Дилогия «Аконит, Фантом» - Ирена Мадир

Утром он все еще валялся в кровати, поднявшись только раз, чтобы сходить за кофе и печеньем, а затем снова вернулся, взбил подушку и полулежа уселся с книгой. Эта, правда, была не про эротику, а про Первую расовую войну, произошедшую еще в Эру богов. Наверное, поэтому Рие выглядел более сосредоточенным. Между бровей его пролегла морщинка. Хэлла заняла кресло, вооружившись папкой с бумагой и карандашами. Она пила кофе, лениво жуя печенье, и делала наброски всего вокруг: дверной ручки, складок на ткани балдахина, валявшейся на столе книги и даже кружки.

Хэлла расслабилась, позволяя карандашу самому вести линии. Внутри все сжималось от страха при мысли, что она может снова воспроизвести знакомое лицо Мальвы, снова напомнить себе о том, какой живой она была… Круг, вертикальная линия посередине и еще четыре горизонтальные, рубленые, еле заметные – для построения головы. Из-под руки уже появлялись контуры головы. Слишком острые черты для девичьего лица. Ровный нос, полуприкрытые глаза, длинные ресницы.

Набросок уже слишком явственно напоминал определенного человека, лицо которого за несколько дней Хэлла успела неосознанно изучить. Оно просто постоянно появлялось где-то рядом. Разве что волосы… Хэлла моргнула, удивленно глядя на росчерк, словно длинную прядь заправили за ухо… У Рие волосы были короткими после того, как Дерек…

Она подняла голову к Рие, почти с ужасом заметив, что он поднялся и идет к ней. Хэлла спрятала лист в папку, слушая, как отчего-то затрепетало сердце.

– Что? – удивился Рие, останавливаясь у пиалы с печеньем и выуживая одно.

– Н-ничего…

– А чего ты смотришь на меня, как на призрака?

– Фантома. Я имею в виду научное название, а не… тебя. Не важно.

Рие хмыкнул и вернулся на кровать, перевернувшись на живот. Хэлла же принялась рисовать уже пастелью. Что-то яркое, вроде золотых рыбок в большом аквариуме, которых держал дедушка, или Бренди на стуле.

Вечером Хэлла и Рие снова спустились на ужин. Там уже ждали Макс и Лира. Миссис Шепард не было, зато детектив Райдер жадно ел свою порцию стейка. Заметив Рие, он замычал:

– Эво фы! Фто фам?

– Я тоже тебя люблю, bonbon!

– Фтоб тебя, – он проглотил и уже понятным языком сказал: – Спросил, что там. Что случилось?

– Где случилось?

– Он про Фантома, – буркнул Уорд.

– Без понятия, я домашний песик, охраняющий ее, – Рие кивнул на Хэллу, – липну к ней как могу. Так что произошло?

– Фантом убил пэра! Тот возвращался от шл… кхм…

– Мы не дамы, мы магессы, расслабься, – Лира усмехнулась.

– Ну все равно… В общем, от проституированных женщин, а по пути наткнулся на Фантома. Пьяный лорд сдаваться не захотел, и ему в глаз воткнули его собственный кинжал! И энергия Фантома! Что делать будем?

– Что будем? У меня алиби, у Макса, я полагаю, тоже. Так что ничего ты нам не пришьешь, ищейка.

– Ладно, Уорд. Если захочешь его тихо убить, я подскажу, где спрятать тело, – хмуро заявил Райдер.

– Гэбриел, Гэбриел! – Рие покачал головой. – Какой ты злой мальчишка! Что я тебе сделал?

– Ты издеваешься! А дело серьезное! Шеф не давил до этого случая, а теперь…

– Дарквуд видел меня в образе Фантома. Едва ли он решит, что это постоянно был я, но на тебя, Ришар, подумать точно может, – Уорд опустился за стол. – Думаю, лучше поговорить с этим…

– Тео? Думаешь, он станет слушать?

– Ты сказал, что он подчиняется Белладонне, разве ты не можешь попросить ее?

– А она так точно побежит делать, как я скажу, – фыркнул Рие. – Если бы меня слушали, мы бы жили спокойную жизнь в милом доме с садом и прудиком, а не руководили бандой и не бегали по городу в поисках плохишей, которым можно перерезать горло.

– В любом случае стоит поговорить. Они подставляют тебя своим поведением. Можешь поехать сейчас.

– Вечером? Ты шутишь? Тео в костюме Фантома прыгает по крышам, Донни в полувменяемом состоянии решает свои бандитские дела – вот чем они сейчас заняты. Лучше ехать утром… Тео зайдет после вылазки к Донни отчитаться.

– Тогда утром, – кивнул Уорд.

– А Хэллу куда?

– Я могу и одна посидеть.

Рие скептично посмотрел на нее.

– Может поехать со мной… – подала голос Лира.

– Завтра рабочий день. Куда она поедет? В мертвецкую? Отличный план!

– А ты предлагаешь свозить ее к Белладонне?

– Я предлагаю не менять систему, при которой я где-то поблизости. Белладонна не психически больная, она не станет ничего с нею делать. Или моя колдунья боится?

Перспектива повидаться с очередными представителями кирпичей в лице уже знакомого Дина и незнакомой Белладонны, о которой ходили такие жуткие слухи, что даже ее имя боялись лишний раз произносить, не внушала ни грана[91] уверенности. Чего Рие хочет? Чтобы Хэлла еще раз убедилась, как опасны кирпичи? Или как несправедливо с ними обошлись?

– Бояться мне нечего, – пожала плечами она.

Правда, утром Хэлла все равно ощущала беспокойство, особенно когда Рие вышел за галстуком.

– Важная официальная встреча, я же должен быть презентабельным, – ехидно отозвался он.

«Важная встреча», – гудело в голове. Не с кем-нибудь, а с самой Белладонной! Хэлла почему-то представляла ее не менее высокой, чем Рие, только еще более угрожающей. Это он по какой-то причине относился терпеливо к той, чья семья была причастна к его мукам, к той, что выступала пособником его похитителя, а что сделает с ней Белладонна? Хэлла надела простую темную блузку и брюки на случай, если придется бежать. Часть ее продолжала волноваться из-за встречи, а другая часть… Другая часть надеялась наконец получить заслуженное…

– Ma chère![92] – позвал Рие из комнаты. – Ты же такая умелая, даже готовишь. А что насчет галстуков?

– Ты взял галстук, не умея их завязывать? – фыркнула Хэлла.

– Я пробую новое. Никогда не носил галстуков… Может, в детстве, но его я не помню, так что… Никогда не носил галстуков!

Хэлла поежилась от очередного напоминания о том, что Рие не только Рие, но и 9888. Почему-то ей было проще воспринимать мальчика из воспоминаний отдельно от того, кто все это время был рядом.

– Я носила костюмы и умею завязывать галстуки, – призналась она, выходя из гардеробной. И тут же замерла, заметив, что Рие застегнул рубашку только на две пуговицы у воротника, ровно для того, чтобы попытаться завязать галстук. Сквозь щель распахнутой рубашки открывался прекрасный вид на рельеф пресса… Имп его побери!

Щеки Хэллы загорелись от смущения, но она сделала вид,