Латте первой любви - Евгения Кловер

Ого. Может быть, Богачевой податься в следователи? Но на шутку вслух сил во мне не осталось.

– Давай потом, ладно? Сейчас никак не могу выдавить из себя и слова.

Она кивнула, взяла мою успевшую озябнуть руку и с нежностью ее сжала. За что я обожала эту девушку, так это за то, что она понимала меня, прислушивалась к моим желаниям и никогда-никогда не давила, даже если ее распирало от любопытства.

Мы медленно побрели на уроки. У класса стояли наши одноклассники, как всегда разбившись на группки. Я остановилась чуть поодаль, не желая вливаться в толпу и слушать посторонние разговоры. Таня осталась возле меня, попутно махнув нашей новоприобретенной компании, чтобы не подходили. Я вновь мысленно поблагодарила ее за чуткость.

Давид поглядывал на Богачеву с румянцем на щеках. Вчера между ними точно что-то произошло. Жаль, что я была в состоянии амебы и не могла адекватно выслушать ее историю, чтобы порадоваться за подругу.

– Ты видала? Хвостов опять в компашке Малюгина стоит, – прошипела со злостью Богачева, когда до нас донесся взрыв хохота.

Я украдкой взглянула в ту сторону. Саша был расслаблен, верхние пуговки рубашки расстегнуты, рюкзак небрежно перекинут через плечо. Он с легкостью поддерживал чью-то шутку и смеялся, и от вида его, такого довольного, во мне нарастало отчаяние и злость – две эмоции, никак друг с другом не вяжущиеся.

Заметив нас с Таней, Хвостов помахал. Ответила ему на приветствие лишь Богачева, поэтому Саша удивленно приподнял брови. На его немой вопрос я не ответила, отвела взгляд. Еще секунда-другая – и он направился бы в нашу сторону, если бы прямо перед ним не очутилась Даша, преградив путь.

– Идем, надо Сашу спасать, – напирала Таня, стараясь сдвинуть меня с места.

– От кого его спасать? – усмехнулась я.

– От этих. – Таня махнула в сторону Малюгина и компании. – И их влияния.

Я резко дернула Таню на себя, но не рассчитала сил, и подруга чуть не потеряла равновесие. Она опешила.

– Хватит уже! – Голос мой стал колючим, хотя в глазах стояли слезы. – Хвостов твой – самый настоящий мистер Уикхем.

– Кто? Ты кофе перепила? Или опять книг перечитала, Белка?

Я прислонилась спиной к стене. Таня закрыла собой обзор на раздражающую компанию. В глазах подруги металось беспокойство.

– Тань, не такой уж этот Саша белый и пушистый. Он как Малюгин. А может, и хуже.

– Нет, наверное, головой ударилась. С кровати упала?

– Таня, я серьезно! Посмотри, он там как рыба в воде. Кажется, тогда в первый день с нами просто ошибся компанией.

– Это что именно в тебе сейчас говорит? Ревность к Даше-курице?

– Нет. Просто у меня упали розовые очки с лица.

Богачева прикусила губу. Мы вместе с ней обернулись на очередной громкий звук со стороны «Малюгина и Ко». Даша повисла на руке Хвостова, слишком наигранно хихикая. Саша аккуратно убрал ее изящные пальцы и что-то спокойно проговорил. Таня несколько секунд пристально всматривалась в эту парочку.

– Ты что-то узнала, да? И это что-то очень неприятное?

Я уже открыла было рот, чтобы рассказать о том, что терзало душу, но произнести ничего не успела. Богачева ругнулась и прошептала:

– Ой, зря пялились, сюда Малюгин идет.

Ну вот, еще одного не хватало. Денис и правда оттолкнулся от подоконника, о который до этого опирался спиной, и двинулся к нам.

– Доброе утро, девочки. Белочка, ты столько времени стоишь тут как неродная, подошла бы поздороваться.

– Привет, – сухо бросила я, стараясь не встречаться с ним взглядом. Надеялась, что он прочитает по лицу нежелание идти на контакт в эту минуту. Вот только эмпатия у Дениса была развита очень слабо.

– И вчера на обеде я тебя снова не нашел. Может, ты меня избегаешь? – Он подошел ближе и стал накручивать прядку моих волос себе на палец. – У тебя всегда появляются милые кудряшки, когда на улице влажно. Помнишь, в детстве ты говорила, что они раздражают, а я признавался, что мне нравятся.

Я смутилась. Конечно, помнила. Тогда для меня, еще совсем малышки, это казалось красивым признанием в любви. «Мне нравятся твои кудряшки» – это же, считай, «мне нравишься ты». Я против воли погрузилась в воспоминания и улыбнулась.

– Ты что-то хотел? – подала голос Таня, когда заметила перемену в моем настроении. Наверняка в ее голове уже выла сирена.

– Да. У меня в выходные на даче типа вечеринка. Вы же приедете?

Перед «вы» Денис сделал паузу, подразумевая, что видеть хотел бы только меня. Эта пауза стала для меня отрезвляющей.

– Денис. – Я с резкостью обратилась к нему. Его лазурные глаза изучали мое лицо. Он не ожидал, что я могу вот так перестать скрывать раздражение. – Что на тебя нашло в этом учебном году? Что ты от меня хочешь?

Он улыбнулся. Обворожительно, так, что любая бы растаяла. Но на меня это все не действовало. Может быть, включался разум. А может, я просто полюбила другую улыбку – ту, что с ямочками.

– Хочу загладить вину. Мы же с тобой были не разлей вода. – Он подмигнул Тане, намекая, что не она одна была в моей зоне комфорта. – А потом вдруг совсем перестали общаться. Мир, дружба, жвачка?

Жвачка. Это слово против воли стало моим триггером. Я сморщила нос. Саркастичная шутка так и норовила сорваться в его адрес. Но глаза Малюгина загорелись какой-то искренней надеждой, что мне стало не по себе. Словно на долю секунды показался тот милый голубоглазый мальчишка, которого я знала, спрятанный глубоко внутри. Может, Денис правда искренне хотел возобновить со мной дружбу?

– Хорошо, давай попробуем наладить дружеские отношения.

Я надеялась, что он расслышит акцент на словах «дружеские» и «попробуем». Как-то радикально менять свою жизнь из-за возвращения в нее Малюгина я не собиралась.

Денис засиял от моих слов.

– Напротив этого пункта ставим галочку, спасибо тебе. – Он сделал движение пальцем в воздухе, со стороны это выглядело забавно. – Тогда вернемся к следующему. Как тебя убедить насчет выходных?

– Пригласи наших друзей: Давида, Марка и Володю, – потребовала Таня. – Докажи, что у тебя самые искренние и добрые намерения.

Малюгин усмехнулся, бросив быстрый взгляд на наших «гиков». Те наблюдали за нами несколько настороженно, готовые в любую минуты кинуться на помощь, если потребуется. Денис им приветливо кивнул.

– Ребят, го ко мне на тусич в субботу! – крикнул он, прежде чем вновь повернуться в мою сторону. – Сонь, ты не прогадаешь, если придешь. Будет весело. Адрес всем скину.

А потом он щелкнул меня по носу и, насвистывая,