Мой пленный генерал - Лия Шах

Использовав еще несколько нитей, собрала стол воедино и красиво села с прямой спиной. На губах играла легкая светская улыбка, которая без слов говорила: «можете продолжать».

Ведущая посмотрела на окровавленный стол, на мой нежный взгляд, а потом на хлопающего глазами генерала и проявила невиданную выдержку и профессионализм. Она столько лет сводила пары! Чего только она в этой студии не повидала!

Ведущая, которая сидела в центре, была главной, и она же начала представление.

— Добрый день, дорогие зрители. В эфире шоу «Выходи за меня» и с вами я — Норма Честити.

Услышав имя женщины, я не удержалась от вскидывания брови. Честити? А уж не родственница ли ты нашего мэра? Впечатляющая история мигом пронеслась в моем воображении, дорисовав увлекательные детали. А что, если это сестра нашего мэра? Ну или еще какая родственница. Ха! Тогда понятно, почему мистер Честити вырос из милого Патрика в отчаянного холостяка.

Я посмотрела на ведущую с куда большим интересом, немного подзабыв о цели своего визита, и прослушала остальную часть ее приветственной речи. В тот момент, когда перед моим мысленным взором пробегал мэр в фате невесты, а за ним гнались дамы в смокингах, крича о неземной любви и долге перед страной, я услышала, как Норма перешла к части представления своей гостьи — меня.

— И сегодня наша невеста — всем известная богиня Крови Лидия.

Я расправила плечи, улыбнулась подлетевшей камере и помахала рукой. Другой рукой шлепнула по бедру генерала, который что-то там хрипел. Сидишь? Вот и сиди. Зачем болтаешь? Имперцам слова не давали!

Ведущая упорно делала вид, что генерал — предмет декора, и продолжала меня представлять:

— Ее работа не нуждается в представлении, множество проблем нашей планеты были решены этой отважной девочкой.

Справа заинтересованно хмыкнул генерал. Я украдкой посмотрела на него, поймала любопытный взгляд и, наклонившись, шепотом пояснила:

— Множество проблем — это ты и твой ржавый флот.

— Хм, — понимающе кивнул генерал, но потом понял, что его любимый флот отругали и возмущенно промычал что-то. Мне даже рот ему открывать не нужно, чтобы понять, о чем он негодует.

— Ржавый, ржавый, — закивала я. — Не спорь.

Генерал надулся, ведущая продолжала:

— Она добра, умна и очень красива.

Справа раздался скептический хмык, а я обиделась и ущипнула его за локоть, прошипев на любезно подставленное ухо:

— Я очень красива, умна и добра, ясно?

Он повернул голову и посмотрел на меня так снисходительно, что рука сама потянулась ущипнуть его еще пару раз. Так сказать, демонстрирую доброту наглядно.

Генерал покраснел и заерзал, а ведущая продолжала работать:

— От избранника не ждет великих свершений, ценит домашний уют и доброе отношение.

Генерал вопросительно хмыкнул, и я уверенно кивнула, подтверждая. Блин, зачем я вообще с ним разговариваю? Не лучше ли залепить ему глаза и уши? Пусть сидит себе тихонько и ждет кары небесной.

Пока я размышляла о судьбе вражеского форточника, ведущая не сдавалась:

— Мечтает выйти замуж за понимающего мужчину и завести детей. Обещает, что сможет обеспечить семью всем необходимым, если супруг будет помогать ей воспитывать детей.

Это был неожиданный поворот. Все эти вещи знал очень ограниченный круг людей, но никак не редакция программы. Я была шокирована и еще больше убеждена в мысли, что Норма и Патрик — родственники. Но это еще полбеды. Вражеский генерал посмотрел на меня с такой насмешкой, что я не выдержала, покраснела и опустила глаза.

Ну да, а что? Я смогу обеспечить семью, все правильно. И незачем так на меня смотреть, ясно?

Было обидно, так что я пнула генерала под столом по лодыжке, пока никто не видит. Шпилька была острой, и Лаен зашипел через нос от боли.

Немного подравшись с генералом, я восстановила бодрость духа и приготовилась к следующей части шоу:

— Что ж, теперь давайте побеседуем с невестой. Лидия, здравствуйте.

— Добрый день, Норма, — вежливо поздоровалась я.

— Для начала расскажите нам немного о себе, — предложила ведущая. — Сколько вам лет?

— Эм… — Я на секунду запнулась и не знала что сказать. — Видите ли… Это не самый простой вопрос. Как вы знаете, я прибыла из Хаоса.

Едва эти слова отзвучали, как рядом встрепенулся генерал. Пара золотистых глаз широко распахнулась и уставилась на меня, как на что-то удивительное. Чего я не знала, так это того, что у Лаена только что разрешились некоторые мысленные вопросы относительно меня.

Конечно, после последней стычки парень уже начал что-то подозревать, ведь магии крови в этом мире не существует, но что-то настолько смелое даже предположить не мог. С другой стороны, он был довольно опытным и повидал в жизни всякое, так что быстро справился со своим удивлением и стал активно греть уши в сторонке.

— В Хаосе не так просто вести счет времени, так как там все быстро меняется, а таких понятий, как день и ночь не существует. Конечно, есть области, которые погружены во тьму, но в основном пространство залито багровым свечением. Правда, высшие кланы пытались вести учет условного времени, но это, скорее, наша местная шутка. Видите ли, период, во время которого я пересекла Грань между нашими мирами, назывался периодом Третьей Вечности. Смешно, правда? Присвоить вечности порядковый номер. Порядковый, ха-ха. Хм, не смешно, да?

Ведущая вздохнула, глядя на меня то ли с жалостью, то ли с безнадежностью, однако был человек, который оценил нашу хаотичную шутку, — генерал. Плечи парня вздрагивали, а глаза вытянулись. Из носа вырывались потоки воздуха. Он явно смеялся.

А он становится немного приятным для глаз, да? Чувство юмора — хорошее качество для мужчины.

Ведущая сдаваться была не намерена и попросила больше конкретики:

— Но если бы вы могли примерно описать, то сколько бы это было? Скажем, вам больше тысячи наших лет? Как вы считаете, как долго вы прожили?

— Мое мнение? — нахмурившись, глубоко задумалась. Генерал заинтересованно повернулся и тоже стал ждать ответа. Я постучала пальцем по уголку губ и с сомнением произнесла: — Если очень приблизительно, то мне где-то… около восьми-девяти лет.

За столом повисла тишина, а Лаен сипло закашлялся. Ведущая бросила на него строгий взгляд и осторожно уточнила:

— Вы имеете ввиду восемь тысяч лет? Или сотен?

— Нет, просто восемь-девять лет. Я была создана не так давно, — открыто ответила я, глядя на женщину яркими и чистым глазами.

Она опешила, а потом подняла руку и сказала одной из камер:

— Стоп-мотор! Где режиссер? У нас в студии несовершеннолетние! Как это понимать?

Я растерянно оглянулась и непонимающе уставилась на начавшуюся суматоху. На площадку выбежала