Гил, мгновенно потеряв всю ту стену отчуждения, что намертво встала между нами. Сейчас парень смотрел та-а-ак, что хотелось провалиться сквозь землю.

Но вместо этого я подошла к нему с предвкушающей улыбкой и заглянула прямо в глаза.

— Я не знала, как сказать по-другому.

А затем протянула руку.

— Караул, оно же сейчас въестся в кожу! — вопил на заднем фоне Стив, но его уже никто не слушал. В этом парке остались только я и дракон.

Гил молча опустил взгляд на мою ладонь, а потом почему-то усмехнулся и уверенно дотронулся до моих пальцев.

И в этот момент через нас словно искры прошли. Небо окрасилось во все цвета радуги, а вокруг наших рук заклубились нити магии, что как тонкая атласная лента вилась по запястьям.

Я знала, что сейчас чувствует дракон. Сейчас он может посмотреть на себя моими глазами и почувствовать то, что чувствую я. Это то самое безмолвное признание, как медленно, постепенно, из эгоистичного настроя он начинал мне нравиться.

Из своего сердца, которое сейчас стучало словно бешеное, я смотрела на дракона и думала: «Ты меня так долго защищал, терпел, ты столько всего сделал! Почему ты сказал, что не надо, чтобы я выходила за тебя замуж? Это всё ради того, чтобы меня оттолкнуть, или потому что думал, что я не интересуюсь тобой как мужчиной? Сейчас я этим признанием хочу сказать, что интересуюсь».

Я не знала, влюблён ли Гил в меня хоть немножечко, но если влюблён — он это увидит. А если не влюблён — то просто постоит блестящий минут пятнадцать. В принципе, я ничем не рисковала.

Прошло мгновение, два… прошло две минуты, во время которых Стив нас истерично обливал вёдрами воды и окружал лекарскими чарами из неизвестно откуда принесённых артефактов. А мы всё стояли…

В тот момент, когда я уже решила, что на Гила моё зелье не подействовало, он вдруг тепло улыбнулся, притянул к себе и поцеловал.

— Что вы творите?! — услышала я вопль Стива, прежде чем зарыться пальчиками в драконьи волосы.

Ножки у меня подогнулись, глазки закрылись, и в этот момент существовали лишь губы Гила, что мягко и нежно меня целовали.

Ну, а затем нас друг от друга оторвал мой взбешённый братец, наконец-то добившийся разрыва магии.

— Да вы! Да я вас! — орал он, потрясая кулаком. Затем в какой-то безумной панике попытался соскрести остатки зелья с Гила.

— Ты чего? — хмыкнула я, довольно закусывая нижнюю губу.

— Моё зелье! Моё зелье! — несчастным голосом бормотал брат, пытаясь набрать в баночку хоть немного того, что осталось.

Я переглянулась с драконом и под его жарким взглядом вспыхнула. Чтобы хоть как-то отвлечься, обратилась к брату:

— Знаешь, что я думаю? Ты не просто защитишь диплом. Тебе за эту разработку дадут премию. Всё, как мы и договаривались… Только… — тут я хитро улыбнулась, — для того, чтобы продемонстрировать действие зелья, тебе придётся влюбить в себя какую-нибудь девчонку…

Эпилог

День, когда мой брат наконец-то получил свой диплом

Бледный, почти до синевы, Стив мял руками коробку с ингредиентами, ожидая своей очереди.

— А если не получится? — нервно, в сотый раз переспросил он.

— И думать забудь! Или ты не веришь в искренность ваших чувств? — я сурово погрозила брату пальцем, а затем улыбнулась Люсинде — молоденькой девчонке с первого курса «бытовушек», куда в следующем году собирался поступать Стив.

Его даже обещали зачислить сразу на второй курс, к своей ненаглядной, до того все впечатлились навыками брата жарить шашлычки и мариновать мясо! Смех смехом, а Стиву пророчили блестящее будущее, и даже родители согласились с тем, что ещё четыре года сын продолжит числиться студентом академии.

А сейчас мы стояли возле аудитории и ждали момента, когда Стив продемонстрирует всем то самое зелье, которое показывает истинные чувства влюблённых.

И я верила, что это будет потрясающе! Уж не знаю, как можно применить это зелье, которое у нас получилось, но уверена, что эффект получится грандиозным. По крайней мере, с его помощью можно признаваться в любви даже самым стеснительным людям нашего королевства, а для кого-то это крайне важно.

Я помню впечатления от действия зелья на себе. Гил захотел мне показать, как он всю жизнь на меня смотрел. И это было что-то невероятное: передо мной словно в быстрой перемотке пронеслась вся его жизнь — те дни, когда я ещё бегала маленькой девочкой. Тогда, когда он меня спас из колодца. Мне кажется, именно в тот момент я запала ему в душу, вопя как ненормальная и цепляясь в его драконьи рога, словно в последнее спасение — такая хрупкая, маленькая и всеми силами пытающаяся спасти свою шкуру. Увидела я, как та самая малышка у самой земли наступила на пухлый драконий нос и первой выскочила из колодца, даже не подумав подать спасителю ручку. А Гил запомнил. Запомнил и до сих пор умилялся.

Конечно, это ещё не любовь в полном смысле этого слова, мы оба были детьми, но какое-то хрупкое, нежное и восторженное чувство. С тех пор, кстати, в драконе поселился страх потерять и причинить боль.

Долгое время мы даже не общались, и я-то о нём даже забыла, а толстячок Гил не забыл. Он возмужал, превратился в прекрасного дракона, вернулся в академию, думая, что сможет спокойно смотреть в мою сторону, но, когда увидел ещё раз, у него даже дар речи пропал от восторга. Гил понял, что совершенно точно и безоговорочно влюблён…

Я краснела, когда смотрела его глазами на себя, чувствовала его эмоции по отношению ко мне и понимала, что это действительно то самое чувство, о котором поют в песнях и слагают стихи. Мне кажется, такой скромный и мягкий по характеру парень никогда не смог бы словами выразить всё то, что он чувствовал. Конечно, это можно показывать делами и поступками, но как красиво увидеть, почувствовать, особенно если ты восторженная девочка. В общем, я находилась в таком восторге, когда это всё видела, что потом мы ночь напролёт целовались.

Думаю, счастливы остались оба.

И вот теперь Стив должен наконец-то попробовать это самое зелье на своей Люсинде.

Этого ждали все, включая моих родителей и всех ближайших родственников.

— Может, вы всё же пойдёте? — нервно оттянул ворот рубашки братец, недовольно поглядывая на матушку в окружении двоюродных тётушек, бабушек и Бог знает кого ещё…

— Ты что, милый?! — возмутилась родительница. — А если вы сразу после защиты диплома о помолвке объявите? Мы должны быть первыми, кто