Василёк. В академии Крылатых змеев - Яна Епринцева

найти рецепт зелья. Вовсе нет! Его знали даже новички в целительстве и запросто могли разболтать, если бы девушка продолжила расспросы. Самым сложным считалось напоить крылатого змея, ведь сам он принимать лекарство в любом случае отказался бы.

К счастью, Василиса знать не знала об этом. Она думала, что самое сложное позади, и даже не подозревала, что трудности как раз только начинаются. Но девушка восприняла упрямство Яхонта как само собой разумеющееся. Она принялась гладить его по большой голове, говорить ласковые слова, уговаривать и упрашивать.

Дракон, непривыкший к подобному обращению, удивлённо вскинул голову и во все глаза уставился на настойчивую малявку, которая упрямо не желала отставать.

— Вот так, вот молодец какой! — обрадовалась Василиса. — А теперь открой ротик и выпей вкусное снадобье. Понюхай, как пахнет! Сладкое как мёд!

Змей изумлённо захлопал глазами. Он ничего не понимал. Обычно если нужно было принять лекарство, то на него наваливалась куча мускулистых молодчиков и насильно вливали в пасть горькое зелье. А этот заморыш действовал иначе, он уговаривал, но не принуждал.

От удивления Яхонт даже пасть разинул. А Василиса не зевала, она живо опрокинула туда зелье и принялась читать заклинание.

От неожиданности дракон проглотил травяной настой и улёгся обратно, хлопая янтарными глазищами. Он сразу же почувствовала облегчение от болезни, да ещё и бока не намяли, как обычно, за что змей был особенно благодарен.

— Ну вот и славно! Вот и молодец! — сказала девушка и потрепала дракона по вытянутой голове.

Затем Василиса принялась обметать место отдыха крылатого змея веником из липы, припасённом ещё накануне.

Она всё ещё сомневалась, что смогла вылечить дракона, но как проверить, не знала. Оставалось дождаться, пока явится Всебор и целители, чтобы принять его работу и объявить, смогла ли студентка пройти испытание или нет.

Глава 29

К удивлению Василисы, первым пришёл никто иной, как Добромил.

— Вот ты где! А я тебя ищу, — парень улыбнулся. — Всё думал, получится ли у тебя или нет. Жаль будет, если уйдёшь.

— Да вроде всё сделал, как полагается. Но кто знает, — пожала плечами Василиса.

Она ужасно переживала, из-за чего с большим трудом могла устоять на месте. Девушке хотелось самой сбегать за ректором, позвать преподавателя факультета целительства, чтобы уже знать наверняка — позволят ей остаться или отправят восвояси.

— Это хорошо. Я смотрю, и дракон повеселел, вроде, — Добромил оглядел Яхонта. — Я с тобой останусь, любопытно узнать, чем всё закончится.

Парень сам не понимал почему, но ему хотелось подбодрить этого взъерошенного подростка, поддержать его.

Они уселись вдвоём на сене и стали ждать появления Всебора и остальных. Пока сидели, разговорились. Принялись делиться впечатлениями об учёбе в академии, своими мечтами и планами.

— Я вот ничуть не жалею, что отказался от учёбы на правовом факультете. Не моё это. Судьбу свою всё равно свяжу с целительством, что бы сейчас ни случилось, — Василиса упрямо сжала губы и вздёрнула подбородок.

— Ну а я, сказать по правде, об учёбе и не помышлял. Совсем другие дела меня в город привели, — проговорил вдруг Добромил.

— Это какие? — девушка вся подтянулась и замерла в ожидании ответа.

— Была у меня невеста — Василиса. Краса ненаглядная моя. У нас уже дело к свадьбе шло, всё хорошо вроде. Да вдруг ни с того ни с сего убежала она из дому. А я люблю её, мочи нет! Жизнь без неё не мила. Вот и отправился искать суженую в град-столицу, — в голосе парня послышалась тоска.

— Прям уж ни с того ни с сего? — Василиса бросила на Добромила возмущённый взгляд. — Разве так бывает?

Парень покачал головой и вздохнул.

— Прав ты, причины были. Когда Василиса пропала, я кинулся расспрашивать её родных, да только те ничего не знали. Только подруга её, Грунька, рассказала мне всю правду. Красавицу мою ненаглядную, родня обижала. Особенно мачеха да сестра — Агафья. Сколько бедняжка натерпелась, не передать словами. Сказать по правде, она и мне иной раз жаловалась, только я не больно-то обращал на это внимание, думал — мало ли что в семье бывает.

— И что же из-за этого из отчего дома бежать? — девушка вся подалась вперёд, боясь пропустить хоть слово.

— Не только. Грунька рассказала, что Василиса якобы застала меня на сеновале со своей сестрицей. Очень это её задело и расстроило. Посчитав меня предателем, решила она бежать в академию, — продолжил свой рассказ Добромил.

— А ты, стало быть, не при чём? — девушка недоверчиво посмотрела на молодого человека.

— Да в том-то и дело! Эта Агафья мне сроду не нравилась. Слащавая, рыхлая, как квашня, не позарился бы я на неё ни за какие пироги! Да будь она даже трижды красавицей, всё равно не полюбил бы, и на сеновал не пошёл бы. Я Василису люблю больше жизни!

Затрепетало от радости сердечко девичье. Ведь сама она любила до сих пор своего жениха, и не было для неё на всём белом свете милее молодца, чем Добромил.

«Неужто, любит? Неужто, не изменял?» — думает про себя, но сомнения всё же остались.

— А с чего твоя невеста взяла тогда, что ты на сеновале с другой развлекался? — стараясь, чтобы голос не дрожал от волнения, спросила девушка.

— Да про это я живо разузнал. Есть у нас в селе парень беспутный — Игнат, очень он до женского пола падкий. Агафья про это ведала и согласилась принять его ласки, но не за просто так, а чтобы сестрица увидела и подумала, что она с её суженым милуется.

— Как же так? — не сдержалась девушка.

«Вот я дурында! Почему не поговорила с ним? Почему сразу всё не выяснила? А теперь-то уже поздно…» — подумала она.

Василиса с трудом могла сдержать нахлынувшие эмоции и не рассказать всё как есть своему любимому. За малым сдержалась. Хоть и желала она любви молодца, да возвращаться к прежней жизни не особо хотела.

Пожив в академии, поняв, как здорово и интересно учиться, девушка больше всего на свете мечтала продолжить обучение. Решила она потихоньку выведать, что думает Добромил, и что предпримет, коли найдёт свою любимую.

— А что домой не вернулся, когда понял, что суженой нет в академии? — спросила она.

— Без неё не вернусь. Я каждый вечер в город хожу, брожу по улицам, народ расспрашиваю. Не могу забыть свою голубку, — парень тяжело вздохнул.

— А коли найдёшь? Домой отправишься?

Добромил неожиданно вздрогнул и задумался.

— Знаешь, Вася, а ведь в село возвращаться я больше не стремлюсь. Ученье оказалось делом занятным. Я