Побег к счастью - Анна Есина

Заглянули в первое попавшееся заведение. Внутри было довольно темно и уютно, столики освещали небольшие светильники со светлыми абажурами. Верхнее свет отсутствовал, отчего по потолку плясали изогнутые тени. Мебель мягкая и удобная. В зале свежо и тепло, пахло какими-то соусами и выпечкой.

Устроились возле панорамного окна, за которым виднелись изгибающаяся лента реки и выступающий зубец островка, густо заросшего колючими кустами облепихи.

— Теперь и ты стал тихим, — подметила, когда от столика, приняв наш заказ, отошла официантка.

— Просто вспомнил, как такая же тетя Зина подкармливала меня и других интернатских детей домашними пирожками, — тихим голосом ответил Андрей. — Ты была когда-нибудь в нашем интернате?

В эту секунду он казался таким настоящим, что в груди защемило от осознания, сколь сильно и всепоглощающе его люблю. Без привычной маски бравады, лихого озорства и красочных улыбочек он выглядел ещё красивее. И старше. Наверное, впервые с момента знакомства, я вдруг увидела перед собой мужчину, которому через несколько месяцев исполнится тридцать три года. Возраст Христа.

— Нет, не была, — возвратилась к заданному вопросу и скомкала между пальцами уголок тканевой салфетки в ожидании следующей его реплики.

— А я там вырос. Хорошее, к слову место, — разоткровенничался Андрей, и у меня дух захватило от перспективы. Он делился со мной чем-то личным, и это гораздо круче любых поцелуев. Это доверие. — Там отличные учителя и директор тоже. Строгая, но справедливая.

— Как ты там оказался? — боялась что-то спрашивать, но он замолк так надолго, что уже и не надеялась на развитие темы.

— Мамаша отдала, чтобы бухать не мешал, — сквозь зубы процедил, и я расслышала в голосе обиду. — Вначале забирала на выходные и каникулы, а потом и это делать перестала. Нет, я не жалуюсь. Наш интернат какое-то особое место, мы там жили, а не выживали. Дружно жили, как одна большая семья. Помню, математичка наша, Таисия Максимовна, однажды вдрызг разругалась с мужем прямо посреди обеда. Он пришел к ней на работу выяснять, куда из гаража делся вчерашний улов — фляга радужной форели. Орёт, ногами топочет, а у нас на столах блюда с запечённой красной рыбой. Вот и получается, что мужик продать улов хотел, деньгами разжиться, а жена ему все карты спутала… И таких историй миллион. Весь коллектив интерната последнее из дома уносил, а не наоборот, как в других приютах.

Ты вот рассказала о пацане с яблоком, и я себя вспомнил, как так же по магазинам да рынку побирались, чтобы у наших малышей на столе всегда фрукты были. Директор, Анна Романовна, мы её Ромашкой звали, страсть как злилась, если узнавала о наших проделках, но поди уследи за ватагой быстроногих мальчишек.

Нам принесли высокие стаканы с кофе и маленькую тарелку с диковинными, лично для меня, бутербродами на цветных шпажках. Наверное, это и были канапе. У Андрея черный американо с сахаром, а у меня странный коктейль из кофе, молока и ванильного сиропа под коротким названием "Раф". Попробовала первый глоток и блаженство накрыло с головой.

— Мы чудили по-крупному, сбегали, воровали, — пустился в воспоминания Смолягин, а я и шелохнуться не смела, дабы не спугнуть усевшуюся ему на шею фею болтливости. — Курить я начал в десять, нюхать года через два…

— Нюхать что? — у меня попросту отвалилась челюсть, особенно от воспоминания, в котором меня чуть не придушили за одну-разнесчастную сигарету, а сам вон чего. Лицемер.

— Да всё подряд: клей, бензин, ацетон, — всё, от чего можно прибалдеть. Единственное, чего я никогда в рот ни капли не брал — алкашка, — разъяснил Андрей, и мне понятна эта его позиция. Меня тоже не влекло к алкоголю и вряд ли когда-нибудь повлечет.

Рассказ, тем временем, обретал всё новые формы и обрастал подробностями, каких я и представить не могла.

— Выпустился я после девятого класса. Государство нам щедрой рукой по тысяче двести целковых отсыпало на брата. По тем временам неплохие деньги. Ромашка нам аттестаты о неполном среднем образовании дала и квотой на поступление в любой колледж или техникум одарила. Только об учебе мы в последний момент тогда думали, на руках внушительная сумма, считай, вмиг богатеями стали. Ну и рванули мы в Питер, уж не помню, чья идея была. За неделю все деньги спустили на девок да кабаки, вот тогда-то и пришло осознание, что вначале башкой раскинуть надо, а уж после делать что-то.

Долго думать, куда податься и как с голоду не околеть, не пришлось. Подали документы в морскую академию и без вступительных экзаменов…

— Ты закончил морскую академию? — у меня попросту не хватило такта дослушать до конца. — И в море плавал?

Андрей засмеялся над тем, как разом вскочила с места и тут же плюхнулась обратно.

— Моряки говорят, ходить в море, — поправил Смолягин. — Плавает в море, знаешь, что? Да-да, оно самое. И отвечая на твой вопрос, нет, тогда я мореходку не окончил. Вылетел с третьего курса за неуспеваемость. Оболтус, что с меня тогда было взять. Загремел в армию на два года, каким-то ураганным ветром меня не в морфлот занесло, а к десантникам под Рязань. Вот, где мне мозги на место поставили, дембельнулся совсем другим человеком. В училище восстановился, в тот же год на рыболовецкое судно попал. Вроде как практику проходили и по идее весь тот рейс, а это около двух месяцев, нам оплачивать не должны были, но капитан мужик честный оказался и обоим — мы вдвоём с однокашником подписали контракт — зарплату выдал. Я не помню, по сколько, но два или три увала мы знатно погудели.

— Увал — это что?

— Увольнительная, то есть день, когда можно покинуть территорию училища и выйти в город, скажем, на свидание с девушкой. Или просто в кино, — растолковал Андрей и мельком глянул на наручные часы. — Давай закругляться, малая, не то маман твоя в милицию побежит с заявой. Три минуты двенадцатого.

Я ойкнула и спешно вскочила на ноги. Влетит от родительницы, как пить дать. Она мне всю плешь проела после первого свидания, всё нудила и причитала, в красках расписывая, чего именно Андрею от меня надо и как далеко он свинтит, едва это получит.

— Не дрейфь, сейчас такси поймаем и вмиг тебя до дома домчим, — правильно истолковал панику в моих глазах, расплатился по счету, и мы вышли на улицу.

— Не нужно такси, просто пойдем побыстрее, а по пути ты мне свою историю дорасскажешь, — попросила я и жалобно посмотрела в глаза.

— Да нечего там больше