Отголоски тебя - Кэтрин Коулc

Я надеялась, что Нэш, устав от моего отвратительного настроя, поедет к себе. Но нет. Как только я распахнула дверь, он был за спиной. Спорить не было сил.

— Я иду в ванну, — бросила я, даже не глядя на его реакцию. Сумку швырнула на столешницу и скрылась в ванной.

Закрыв за собой дверь, прислонилась к ней, глубоко дыша. Руки дрожали. Внутри — вихрь воспоминаний и стыда. Я всеми силами пыталась заглушить их, но они все равно рвали изнутри.

Подойдя к старой ванне с душем, отдернула шторку и включила воду. Дождалась, пока почти не обожгла руку, и закрыла слив. Пены для ванны не было, но сгодится гель для душа. Налила немного, глядя, как всплывают пузырьки.

Сняла обувь и рабочую одежду, оставив все кучей на полу. Шагнула в ванну и с облегчением опустилась в горячую воду. Через пару минут она наполнилась доверху, и я перекрыла кран. Откинулась, закрыла глаза.

Проклятые воспоминания пытались пробить мои стены, но я не позволяла. Им нет места в моей голове и жизни. Отец не получит второго шанса пугать меня одним своим появлением. Адам больше не держит меня в плену.

Вместо этого я играла в свою любимую игру — строила в мыслях дом мечты. И отправной точкой стал этот домик. У него отличный каркас, и если вложить силы и время, можно превратить его в чудесное место.

В подвальном «логове маньяка» я сделала бы игровую и личный кинотеатр. Утеплила коврами, чтобы стало уютно. Поставила бы огромные кресла и диваны с пуфами. Идеально для зимы, когда выходить на улицу не хочется.

Потом — жилая часть. Новые столешницы на кухне, кладовая. Камин — смесь деревенского и современного стиля, может, камень с легким блеском. И огромный секционный диван, в котором можно утонуть. Это обязательно.

Легкий стук в дверь.

— Ты там в порядке?

— Делаю перепланировку дома мечты, — ответила я, не открывая глаз.

Дверь приоткрылась.

Я дернулась, схватив шторку.

— Нэш! Я в ванне.

— Я думал, ты строишь дом.

— Я могу и то и другое.

Он замолчал на секунду.

— Можно войти?

В голосе была такая тоска, что я сдалась.

— Ладно.

Я оставила шторку прикрытой, выглядывала только головой. Пена скрывала почти все.

Нэш приоткрыл дверь шире, зашел. Его взгляд скользнул по мне, он сглотнул.

— Привет.

— Привет, — сказала я мягко.

Он медленно подошел и сполз по стене, усаживаясь на плитку рядом с ванной.

— Прости. Не стоило ничего говорить. Когда Лоусон надавил, я должен был сказать, чтобы он сам спросил тебя.

Я зачерпнула горсть пены, дала ей скользнуть сквозь пальцы.

— А я не должна была думать, что ты сможешь что-то скрыть от братьев, когда они видят, что что-то не так. Просто… — пальцы сжались, пена брызнула в стороны. — Я знаю, как раньше на меня смотрели. Сломанная. Жалкая. Я не хочу видеть эти взгляды снова.

На щеке Нэша дернулась мышца.

— Мои братья никогда не посмотрят на тебя иначе. Виноват только Адам. Не ты.

— Но теперь Лоусон обязан внести это в отчет. И как быстро об этом узнает весь город?

Нэш издал низкий звук, почти рычание.

— Если кто-то из наших разболтает, пожалеет.

— Да, это уже помогало раньше. — Я повернулась к нему. — Тогда тебя отстранили, и все равно не замолчали.

Когда нам было двенадцать, и я вернулась в школу после нападения отца, Нэш стал моим телохранителем. Большинство просто шептались за спиной, но были и жестокие. Один мальчишка сказал, что жаль, что отец не добил.

Нэш ударил его так, что у того треснула челюсть. Обоих отстранили на две недели. Я думала, Керри и Нейтан возненавидят меня, но Нейтан сказал, что Нэш все сделал правильно, хотя иногда за это платишь.

Обижать меня при Нэше больше не пытались.

Он смотрел на меня, и в его зеленых глазах было столько всего.

— Прости. Частично это было эгоизмом. Я сходил с ума. — Он провел рукой по волосам, растрепав их. — Я не могу позволить, чтобы с тобой что-то случилось.

В этих словах была такая убежденность, что сердце ускорило бег.

— Ты не можешь встать между мной и миром.

Нэш протянул руку и коснулся моей щеки. Его палец скользнул, шершавые мозоли заставили кожу приятно заныть.

— Но еще как могу попробовать. — Он опустил лоб к моему. — Нет на свете никого важнее тебя.

Сердце забилось чаще, мысли закружились вихрем.

Нэш отстранился на сантиметр, взгляд упал на мои губы.

С улицы раздался резкий крик птицы, и Нэш дернулся, опустив руку. Резко поднялся.

— Поеду за ужином. Вернусь скоро.

Я не успела и рта раскрыть, как он уже вышел. Будто сама мысль поцеловать меня напугала его до бегства.

16

Нэш

Какого черта я творил? Разговаривал с Мэдди, пока она в ванне? Трогал эту мягкую кожу, прекрасно понимая, что под слоем пены скрывается куда больше? Идиот.

Я сунул ключ в зажигание и завел внедорожник. Сорвался с места по гравийной дороге так, будто за мной гнались черти. Нужно было отдалиться, чтобы не развернуться и не испортить десятилетия дружбы просто потому, что не смог держать руки при себе.

Я нажал кнопку на руле.

— Позвони Кейдену.

Если кто и мог вбить в голову здравый смысл, так это он. Мы дружили почти столько же, сколько я с Мэдди. Познакомились на детском футболе — родители искали способ выплеснуть нашу энергию. Не помогло, но мы стали друзьями на всю жизнь, даже если он бросил меня и уехал управлять отелем для своего отца в Нью-Йорк.

Он ответил на четвертый гудок, звучал запыхавшимся:

— Эй, чувак.

— Если ты отвечаешь во время секса, мне будет травма на всю жизнь.

Кейден хмыкнул:

— Это лишь докажет глубину моей преданности нашей дружбе.

— Мне такая верность не нужна.

— Я просто разгружаю машину. Только что приехал в город.

Я моргнул.

— Ты в Сидар-Ридже?

— Ага. Когда старик дергает за поводок, приходится приезжать.

Я поморщился. Отец Кейдена был еще тот экземпляр. Но после того, как он потерял сестру в детстве, семья для него стала всем. Он бы не порвал эти узы — даже если стоило бы.

— Есть время для гостя? — спросил я.

Он, должно быть, уловил что-то в моём голосе, потому что уточнил:

— Все нормально?

Я ответил одним словом, зная, что он поймет:

— Мэдди.

— Похоже, кое-что никогда не меняется. Приезжай. Только знай, у меня тут