Потерянная пара Дракона - Инна Разина

class="p1">Ну а я, благодаря очередному продажному дракону, окончательно поверил в истинность с Алианой. Теперь понимаю, почему мой зверь вел себя так странно. Толком не реагировал ни на ложную истинную, ни на Лею. Его сначала опоили, а потом приглушили нюх ложной меткой. Создали фальшивую тягу незаконным артефактом. Но истинная связь пробивалась даже сквозь эти препятствия. Меня все равно тянуло к Лее. Только я не распознал пару и позволил заморочить себе голову.

Мать внимательно следит за мной. Будто догадывается, о чем я думаю. И злорадно кривится.

— Если бы не эта мерзавка, у нас бы все получилось! Какая-то случайная девчонка разрушила грандиозные планы. Она получила по заслугам…

— Замолчи! — рычу, вскакивая на ноги. Эта змея может обзывать меня сколько угодно, плеваться ядом и ненавистью. Жало все равно уже вырвано. Но трогать Лею я больше не позволю. — Не смей касаться этого имени! Вы погубили ее. И я в том числе.

— Очень жаль, что здесь мой мальчик дал маху, — с досадой продолжает мать. — Адриан следил за тобой и конечно видел ваши встречи. Но решил, что с твоей стороны это просто похоть. Думал, после свадьбы ты угомонишься. Только когда эта девица заявилась к нам домой со своей меткой, мы поняли, что случилось. Адриана тогда не было дома. Хорошо, что Алиана вовремя смекнула: вас надо разлучить, не дать поговорить. Вот и велела слугам отвести девчонку к дознавателям. Ведь один из них ее дальний родственник. Сама бросилась следом. Только успела мне шепнуть, чтобы я срочно нашла сына и отправила за ней. Надо было разбираться с неожиданным препятствием. К сожалению, ты успел что-то почувствовать и начал выяснять. Вцепился мертвой хваткой и не успокоился, пока не выяснил правду. Вот и живи теперь с ней, — мать ненадолго замолкает. А потом устало добавляет: — Что происходило у дознавателей, я не знаю. Мой мальчик не успел мне рассказать. Они с Алианой обо всем сами договаривались. Тебе лучше знать. Девчонку арестовали и допрашивали. А с Адрианом ты говорил, перед тем, как его убить… — вот здесь голос матери наконец проседает, наполняясь горечью. Хоть по ком-то она скорбит. Правда недолго, снова вспоминая о себе: — Все, что знала, я рассказала. Теперь твоя очередь. Я могу составить список того, что мне нужно. Ты уж уговори настоятельницу. Тебя она послушает.

— Не будет вам никакого послабления. Сгниете тут или захлебнетесь своим ядом, мне все равно, — бросаю с ненавистью и шагаю к двери. Мне в спину тут же летят изощренные проклятия. Настоятельница сказала правду. Так, как эта бывшая герцогиня, даже нищие в бедных кварталах не сквернословят. Только меня ее проклятия не задевают. Сделать больнее уже невозможно. Я умер тогда, три года назад, когда понял, что рядом со мной была моя настоящая истинная. А я не просто не защитил ее, я позволил, чтобы ее убили.

Глава 17

Грей

Оставив исходить ядом ненависти женщину, которая меня родила, заглядываю к настоятельнице. Предупреждаю, чтобы условия моей матери не улучшали. А если будет и дальше сыпать проклятиями, сажали на хлеб и воду на несколько дней. Такая аскеза быстро приведет ее в чувство.

В город возвращаюсь в карете, мне нужно подумать. Под мерный цокот копыт вспоминаю прошлое, мысленно оказываясь в том проклятом дне, когда я отказался от истинной пары. Знаю, что снова буду корчиться в агонии вины. Но мне нужно восстановить события.

После того, как Лею увели, дом будто вымер. Все слуги попрятались, опасаясь моего гнева, мать и Алиана куда-то исчезли. А я не мог найти себе места. Бродил по пустым комнатам и пытался понять, как получилось, что девушка, которую я поцеловал, к которой испытывал такую сильную тягу, оказалась мошенницей? Почему я раньше не разглядел ее гнилой души? Почему мой дракон не почувствовал фальши? Мой зверь еще продолжал беспокоить меня. Хотя он признал Алиану парой, все равно вел себя странно.

Обычно обретение пары — это взрыв нежности, страсти, заботы. Желание быть рядом каждый миг. Ничего такого я не чувствовал. Только все ту же тягу к обеим девушкам сразу. Я снова и снова вспоминал глаза Леи, ее смелость, прямоту, стойкость к невзгодам. И все больше сомневался в том, что она сознательно подделала метку. Зато узнать о моем интересе к ней и использовать его, чтобы навредить моей репутации, недоброжелатели вполне могли. Я ведь уже думал об этом.

Но в таком случае Лея скорее жертва, чем мошенница. Я никак не мог забыть ее умоляющий взгляд, когда она тянула ко мне руку. Девушка была полностью уверена в своих словах. Разве можно изобразить такую искренность? И тогда я решил, что должен во всем разобраться. Если Лею использовали, надо это доказать. Отыскать того, кто подставил ее. Кто знает, что он придумает в следующий раз.

Первое, что я сделал, велел заложить карету и поспешил в полицейский участок. Мне было очень тяжело осознавать, что Лею увели туда. Я жалел, что не остановил Алиану сразу. Надо было разбираться без привлечения дознавателей. К сожалению, дело уже сделано. Теперь оставалось предупредить полицию, чтобы они не торопились с судом. Впрочем, в любом случае сначала должно быть следствие и сбор доказательств.

С Леей я тоже хотел поговорить. Узнать ее версию событий. Но позже. Думал дать ей время успокоиться. После случившегося она наверняка считала меня врагом и предателем. И я действительно был перед ней виноват в том, что скрывал правду о своем настоящем имени и наличии невесты. Встречался с ней, будучи обручен с другой. Это поступок не красил меня. Я не смог бы объяснить ей причины. Я даже себе не мог их объяснить.

К своему удивлению, заходя в участок, прямо на пороге я столкнулся с братом и Алианой. Оба были мрачны и выглядели обеспокоенно. А невеста, увидев меня, даже вздрогнула.

— Что вы здесь делаете? — уточнил недоуменно.

— Ну как же, Грей, — нервно отозвалась Алиана. — Надо же было объяснить дознавателю, в чем мы обвиняем мошенницу. Адриана я встретила по дороге. Он узнал, что случилось, и отправился со мной, чтобы поддержать.

— Это мое дело, — нахмурился я. — Лея пришла ко мне, мне и объясняться с полицией.

— Это не только твое дело, любимый. Мы же одно целое. Я волнуюсь за тебя, — схватила меня за руку Алиана. Ее тон изменился, стал мягким и заботливым. Только мне эта забота вдруг показалась приторно-сладкой, фальшивой. Я еле сдержался, чтобы грубо не вырвать руку