Побег к счастью - Анна Есина

class="p1">— Боюсь я по тёмным улицам ходить, — ответила честно, как на духу. — Мама с детства талдычила, что, мол, людей надо бояться, притом живых, а не мертвых. И байки всякие травила, про убийц да насильников.

— Ох уж эти мамы, — Андрей засмеялся и резким движением руки выдернул из замка щуп. На пол с мягким звяканьем упал кусок ключа.

Я восторжествовала, но ненадолго.

— Порадуй меня, малая, и скажи, что у вас где-нибудь припрятан запасной ключ, — попросил сосед.

— Есть! — внезапно припомнила я и вприпрыжку побежала к коробке со счётчиками. Внутри на верхней стенке посажен на кусок замазки заветный предмет. — Его отец налепил, когда Милка в очередной раз потеряла ключ.

Андрей хмуро собрал инструмент, закрыл ящик, пока я с величайшей осторожностью отпирала дверь. Всё получилось с первой попытки.

— Спасибо тебе, Андрей, — в порыве благодарности спешила поцеловать своего спасителя в щеку, но он перехватил моё лицо пятерней. Сдавил челюсть. Не больно и как-то пугающе. Посмотрел в глаза.

— Ты хотела его поцеловать? — спросил, и я не сразу поняла, о чем речь.

А потом память подбросила недавнюю сценку у подъезда. Акцент на слове "ты" подсказал, что именно хотел услышать Смолягин.

— Нет, но я бы позволила.

Его рука скользила по нижней челюсти и переместилась на горло. Гладил кожу. Сбилась с дыхания.

— Ты ведь этого хотел, да, Андрей? Чтобы я встречалась с другими.

— Черта с два я этого хочу, — прошептал едва слышно, затем распахнул дверь, подхватил меня на руки, словно пушинку, и поставил у стены в пустом и темном коридоре. Щелкнул рычажком замка изнутри.

Кровь так оглушительно грохотала в ушах, что мне казалось, в кухне из крана льется вода. Снова его пальцы на моих щеках, оглаживали, водили костяшками по подбородку. Вцепилась в его плечи, чтобы не упасть. Ноги совсем не держали.

— Маленькая, — всё тем же низким голосом, а меня проняло до кончиков ногтей. Его так много вокруг. Всюду его запах непередаваемый. Мощь и тепло его тела. Не могу им надышаться.

Накрыл мои губы своими. Медленно пробовал на вкус сначала нижнюю, затем верхнюю. Отстранился. Прижался лбом к моему. Я запротестовала, вытянулась на цыпочках, чтобы снова поймать его губы, обвила шею руками.

— Андрей, — позвала и он поддался.

Проложил дорожку мимолётных поцелуев от носа к губам и снова поцеловал. Вобрал мои губы в себя, начал ласкать языком. Голова закружилась. В животе всё скрутилось в тугую пружину.

Пробовала повторить его действия и очень робко коснулась его языка своим. Наверное, ему понравилось, потому что Андрей вдруг навалился на меня всей тяжестью своего тела и прижал к стене. Одна его рука запуталась в волосах на затылке, вторая легла на грудь и чуть сдавила.

Боже, это так прекрасно. Острая волна наслаждения ушла куда-то вглубь тела. Выгнулась, подставляя всю себя под эти касания. Андрей этим воспользовался. Положил обе руки на мои бедра, очертил контуры и по-хозяйски схватил за попку, чтобы приподнять и устроить мои ноги на своей талии.

Поцелуй перестал быть нежным, он жадный и чувственный до изнеможения. Запустила пальцы в его волосы, прошлась ими по затылку, макушке, подушечками повела по выбритым вискам. Свободной рукой ласкала шею. Это гораздо приятнее любой фантазии, каких было миллион со дня нашего знакомства.

Между ног почувствовалось что-то твёрдое и причиняющее небольшой дискомфорт. Наверное, это что-то в кармане брюк Андрея… Неловко поелозила, стараясь отодвинуться от этой твердости, и вдруг поняла, что это. Щеки моментально окрасились багрянцем. Спасибо темноте, что скрыла мой позор. Напрочь забыла, как дышать, и высвободила рот для глотка воздуха. Из груди вырвался стон удовольствия, когда Андрей спустился с поцелуями на шею и ниже. Поднял вверх край кофточки, обнажил грудь в простеньком хлопковом белье и царапнул зубами сосок.

Выгнулась дугой так, что ударилась затылком о что-то на стене. Раздался характерный щелчок, и в коридоре вспыхнул ослепительно яркий свет. Трындец!

Отскочили друг от друга, как кипятком ошпаренные. Живо поправила свою одежду и, щурясь, осмотрелась, боясь увидеть маму или, того хуже, отца. Никого.

Губы жгло, словно пожевала тлеющую головешку. Будучи в полной прострации, посмотрела на Андрея, немо вопрошая, а откуда взялся свет. Смолягин нахмурился (Господи, мне хотелось зацеловать эту ровную прерывистую черту бровей и каждую мимическую морщинку на лбу), затем посмотрел куда-то поверх моей головы и начал посмеиваться. Вполголоса, чтобы не сообщать о нашей маленькой шалости соседям.

Я отлипла от стены и проследила за направлением его взгляда. О да, в этом вся Анечка, мисс Облом! Так понравилось, когда покусывают грудь, что со всей дури ударила головой по выключателю. Браво! Овации из положения стоя верхом на лошади.

— Все, малая, закругляемся, не то я тебя сожру, — сказал Андрей и чмокнул меня в лоб.

А в глазах такое плескалось, что мне вспомнилось это его "что-то в кармане брюк", и краска повторно залила щеки.

— Спокойной ночи, Ань.

— Спокойной ночи, Андрей, — отозвалась я и изловчилась поцеловать кончик самого совершенного носа во всём мире.

Никогда не смогу полюбить кого-то сильнее. Это попросту противоречит природе вещей.

Глава 13

Прошлое

Всю следующую неделю я порхала где-то в районе облаков. Ничто не могло огорчить меня или стереть с лица блаженствующую улыбку. Отец за ужином вновь обозвал маму никчёмной курицей и швырнул в стену тарелку с недосоленным картофельным пюре, остатки которого я полвечера соскребала с кухонного гарнитура? Тьфу, мелочи. Милка стащила мой эмпэ-три плеер, стёрла всю музыку и залила собственный плейлист? Пускай пользуется, младшим нужно уступать.

И так до бесконечности. Я любила и понимала, что меня любят в ответ. О том, что, возможно, мои чувства несколько разнятся с тем, что испытывал Андрей, не задумывалась. Да и когда, если я целыми днями бродила в воспоминании о том самом поцелуе, раз за разом переживала каждый сладкий миг. Стоило очутиться в коридоре и все те волшебные ощущения обрушивались снова.

Однажды ночью я даже поделилась скромными подробностями с Милкой, просто не смогла удержать внутри рвущийся наружу шар восторженных эмоций. Я не рассказала, где и с кем целовалась, но в кратких деталях описала, что чувствуешь, когда это случается впервые. Больше мне не с кем было поделиться самым сокровенным.

С Женькой я разорвала всякие контакты. На его робкое предложение погулять на выходных ответила категоричным отказом, и перестала выискивать из окружения кандидата на роль кавалера.

Да, у меня по-прежнему оставалось разрешение ходить на свидания, и я могла бы использовать его в тех же