Бестия. Бесстыжая для владыки - Влада Штерн

«В сад так в сад» — подумала я и послушно пошла в вестибюль. Крепко задумавшись над тем, почему у служанок и той поварихи были шапочки на голове. Из фольги!

Такую же шапочку я увидела и на голове у садовника, пожилого мужчины с доброй улыбкой. Он встретил меня на дорожке, где подстригал кусты.

«Значит тогда, в первый день, когда я стояла на балконе и спускала вниз свой ужин с алкоголем, мне не показалось. У садовника действительно был странный головной убор. Как и у всего обслуживающего персонала здесь!»

— Доброе утро, миледи, — добродушно поздоровался со мной он.

— Доброе утро, — чуть смущённо ответила я, улыбнувшись. Не выдержав, я всё-таки спросила: — Мистер, почему у вас на голове такой… интересный убор?

— А это приказ хозяина, миледи, — чуть поклонившись, тут же ответил он. — Все мы их должны носить. Пока находимся тут, да.

— А зачем? — не унималась я.

— Не знаю точно, юная леди. Но приказы владыки должны быть исполнены в точности.

Я ровным счетом ничего не поняла, но оставила свои допросы. Хотя очень хотела узнать причину причуды Вегарда.

«Ему и не нужны причины. Он любит издеваться над людьми. Наверное придумал это, чтобы позабавиться лишний раз над теми, кто намного ниже его по положению. Узурпатор и тиран!»

Мы разговорились. Садовник рассказывал мне о саженцах гортензий, которые должен был пересадить. Я вызвалась на помощь, утверждая, что разбираюсь немного в садоводстве. Он какое-то время не решался, но я настояла на своем. По крайней мере, сад — это не кухня. Я слышала, что у многих благородных леди есть хобби, связанные с выращиванием цветов.

Солнце стояло уже высоко. Мы с садовником, которого звали Джек, усердно работали вот уже два часа. Я с удовольствием рыхлила землю, наполняя ею ямки, стоя на коленях в газоне. Джек меня хвалил, утверждая, что я прирожденная садовница. Он должен был уже уходить, так как наступил обед и хозяин скоро должен был проснуться.

Но хозяин решил проснуться раньше. Потому что совсем неожиданно оказался за нашими с Джеком спинами.

— Что это вы делаете, Лилиан? — услышала я его голос и от внезапности чуть не села задом в траву. Но быстро взяла себя в руки и обернулась к нему с совершенно ландшафтным выражением лица.

— Сажаю гортензии, милорд, — индифферентным голосом ответила я и снова отвернулась от него, продолжая свою работу.

Я специально не посмотрела ему в лицо. А Вегард, молча понаблюдав за моими действиями с минуту, прохладным голосом сказал:

— Если вам так интересно копаться в земле, то жду вас через полчаса в крытой оранжерее.

Сказав это, он сразу же отправился назад к замку по дорожке между лужаек. Я некоторое время рассматривала его статную фигуру со спины, не имея понятия, зачем он меня туда пригласил. Может, хотел обсудить условия нашего странного договора?

Но я не собиралась впредь давать ему повод думать обо мне, как о слабой дурочке! Всё, моя роль исполнена и закончена, я раскрыта, и это давало мне свободу поступать и говорить так, как именно я сама хочу, а не фальшивая Лилиан Вейн, созданная придурком Троем!

Встав с колен и отряхнув подол платья, я направилась к замку.

Глава 14

— Что вам угодно от меня, владыка Вегард? — максимально светским тоном начала я, как только вошла в оранжерею.

Оранжерея была просторной и куполообразной. Через застекленные стены и потолок лился теплый свет, освещающий многообразие растений — экзотических и неведомых мне. Мои глаза разбежались при виде такой красоты, поэтому я не сразу заметила Вегарда. Он стоял у одного из декоративных деревьев. И я первая обратилась к нему.

— Мне угодно поговорить с вами о нашем договоре, — после паузы ответил он. В его тоне, как и в лице, не было никаких признаков каких-либо эмоций.

«Ну что ж, значит, я угадала» — подумала я, смотря на него точно также, без всякого выражения на лице. Пусть не думает, что та близость между нами сломала меня и сделала бессловесной овечкой.

— Хорошо, я готова. Вы обещаете мне не подвергать меня смертельному риску в ваших странных опытах и снять с меня заклятье артефакта, я же согласна принять участие в вышеобозначенных опытах, — выпалила я будничным тоном.

Мои слова подействовали на него. Я видела, как сузились его глаза, сжались пальцы — ему что-то не понравилось. А мне было плевать. Значит, он может видеть во мне лишь холодный расчет, а я нет?

— Опыты — неверное слово, миледи, — процедил Вегард, садясь в плетеное кресло передо мной и положив ногу на ногу. — Скорее, это исследования. Я буду давать вам время от времени некоторые задания, вы их будете в точности выполнять.

— Как ваши слуги? — неожиданно для себя спросила я. Брови Вегарда поползли вверх в непонимании. — Я имею в виду их странные шапки из фольги. Это какая-то новая мода, милорд? Или одно из ваших заданий?

— Не хамите, Лилиан, и не несите ересь, — металлическим голосом почти рявкнул мужчина, прищурившись. — Я не должен отчитываться перед вами в том, как я управляю своими подчиненными. Но, так и быть, удовлетворю ваше любопытство. Их, как вы сказали, шапки — преграда для их мысленного фона, который меня чрезмерно раздражает.

«Черт возьми, я так и знала! Он умеет читать мысли!» — я почувствовала слабость и дрожь в ногах, но держала спокойный вид до последнего.

— Так вы читаете мысли, владыка?

— Нет, такой дури даже в сказках не бывает, — снисходительно выдохнул он и продолжил так, будто бы разговаривал с малым дитем. — Мысленный фон — это другое. Я улавливаю его ментально, но не сами мысли и не картинки, а… как некое давление вокруг, рваное, наполненное внезапно появляющимися в голове едва различимыми образами. Все это напоминает некий туман, из которого выплывают иногда какие-то знакомые силуэты. И чем больше людей вокруг, чем больше они взаимодействуют друг с другом, тем сильнее меня раздражает этот фон.

Я стояла, приоткрыв рот от такой интересной информации. Как же я мало знала о магах! Теперь мне стало интересно узнать больше о них.

— Вы меня шокировали, владыка, — пробормотала я, поняв в эту минуту, что наша с ним короткая интимная связь и моя не совсем романтическая потеря девственности ушли куда-то на дальний план. Сейчас я смотрела на мужчину впервые как на личность, полную загадок и знаний. — От