Завоевать истинную - Натали Нил

- Слушай, если он питается небольшими животными... может, мы сможем добыть мяса с туши его матери. А потом разберёмся. Может, ему просто страшно. Ну нельзя же убивать всех подряд!

Адмирал тяжело вздыхает.

- Спускайся, истинная. Быть может, он вообще не захочет к нам идти. И тогда я его «отпущу». Даже не проси.

Мы спускаемся на площадку. Маленький мэррит сидит рядом с посадочной площадкой и отчаянно «мяукает», хотя эти звуки — нечто среднее между рыком, тявканьем и ещё каким-то непонятным урчанием. Увидев нас, он срывается с места, но лишь отбегает чуть дальше.

- Он не знает нас, как вид. Поэтому не боится. — я присаживаюсь и протягиваю к мэрриту руку. — Иди сюда, малыш.

«Котёнок» смешно наклоняет голову набок, но не двигается с места. Адмирал стоит сзади, готовый в любой момент «решить» нашу проблему. Мне понадобилось время, пока мэррит не решился подойти и обнюхать мою руку. Бархатный, красный язык, щекоча, коснулся кожи.

- Похоже, он готов тебя сожрать. — хмыкает за спиной адмирал. — Забирай его, пошли внутрь. Не известно, кого он привлёк своим плачем, и кто сейчас наблюдает за нами из леса.

Он прав. Я подхватываю мэррита под мягкий животик. Он оказывается тяжёлым.

- Ян, забери его, пожалуйста. Мне плохо. Ещё уроню.

- Что с тобой? — Ян с беспокойством заглядывает в моё лицо.

- Ничего страшного. Просто забери малыша и пойдём в шаттл.

Уже втроём мы возвращаемся внутрь.

- Эрис, что болит? — не отстаёт адмирал.

Я отвечаю ему хриплым, сухим кашлем. Он поджимает губы.

- Понятно.

И мне понятно. У нас нет лекарств, мы не знаем местную фауну... Мне нечем лечиться. Я могу надеяться только на силы своего организма...

Усаживаюсь в кресло. Мэррит, рискуя повредить ещё один комбинезон, тут же пытается забраться по ноге. Ян подхватывает его и укладывает мне на колени. Его ладонь с нежностью проходится по моим волосам.

- Эрис, постарайся не разболеться. Пожалуйста.

Я почти сразу отключаюсь. Огромный котёнок под моей рукой мирно посапывает на коленях... До утра нас больше никто не беспокоит.

А утром я не могу встать. Страшно кружится голова. Из больной груди вырываются хрипы. Я почти не могу говорить. Ян развёл костёр. Котёнок бегает за ним хвостиком. Адмиралу пришлось кормить его мясом матери. Хорошо, что наш мэррит оказался уже не молочным малышом.

- Эрис, держи. — адмирал протягивает одну из чашек, что мы нашли в пищеблоке. Над ней поднимается пар. — Пей.

Я слабыми пальцами пытаюсь удержать её. Горячая вода дарит немного облегчения нещадно саднящему горлу. Ян забирает чашку и вдруг рывком прижимает меня к себе.

- Только не вздумай умирать, слышишь?

Слышу. Я слышу его дикий страх. Хочу пошутить, но из горла вырывается хрип, и меня бьёт кашель. Внутри словно наждаком прошлись. Отстраняюсь от Яна и хватаюсь за грудь. Как же больно...

- Всё будет хорошо, адмирал. Не переживай. — шепчу непослушными губами.

Он снова прижимает меня к себе. Рука зарывается в волосы. Утыкаюсь любом в его плечо. Он касается моей головы щекой.

- Я люблю тебя, истинная... слышишь? Люблю... не вздумай меня бросить. Я ведь тебя и там найду...

Слабыми руками хватаюсь за его плечи.

- Слышу...

Адмирал отпускает меня и бережно снова укладывает в кресло.

- Я не дам тебе ускользнуть. В очередной раз.

- Я знаю... - пытаюсь улыбнуться. Сознание туманится. С каждым вздохом мне тяжелее дышать. Воздух с трудом пробивается в лёгкие.

Устало закрываю глаза. Как же я так... какая глупость... умереть на забытой Первым планете. Вот так...

Глава 26.

Сетна. Орбита.

Мрачный Ал-Тэимис рассматривал в иллюминатор небольшую планету. Флот вышел к орбите три часа назад, и они уже отправили рой разведывательных дронов. Ал-Тэимис перевёл взгляд на экран, развёрнутый искином. На него шла прямая трансляция всего, что видели дроны. Картинки постоянно сменяли одна другую. Правая рука адмирала уже оценил разрушения и чётко понял, что пострадал только дворец. Его показательно и намеренно уничтожили. Ни один рудник не зацепило. Зато погрузочные площадки зияли пустыми стыковочными модулями — шаттлы с бесценным грузом, естественно, отсутствовали. Ранийцы вволю здесь поживились. От души. Ал-Тэимис позволил себе мрачную улыбку. Изящные пальцы сжались в кулаки. Он найдёт их, как сделал это адмирал, и уничтожит. Всех. Без жалости.

- Оставь обзор развалин дворца. — приказал искину.

Внимательный взгляд скользил по колоссальным разрушениям. Сколько же залпов они дали, чтобы просто пробить силовые поля? Вице-адмирал знал, что дворец Эола Ал-Тэддис был великолепно защищён. Мало того, на орбите постоянно курсировала небольшая эскадра, способная отразить атаку довольно солидного врага. Так какими силами ранийцы атаковали, что смогли уничтожить корабли Ал-Лани и пройтись почти по всем рудникам? Почему Сетна не запросила помощи? Почему они спокойно хозяйничали на планете?

Было во всём этом что-то очень неправильное. Никогда ранийцы не собирали огромные силы в одной точке. Они прекрасно знали, Ал-Лани всегда успеет прийти на помощь. То, что произошло здесь — аномалия. И это раздражало Ал-Тэимиса. Однозначно, кто-то помогал этим тварям. И кто-то должен за всё это ответить.

- Десант ко дворцу. — бросил мрачный ал-ланиец, ни к кому не обращаясь, но уже через несколько минут огромный стыковочный шлюз флагмана выплюнул два шаттла с отборным десантом на бортах.

Ал-Тэимис наблюдал, как шаттлы, включив двигатели ускорения, вошли в атмосферу. Совсем скоро он получит комментарии к картинке.

Эрис. Тинарос.

Ян приводит меня в чувство. Его голос пробивается сквозь густой мрак в моей больной голове.

- Эрис! Очнись, пожалуйста! Ну же, давай!

С трудом поднимаю тяжёлые веки. Даже тусклый свет внутри шаттла режет глаза.

- Послушай, ты должна назвать цифры. Я буду их тихо называть тебе, ты постарайся повторять их громко. Слышишь? - сколько тревоги в его голосе, сколько боли. Где тот, мой холодный адмирал?

Киваю и захожусь кашлем.

- Введите код доступа. — звучит голос искина, и мы делаем то, о чём попросил адмирал. — Как мне к вам обращаться?

- Что происходит? — хватаю адмирала за руки.

- Представься, Эрис! — говорит шёпотом Ян.

Делаю, что он приказал.

- Ян, что ты делаешь? — мне не хватает воздуха. В голове туман. Это дикое чувство беспомощности и липкого ужаса, когда хочешь вдохнуть полной грудью, но лишь заходишься страшным