Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

себя за то, что под влиянием трусости забыл о том, что ему нужно быть сильным и уверенным в себе. Именно поэтому Майклу все-таки удается засунуть пистолет в руку своего дрожащего племянника. Он заставляет парня держать пистолет обеими руками, приподнимает их и медленно, с особым удовольствием направляет дуло оружия на Терренса, который выглядит настолько шокированным, что не может ничего сказать или сделать. В глубине души он страшно боится быть убитым. Как бы усердно мужчина ни сохранял спокойствие, вскоре он начинает заметно нервничать и слишком часто дышать от страха, который особенно остро он начинает испытывать, когда пистолет в руках Эдварда прицеливается прямо в него.

— Ну вот, — с наслаждением произносит Майкл, медленно встает за спиной дрожащего Эдварда и кладет руки на его плечи, начиная их слегка массировать. — Хорошо, дорогой мой. Я рад , что ты начал слушать меня и прекратил вести себя как трус. Уверен, ты справишься с поставленной задачей. От тебя требуется сделать всего лишь одну вещь – убить брата. Выстрелить в него так, чтобы он умер мгновенно. Без шансов на выживание.

Майкл будто испытывает огромное удовольствие, издеваясь над Эдвардом, который настолько сильно боится своего дядю, что ему не хватает мужества сдаться и уверенно заявить, что этот план никогда не будет воплощен в жизнь.

— Если ты сделаешь это, твоя жизнь станет прекрасной. А я перестану называть тебя трусливым щенком и поверю, что ты действительно умеешь быть храбрым и уверенным в себе. Я с удовольствием помогу тебе стать таким же богатым и властным человеком, как и твой любимый дядюшка. Вместе мы станем прекрасной командой. Ты присоединишься к армии Майкла МакКлайфа и станешь главным. Ты знаешь, как много я плачу тем, кто работает на меня. У тебя будет такая же возможность. Только для этого тебе нужно сделать один выстрел, который попадет в сердце Терренса. Одно нажатие на курок, Эдвард. И ты обеспечишь себе идеальное будущее!

Майкл медленно отходит от Эдварда, облокачивается о стол и с хитрой улыбкой скрещивает руки на груди.

— Ну вот, дальше давай сам, — говорит Майкл, с гордо поднятой головой смотря на Эдварда, стоящего к нему спиной с пистолетом, крепко сжатый в руках. — Как будешь готов – нажимай на курок.

Майкл ехидно смеется.

— Давай, щеночек, сделай это! Покажи, на что ты способен ради денег и власти.

Эдвард с радостью бы перевел пистолет на Майкла и выстрелил в него, отомстив ему за все страдания, что пережили он и его близкие. Однако он будто цепенеет и не может сдвинуться с места и убрать от Терренса пистолет. Кажется, что Майкл будто бы превратил своего племянника в полуживую статую, способную лишь моргать красными, полусухими глазами. Руки Эдварда сильно дрожат, ноги все больше слабеют, сердце бьется как у испуганного зайчика, а он сам отчаянно пытается сдержать слезы из страха показать слабость. Сил сопротивляться Майклу становится все меньше, но желание провалиться сквозь землю от трусости – все сильнее.

— Прочувствуй этот момент, — с гордо поднятой головой говорит Майкл. — Почувствуй его каждой клеточкой своего тела. Пусть это приятное чувство останется с тобой побольше. Избавься ото всех страхов! Перестань сомневаться в том, что это будет неправильно. Это будет ПРАВИЛЬНО! Ты же не хочешь остаться в глазах людей трусливым безмозглым щенком. Не хочешь, чтобы тебя и дальше продолжали называть трусом, говоря, что ты ни на что не годишься, и что твое рождение было огромной ошибкой. А раз не хочешь – так докажи это! Давай, Эдвард, не будь трусливым слабаком.

Каждый раз, когда Майкл называет его трусливым и неуверенным в себе слабаком, Эдвард все больше чувствует, как каждая мышца его тела сильно напрягается, а им овладевает чувство отвращения. Отвращения к этим словам. К оскорблениям, которые опускают его ниже плинтуса и заставляют еще больше засомневаться в том, что он может быть сильным, смелым и уверенным.

Терренс знал, что подобное могло произойти. И видит, что Эдвард действительно не хочет этого и ни за что не взял бы даже оружие, если бы Майкл не оказывал на него такое мощное давление, под влиянием которого он не может совладать с собой и оказать сопротивление. Мужчина даже хочет предпринять попытку убедить брата найти в себе силы наплевать на дядю, но что-то всеми силами удерживает его не позволяет встать. Терренс может лишь наблюдать за своим братом, который не может отвести от него свой ошарашенный взгляд. Его глаза не стеклянные. Они довольно красные и мокрые. В них можно заметить огромное сожаление. Взгляд МакКлайфа-младшего буквально кричит: « Я не хочу тебя убивать, но у меня остается все меньше сил на сопротивление. Пожалуйста, прости меня за то, что я такой трусливый и нерешительный. ». Именно этот полный жалости взгляд сильно трясущегося и тяжело дышащего Эдварда заставляет Терренса верить, что парень действительно хотел этого меньше всего.

Наталия потрясена не меньше самого Терренса или Эдварда. Возможно, даже больше. Девушка, прикрыв рот рукой, тихонько плачет, тяжело дышит, сильно дрожит и нервно ерзает на диване. Она крепко держит Терренса за руку и мокрыми глазами смотрит на Эдварда, мечтая спасти друга и даже прикрыть его собой. Но не сомневается – эмоции на лице ее бывшего возлюбленного настоящие. Блондинка искренне верит, что тот не хочет убивать своего старшего брата. Знает, что если бы этот человек был гораздо решительнее, он бы точно опустил пистолет. Наталии кажется, что Эдварду не хватает решительности и уверенности, а Майкл умело пользуется этим и оказывает на племянника огромное психологическое давление, постоянно указывая на его недостатки.

Через несколько секунд взволнованный Терренс находит в себе силы отвести взгляд от Эдварда, смотрящего на него широко распахнутыми, ошарашенными глазами. Он переводит взгляд на тяжело дышащую Наталию, тихонько плачущую от отчаяния. Ну а Майкл просто стоит и с хитрой улыбкой наблюдает за происходящим, радуясь, что его племянник вот-вот убьет того, кто так сильно напоминает ему брата Джейми.

— Это безумие , — со слезами на глазах дрожащим голосом говорит Наталия и шмыгает носом. — Просто безумие!

— Он не хочет этого делать, — тихо говорит Терренс. — Я знаю, что Эдвард не пошел бы на это. Если бы не дядя, он бы даже пистолет в руки не взял. Ты только посмотри, как его трясет.