Мой пленный генерал - Лия Шах

то, что могут. Конечно, ситуация, где мужчина сидит дома с детьми, а жена делает карьеру, непривычна для наших мест, но ведь главное, чтобы все были счастливы. И если найдется мужчина, который будет согласен на такое, то почему бы и нет? А сейчас давайте узнаем, есть ли у нас сегодня такие мужчины. Время знакомиться с женихами, и я передаю слово свой коллеге Сафине.

Вторая женщина ведущая имела более нежный образ и выглядела гораздо мягче. Этакая тетушка, которая не имеет сильного мнения по поводу новобрачных. Она открыла светлый мозг, и на экране появились различные анкеты участников.

— Спасибо, Норма. Итак, Лидия, когда мы получили ваше согласие на участие в нашей программе, многие мужчины откликнулись, желая попытать удачу. Мы отобрали самых лучших из них, но их все равно осталось больше, чем может вместить формат нашей передачи. Поэтому было решено знакомить вас одновременно с несколькими. Итак, первая тройка претендентов, прошу в студию!

Выхода женихов я ждала с замиранием сердца. В финале герой программы может заключить брак с избранником прямо в студии, а это значит, что уже сегодня вечером я смогу начать делать детей. Такое радостное событие, я очень воодушевлена. Если супруг выдержит, то можем сразу двух сделать!

Розовая дверь, обклеенная красными сердечками, открылась, и на сцену вышла группа людей. Так как я уже видела ранее это шоу, то знала, что вместе с главным героем и участниками в съемках могут принять участие их сопровождающие. Меня сопровождать было некому, кроме генерала, но он тут наполовину добровольно. Однако женихи привели с собой других людей. Когда все расселись, я смогла рассмотреть их получше.

Первый мужчина был очень… опрятный. В чистой, накрахмаленной рубашечке в клеточку, шортиках, белых носочках и сандалиях. Челочка у него была аккуратно зачесана набок, а под носом росли редкие усики.

Я пару раз моргнула, пытаясь прогнать наваждение. Было ощущение, что передо мной сидит сорокалетний школьник, которого мама привела на день рождения бабушки. Усиливал впечатление тот факт, что рядом с мужчиной сидела пожилая женщина, которая с очень строгим выражением лица полезла стирать с уголка губ старого ребенка крошки от печенья. И на этом ее забота не закончилась, потом она поправила ему и без того идеальный воротничок, помогла правильно положить ладошки на коленки и напомнила держать спинку прямо.

Я растерялась и не понимала, как должна реагировать, а рядом давился смехом генерал.

Вторая ведущая Сафина тоже не оставляла шансов прийти в себя и сразу начала представлять участника:

— Сегодня наш первый жених — Илан Грексфпх. Очень перспективный мужчина. Илан с золотой медалью окончил столичную гимназию для одаренных детей, с платиновым дипломом университет имени Стутсера по специальности «Экономика и управление», с серебрянным сертификатом прошел курсы юного натуралиста, с медной грамотой завершил состязания в кружке радиотехники и является бронзовым призером всенародного турнира по оригами. Происходит Илан из семьи мясного магната, известного по всей территории Федерации, а также является его главным наследником. В свободное от великих свершений время Илан увлекается наблюдением за муравьями и мечтает однажды править планетой. Он верит, что если богиня станет его спутницей, то непременно будет поддерживать его во всех начинаниях, как это делает его уважаемая мама Гретхем Грексфпх.

И почему у меня такое чувство, что этот текст Сафине написала мама жениха? Но ведущая тоже молодец, прочитала все с серьезным лицом и ни разу не запнулась.

Пара матери и сына выслушала длинное представление с упоминанием всех регалий, после чего удовлетворенно кивнула и стала критически рассматривать меня. Это был такой взгляд, от которого даже мне — скромному человеку, победившему космический флот, стало немного не по себе.

— Итак, — продолжила Сафина, — если у вас есть какие-то вопросы к невесте, Илан, сейчас самое время их задать.

— Есть, — не дав сыну и слова вставить, решительно кивнула госпожа Гретхем. — Лидочка, мой сыночек — настоящее сокровище. И как драгоценному сокровищу ему нужен бережный уход и забота. Мы, конечно, понимаем, что ты непременно научишься готовить полезную правильную еду, следить за калориями и балансом микроэлементов, складывать в шкаф по цветам выстиранную одежду и не позволишь Иланчику переутомляться. Я, конечно, буду жить с вами и внимательно за всем прослежу, чтобы ты не допустила ошибок, поэтому ни о чем не волнуйся. Однако мы хотим узнать еще кое-что. Лидочка, нашему Иланчику всего сорок два годика, он еще растет, хоть по документам и взрослый, поэтому мы не можем допустить никакого негативного влияния. Скажи, у тебя есть вредные привычки?

По какой-то необъяснимой причине у меня побежали мурашки по ногам, а слова никак не желали выговариваться. На несколько секунд я буквально онемела. В голове было до обидного пусто, и что делать совершенно неясно. До начала передачи я была уверена, что у меня нет никаких требований к женихам, но теперь… Стыдно признаться, но я…

— Есть, — вдруг раздался уверенный мужской голос справа.

Услышав его, я вздрогнула и ощутила одновременно испуг и облегчение. Облегчение от того, что нашелся кто-то готовый разрешить эту ситуацию, а испуг от того, что этим человеком оказался тот, кто в данный момент не должен иметь возможности говорить.

Я обернулась и увидела, как генерал непринужденно освободил одну руку из пут, отклеил со рта липкую красную ленту и стал воодушевленно врать:

— На самом деле наша Лидочка… курит. Но не волнуйтесь, она делает это нечасто, только когда сильно расстроится. Представляете, я сказал, что она не может проколоть себе губу, и кто бы мог подумать, что это так сильно ее огорчит. Такая глупышка. Это ведь всего лишь пирсинг, сущий пустяк, учитывая, сколько у нее уже татуировок. Наверное, я зря был так категоричен, да?

Генерал врал так, что у меня даже голос прорезался. И хоть он прорезался, но я по какой-то необъяснимой причине все равно не издала ни звука, чтобы его опровергнуть. Наоборот, первым делом я посмотрела на жениха с его мамой, чтобы проверить реакцию. И она была неоднозначной. Илан сунул палец в нос, чтобы что-то найти, а его мама посмотрела на меня со смесью разочарования, осуждения и отвращения.

Испуг сменился легким стыдом, но облегчение все равно никуда не делось. Даже добавилась нотка бунтарского веселья, что совсем мне не свойственно. Это самое продуктивное молчание в моей жизни.

Последний вопрос генерала предназначался мне. Лаен обернулся и посмотрел с фальшивой теплой улыбкой, в которой из искреннего были только едва заметные искры веселья и озорства. И пусть я искренне понимала, что вся эта