Бывшие. Лед прошлого между нами - Катя Озерова

— Касиво, — дочка бежит по пушистому ковру с геометрическим рисунком в этническом стиле.

— Очень красиво, — прикусываю губу. Мне страшно посмотреть в договор и увидеть сумму, которую Илай ежемесячно будет выкладывать за эту красоту. Замираю от восторга, когда оказываюсь в просторной кухне. Пальцы с дрожью скользят по новеньким фасадам лимонного цвета, по дорогущей технике, которой, кажется, до меня еще ни разу не пользовались.

— Это дом пинцессы? — Дочка тянет меня в комнату, оказывающуюся детской. Она подойдет как для мальчика, так и для девочки. На стенах милые обои с лесом и сказочными зверями, кровать застлана нейтральным бежевым покрывалом. Кругом все продумано и так и манит остаться.

— Это теперь наш дом, — целую Стешу. Оставляю ее исследовать детскую, а сама иду дальше. Заглядываю в спальню, где меня впечатляет огромная двуспальная кровать с идеальным матрасом. Сажусь на ее край и некоторое время кручу в руках телефон. Я обязана Илая поблагодарить.

«Спасибо. Квартира такая красивая», — пишу сообщение в мессенджере.

«Пожалуйста. Я очень рад, что тебе нравится».

«Как долетел?» — кусаю губы. Это же просто вежливость с моей стороны. Ничего личного.

«Хорошо. Как вы?»

«Стеша отлично, рассматривает детскую. Скучает по тебе». Смещаю фокус на дочку.

«А ты?»

Я? Ох… скучаю ли я?

Зажмуриваюсь, вспоминая наш с Илаем разговор на кухне. Как он несколько раз оказывался совсем рядом. Его взгляд на мои губах, соприкосновение наших тел, крепкие мужские ладони на моих плечах. Инстинктивно потираю шею, по которой рассыпались мурашки от его жаркого дыхания.

Я запрещала себе думать о нем. Но Илай как засел в моей голове когда-то, так и остался там. Я же ни с кем другим даже не целовалась. Я и безумно его любила, и ненавидела до чертиков, и презирала, и тайком мечтала хотя бы издали на него посмотреть. Все что угодно, кроме равнодушия.

И теперь, когда он вдруг появился и был так внимателен, а после уехал, я... скучаю. Злюсь на себя и скучаю.

Но ему точно не нужно об этом знать!

«У меня все хорошо. Не буду больше тебя отвлекать», — набираю и собираюсь спрятать телефон в карман, но не успеваю.

«Ты не отвлекаешь».

Перечитываю сообщение несколько раз. Мне начинает казаться, что наше общение становится похоже на флирт.

«Пришли мне ваше фото».

— Фото? Наше? — я шумно набираю в легкие воздух и задерживаю дыхание.

Фото. Фото. Фото…

Пу-пу-пу….

Это же просто фото.

Издаю нервный смешок и нерешительно открываю галерею снимков. Да что такого? У Илая действительно даже фотографий дочери нет, это неправильно. Нужно ему отослать что-нибудь, раз хочет.

Выбираю несколько фотографий с сегодняшней прогулки. Потом еще десяток со дня рождения. И где мы уток кормим. А вот тут Стеша смешно ела розовую сладкую вату и вся перепачкалась.

«Спасибо», — приходит через пару минут.

«Можно мне пару фото Стеши с мамой?» — еще через минуту.

Со мной, получается…

Кхм, ничего такого, наверное. Он ведь просит с дочкой, а не в белье! Успокойся, Елисеева.

Я слишком долго и напряженно думаю о чертовом фото. Пытаюсь взвесить все за и против. Разгадать, что бы значила я для него на фото. Разозлившись на себя за хоровод дурацких мыслей, от которых вдруг разболелась голова, отсылаю первое попавшееся. Илай хочет фото дочки с мамой, вот и все. Пожалуйста — с сегодняшней прогулки, где мы со Стешей сделали селфи в листиках. Я там без косметики, улыбка на пол-лица, глаза как у китайца, на голове гулька. Обычное мамское фото.

«Спасибо. Подошло».

Куда подошло?

— Черт!

Глаза округляются, когда я получаю скриншот заставки с айфона Илая — то самое фото.

Нет! Я не буду об этом думать!

Нервно засовываю телефон в карман и иду к дочке. Приставучая мысль о том, что я могла бы выбрать фото и получше, начинает назойливо сверлить мозг. Но, блин, послала же это дурацкое!

Глава 24

*Алена*

В день переезда оставляю дочку у родителей. Отца из больницы отпустили, прописав домашний режим. Мама его дальше двора прогуливаться не пускает, следит, как коршун за нерадивым птенцом.

— Лучше бы ты к нам обратно переехала, — бурчит отец, — дом большой.

— Пап, я тебя люблю, — обнимаю его. Но о предложении вернуться даже думать не могу. Тут Басовы под боком. Я все время опасаюсь, что могу с ними столкнуться — и опять начнется. Уверена, ненавидят они нас теперь в разы сильнее, ведь Илай выбрал дочь, а не их.

— Прости, — Оля догоняет меня у входной двери, — ну, за то, что я в больнице… — она покаянно смотрит на меня. — Честно. Вырвалось. Я сильно на взводе была, и в общем… — протягивает руки и крепко меня обнимает. — Ты же знаешь, я тебя люблю. И то, что я Адама… ты понимаешь. — Ей тяжело, но она говорит дальше. — Это никак не влияет на мое отношение к тебе. Вот, — так же резко отстраняется. Смотрит в сторону.

— Я знаю, — протягиваю ей мизинчик. — Мир?

— Мир, — она протягивает свой, и мы скрепляем наше перемирие. — Не говори родителям, ладно? Я взрослая, Алена. Я сама разберусь.

— Не скажу. — Мой взгляд падает в дверной проем кухни, где мама с отцом спорят насчет его обеда. Ни жирного, ни соленого, ни мучного. Мама давит, отец ершится. Крылышки ему подавай. Родителям сейчас новых проблем лучше не добавлять, особенно отцу. Но если что-то сказать только маме, то отец узнает об этом через час, не позже. Не умеет мама хранить от него секреты.

— Спасибо.

— Оя! Пафли гуять! — Стеша выбегает из кухни. Ей наскучило наблюдать за перебранкой моих родителей, и теперь ее цель тетя. — Я на озево хосю!

— Пошли, я тоже туда хочу, — Оля тепло улыбается племяннице.

С легким сердцем оставляю родительский дом. Кажется, у них все потихоньку налаживается.

«Машина приехала?»

Сообщение от Илая настигает меня в квартире. Коробки собраны — их оказалось на удивление много, так что самостоятельно перевезти вещи я бы не смогла.

«Да. Спасибо за помощь», — печатаю быстро. Водитель и грузчик по совместительству переносит коробки. Стекло отставляю отдельно, чтобы ничего не разбилось, его в самом конце понесем.

Илай начал писать каждый день. И я не понимаю, как к этому относиться.

Утром он спрашивает, как мы спали, какое у нас настроение, просит фото Стеши за завтраком или с прогулки. Вечером желает сладких снов. Я тоже вежливо осведомляюсь о его делах. В ответ Илай присылает фото с тренировок или каких-нибудь детских игрушек, которые для