Академия Высших: студенты - Марта Трапная

– В урне ничего не было. Вообще ничего.

Мурасаки закатил глаза.

– Теперь она грязная.

– Ладно, я ее постираю, – пообещала Сигма. – И верну. Такой вариант тебя устроит?

Они дошли до аллеи с продуктовыми прилавками и посмотрели друг на друга.

– Мне вообще-то не хочется обратно в учебный корпус, – призналась Сигма. – Но надо учиться. Я и так уже столько времени потеряла.

– Так в чем проблема? Пойдем, заберемся в какой-нибудь дальний угол парка в кустах и будем учиться там, – серьезно сказал Мурасаки, но не удержался и в конце подмигнул Сигме. – Учиться математике, я имею в виду.

Сигма в раздумьях смотрела по сторонам, пока Мурасаки покупал воду и потом пил. Снова жадно, большими глотками, но вроде бы никаких тревожных признаков больше не было, так что Сигма успокоилась.

– Вот допустим, – сказала Сигма, – я буду сидеть в парке на скамейке и читать дальше теорию вероятностей. А ты что будешь делать? Я не вижу твоего планшета.

– То, что ты его не видишь, еще не значит, что его нет, – серьезно ответил Мурасаки, потом снова рассмеялся. – Его правда нет. Не смог с утра найти, у меня дома ужасный бардак, ты даже не представляешь. Поэтому пришлось пересматривать лекции в библиотеке.

– Ну пошли тогда обратно в библиотеку, – вздохнула Сигма.

– Нет, не хочу в библиотеку! Я уже наслушался теории, мне нужна практика!

Мурасаки взял ее за руку и потащил за собой совсем в другую сторону, по какой-то малозаметной дорожке, по которой Сигма и не ходила никогда. Через пару минут они нырнули в арку в изгороди и оказались на небольшой поляне, засыпанной желтым песком. В центре поляны стоял черный гранитный столб высотой примерно метр.

– Смотри, – Мурасаки подвел Сигму к столбу.

Сигма посмотрела. Поверхность столба была отполировала до блеска. Но все портили шрамы трещин, расходящиеся из центра.

– Я думаю, раньше это были солнечные часы, – сказал Мурасаки. – Но потом их сломали. Видишь, в центре ничего нет?

– Жалко, – вздохнула Сигма и подозрительно посмотрела на Мурасаки. – Это ведь не ты их сломал?

Он потряс головой.

– Нет. Я очень расстроился, когда это увидел. Даже пытался починить. Но бесполезно, – он провел ладонью над поверхностью гранитной плиты. – Здесь нужен конструктор.

Сигма тоже аккуратно поднесла ладонь к поверхности гранитного столба и почувствовала мягкое давление, будто ее руку кто-то отталкивал прочь.

– Да, нас она не принимает.

– Зато из-за того, что они сломаны, сюда никто не ходит. Можно спокойно сидеть и учиться.

И только тогда Сигма увидела, что поляна не только засыпана желтым песком, но еще и окружена по периметру высокими кустами, и под некоторыми из них стояли скамейки. А под некоторыми – скульптуры.

– Какое интересное место, – сказала Сигма. – А с виду вроде парк как парк.

– Так ведь это же не просто парк, – назидательно сказал Мурасаки, – а парк рядом с Академией.

Они уселись на скамейку между бронзовым котом, вставшим на задние лапы, будто пытался поймать невидимую бабочку, и скульптурой огромной стрекозы с угрожающе поднятыми крыльями. Контур крыльев и перепонки между ними были сделаны из желто-красного металла, но само пространство было пустым. И Сигма подумала, что наверное зимой на них намерзает лед. А летом, во время ливней, натягивается водяная пленка. И они выглядят совсем настоящими.

Мурасаки взял планшет Сигмы и заглянул в него.

– Что там у тебя дальше? Пойдем дальше разбираться с событиями?

– Пойдем, – согласилась Сигма. – Расскажи мне про невозможные события.

Мурасаки задумался на пару секунд, потом довольно кивнул.

– Да, нет, не знаю.

– Что это?

– Не знаю – это случайное событие. Да – это достоверное событие. Нет – это невозможное событие. Понятно?

Сигма задумалась.

– Вроде да.

– Давай, приводи примеры, – потребовал Мурасаки.

– Ну вот после вечера наступит ночь. Это достоверное событие. А дождь может пойти или не пойти. Это случайное событие.

– Не-ет, так нельзя! Ты приводи примеры с одними и теми же вещами. Или, как это принято говорить в математике, объектами. А то я не понимаю, понимаешь ты или случайно угадала, пользуясь аналогией с бытовыми названиями.

Сигма задумалась.

– Ладно, после вечера наступит ночь. А день не наступит. Это невозможное событие.

– Да наступит же! – возмутился Мурасаки. – Ночь, потом утро, потом день.

Сигма вздохнула.

– Давай что-нибудь попроще, – предложил Мурасаки. – Вот белка. Придумай с ней что-нибудь, какие-нибудь события. Чтобы были все три варианта.

Сигма посмотрела на белку, сидящую на скамейке. Ужас просто, сколько всего сегодня из-за нее случилось!

– Ну, я могу ее толкнуть и она может упасть. Или не упасть.

– Так, со случайными событиями у тебя все хорошо. Я очень рад! Что дальше?

– Я могу ее толкнуть, а она меня в ответ толкнуть не может. Это невозможное событие.

– Отлично, – согласился Мурасаки.

Сигма вздохнула.

– Слушай, я не знаю, какое событие достоверное. Я могу толкнуть белку. Достоверное же?

Мурасаки кивнул.

– Ага. Но что с белкой, когда ты ее толкнешь? Что точно с ней будет? Ну?

Сигма толкнула белку. Белка покачнулась и осталась стоять на скамейке.

– Совершенно точно, что если я ее толкну, – серьезно сказала Сигма, – она почувствует прикосновение моей руки.

– Да, это достовернее некуда. Но вообще-то, ты выбрала сложный пример, – сказал Мурасаки. – То есть сложное событие. На самом деле в твоем примере целых два события: ты толкаешь белку. И с белкой что-то происходит. И второе зависит от первого. Это называется зависимым событием. А бывают независимые. Ты толкаешь белку, а я толкаю кота. То, что происходит с котом, никак не связано с тем, что происходит с белкой.

Сигма кивнула.

– Кажется, теперь я поняла, что такое сложные события.

– Отлично! Значит, давай решать задачи!

Но вместо того, чтобы открыть планшет и выбрать задачи на тренажере, Мурасаки вдруг открыл на планшете блок с формулами и начал