Дилогия «Аконит, Фантом» - Ирена Мадир

не спустился, хотя она была уверена, что запах еды приманит его на кухню. Пришлось подниматься на второй этаж. Дверь в комнату Рие была не заперта, так что Хэлла зашла внутрь свободно. Она огляделась, довольно щурясь, – чистота! Однако хозяина спальни в ней не было… Зато была приоткрыта дверь в ванную, откуда выходил пар и слышался плеск воды.

Очевидно, Рие купался, очевидно, нужно было выйти, очевидно, нельзя было поддаваться любопытству и подсматривать. Очевидно. Но Хэлла все равно зачем-то подошла ближе, ступая на носочках, тихо и осторожно, заглядывая в душную от пара комнату.

Горячий воздух, запотевшее зеркало и он. Ноги Рие лежали на бортике, руки были опущены, и пальцы почти касались пола, голову он запрокинул. По мускулистым плечам, по груди стекали капли, с влажных волос срывалась вода, образуя лужицу.

– Я ее вытру, – сказал он.

Хэлла вздрогнула, заметив, что Рие косится на нее. На губах его играла усмешка.

– Хотела позвать тебя поесть… И там пришла Сюзи, а ты хотел передать ей рубашку и…

– Не оправдывайся. Лучше помоги мне.

Хэлла почему-то перевела взгляд на ту часть Рие, что скрывала вода, но тут же вернула взгляд к его глазам. Он наверняка заметил!

– С чем? – стараясь говорить как можно отстраненнее, спросила она.

– Я забыл полотенце. Буду благодарен, если подашь. Тем более что из нас двоих ты даже больше осведомлена о том, где в новом порядке лежат полотенца.

Хэлла пожала плечами и вернулась в комнату за полотенцем. Она учащенно дышала из-за волнения, но силилась убедить себя, что все в порядке. И вовсе она не заглядывается на Рие! Нет! Что за глупости!

Когда она вернулась в ванную, Рие уже сменил позу, подтянул ноги к себе, и теперь из воды выглядывали только колени, а руки его сжимали бортики ванны, будто… Будто он собирался вылезти из нее прямо сейчас!

– Полотенце! – поспешила объявить Хэлла, пока не случилось непоправимого и он все же не поднялся совершенно нагой. – Я принесла полотенце!

– М, умница.

Хэлла ступила вперед, вытягивая руку, чтобы передать его с максимально возможного расстояния, но Рие… Чтоб его! Он все же поднялся.

Плеск воды, его распаренная розоватая влажная кожа блестела. Рельефное тело будто сошло с полотен искусных художников. Вода стекала по его груди, по тугим мышцам живота и ниже, к полоске белых волос, ведущей к…

Лицо тут же залила краска, Хэлла знала это, потому что щеки нестерпимо запекло, а вместе с ними и уши. В жизни она так не смущалась, хотя с анатомией была, разумеется, знакома. Даже рисовала несколько натурщиков, но… Они вообще были другими! Особенно эта часть между прессом и мускулистыми бедрами…

Какого Хадса он такой огромный? Теперь ясно, почему в том пошлом романе применили слово «орудие»…

Вместо того, чтобы предпринять хоть что-то – бросить в него полотенце или просто сбежать, – Хэлла продолжала пялиться ровно до того момента, как Рие не обернул полотенце вокруг бедер.

– Нравлюсь? – как и утром, спросил Рие, останавливаясь рядом. От него пахло свежестью, а каплю, стекающую с его ключицы, на мгновение захотелось слизнуть… Это было слишком, поэтому Хэлла наконец подняла взгляд к насмешливо искрящимся прозрачным глазам и резко развернулась, выбегая прочь.

Сердце колотилось, а в мыслях не было ничего, кроме импова Рие. Казалось, сядь она что-то писать, из-под пера появилось бы его имя, сядь рисовать – так его лицо, его тело перенесутся на бумагу. И обнаженный, похожий на древнюю скульптуру воинов Эры богов, с этим ироничным взглядом и кривой усмешкой, Рие будет смотреть еще и с бумаги…

Хэлла заперлась в своей комнате, пытаясь отвлечься очередной уборкой уже там. Она прислушивалась ко всем шагам, стараясь угадать, когда Рие спустился, чтобы не пересечься с ним на кухне. Вышла она только под вечер, когда услышала звонкий смех Лиры. Хэлла осторожно спустилась, но увидела только улыбающегося Уорда и хихикающую Лиру.

– О, привет! А мы тут обсуждали Райдера… Только ему не говори! Миссис Шепард сказала, ты приготовила для нас ужин! – Она подскочила к Хэлле, крепко ее обнимая. – Спасибо! Где Рие?

– Не знаю. Но, если инспектор Уорд решит его пристрелить, я точно ему помогу.

Лира удивленно округлила глаза, оборачиваясь к Максу. Он же пожал плечами.

– Можно я сегодня рядом с тобой сяду?

– Конечно! А что случилось? Он обидел тебя? Хочешь, Макс даст ему подзатыльник?

– Не отказалась бы, – хмыкнула Хэлла. Она немного поерзала на стуле, не зная, что сказать. Лира смотрела обеспокоенно, будто могло и правда случиться что-то ужасное, пока их не было. – Но вообще я просто… увидела его голым.

– О! Великие! Магистры! Как? Где? Мне нужны подробности! Макс! Не стой столбом! Иди узнай у Рие, потом обсудим!

Как ни странно, Уорд действительно вышел.

– Ты серьезно?

– Что? Мне интересно. Ладно, извини… Вернуть Макса обратно?

– Нет… Мне и самой уже интересно, что Рие ему скажет…

– Отлично! Теперь рассказывай! У нас с Максом, видимо, вечер сплетен!

– Да нечего рассказывать, – пожала плечами Хэлла. Немного смущенная ситуацией, она все же призналась, как случайно заглянула в ванную и случайно смотрела на его… Случайно! Никаких больше подробностей ни о каких частях тела сказано не было, хотя очень хотелось узнать у специалиста, куда лучше знакомого с человеческими телами, как у кого-то может быть такой огромный…

Лира посмеялась от души, а Хэлле стало легче. После плотного обеда есть не хотелось, так что она поднялась на второй этаж, решив избежать пока встречи с Рие, однако снова услышала голоса. Медленно приблизившись к двери, Хэлла прислушалась.

– …перегибаешь. Мисс Флауэрс едва ли привыкла к таким выходкам. Тем более когда ты светишь перед ней своим… органом.

– Прошу заметить, что мой «орган» не светился в тот момент, я даже не пробовал делать так, чтобы он светился, но спасибо за идею!

– Рие!

– Ладно-ладно. Просто… Мне показалось, что пусть лучше Хэлла думает о моих идиотских выходках, чем о мертвой сестре.

Послышался вздох, а потом звук, будто кто-то похлопал кого-то по плечу, и Уорд тише сказал:

– Ты замечательный человек, Рие. Спасибо тебе за твои «выходки».

– Ох, Макс, я сейчас сентиментально расплачусь, может, обнимемся?

– Нет! Отойди!

– Да брось…

– Я сейчас тебя в окно брошу! Да, я похвалил тебя, но, если кто-то спросит, ты все равно засранец!

– И я тебя люблю с твоей хмурой заботой. Но рад, что с Лирой ты повежливее.

Уорд фыркнул, раздались шаги. Хэлла отскочила к лестнице, делая вид, что только поднялась. Уорд спокойно прошел вниз, возвращаясь к Лире, а Рие