Прости за любовь. Причал - Кристина Лин

— Не надо! — хрипит дядя Ваня, беспомощно барахтаясь, даже не пытаясь вырваться из стальной хватки.

— Что ты здесь делаешь? Отвечай! — от того тона, которым Руслан произнес это, даже мне стало не по себе. Малодушно я подумала вернуться в спасательное укрытие, но тут же пересилила себя и подошла к мужу.

— Отпусти! Ты задушишь его! — я попыталась убрать руку мужа с горла дяди Вани. Но у меня не получилось даже с места ее сдвинуть.

— Пожалуйста, — прошептала беспомощно.

Руслан повернул в мою сторону голову. Грозно сверкнул глазами.

— Ты знаешь его?! — не спросил, прорычал он.

Осталось согласно кивнуть, мысленно умоляя Бога защитить нас с дядей Ваней от неминуемой смерти.

— Он не сделал ничего плохого, — продолжаю настаивать, пока дядя Ваня беспомощно моргает, глядя на нас безвольной куклой. — Пожалуйста, Руслан.

Муж гневно зыркнул на меня, потом на дядю Ваню. Разжал пальцы, давая несчастному свободно вдохнуть.

— Какого черта он здесь делает, м?! — спрашивает у меня Руслан.

Мне резко захотелось сбежать, но колени безвольно затряслись и подкосились. Пальцы похолодели и к горлу подступил ком.

— Он здесь живет, — пролепетала, ощущая себя маленькой девочкой на исповеди. Один неверный ответ — и я попаду в ад.

— Не сердись, пожалуйста, — добавила умоляющим голосом.

Руслан сжал руки в кулаки. Но тут же, будто опомнившись, засунул их в карманы брюк.

— Ты знала?!? — прорычал он.

— Да.

Вот и все. Мне хана, готовьте памятник. Дядя Ваня пойдет на закуску, поляжем в неравной схватке страдальческим комплектом.

Руслан шумно выдохнул, перевел взгляд на дядю Ваню.

— Убирайся из моего дома! — прошипел он несчастному, перепуганному до полусмерти, мужчине.

Ну да, выглядит он не очень. Но он же безобидный, как ручной домовенок.

— Нет! — влезаю, твердо вклиниваясь, сама в шоке от себя.

Настя, опомнись! Ты же никогда не протестовала, всегда только подчинялась. Настя!!

Но он же выкинет дядю Ваню, нисколько не заботясь о том, как тот станет выживать. А мужчина, на самом деле, многие годы охранял дом, не требуя за это платы. Все, что ему нужно — это крыша над головой и теплый уголок в подвале.

— Настя…, — шипит угрожающе Руслан.

— Нет! — повторяю твердо.

Для пущей убедительности я даже вздернула подбородок и расправила плечи. А что? Погибать, так красиво!

— Даже так? — зло ухмыльнувшись, говорит Руслан. От его слов по спине пронесся холодок. Так просто он мне этого не спустит.

— Уйди, чтобы я тебя не видел, — бросает хлестко в сторону дяди Вани. Тот, не веря своему счастью, быстро смылся.

Мы с мужем остались снова вдвоем.

Руслан сделал два шага в мою сторону, подошел вплотную, надвигаясь грозной тенью. Испуганно заглядываю ему в глаза, колени дрожат все сильнее. Он всегда умел довести меня до истерики одним лишь взглядом, за малейшую провинность наказывал. А тут такой протест! Конечно, он этого не стерпит. И его сверкающие глаза только подтверждают мои выводы.

Внутри что-то надломилось. Я покорно приняла факт расплаты и безропотно с ним согласилась. Это странно, но мне стало спокойнее от этого. Набравшись смелости, подняла руку и провела пальцами по его губам.

— Накажешь меня? — прошептала сипло.

Руслан перестал дышать. Шумно сглотнув, он уставился на мои губы.

— Ты! — выдыхает хрипло, будто очнувшись. Сейчас он выглядит так, словно, ему получил удар под дых. Склоняет голову, прислоняется лбом к моему лбу. — Как ты это делаешь?

О чем он? Не понимаю. Ничего я особенного не делаю!

Тянусь к его губам. Потому, что мне так хочется, а не потому, что надо. Линия губ у него безупречна, как и все в нем. Красиво до дрожи в груди, до покалывания пальцев. Я всегда любовалась им, и иначе, наверное, никогда уже не смогу.

— Можно? — спрашиваю, почти касаясь его губ своими.

Руслан кивает, немного нервно, сжимая кожу на моей талии пальцами. Прижимаюсь к нему, нежно касаюсь его губ губами, провожу по ним языком. Он вздрагивает, как от удара током. Притягивает меня к себе, жадно впивается в губы поцелуем. Таю в его руках. Если это и есть наказание, то оно слишком сладкое. А, может, я просто начинаю привыкать к своему мужу?

Глава 20

Руслан.

Я отвез Настю домой, а потом снова поехал в особняк. Явление незваного персонажа не то, чтобы обрадовало. Скорее, раздосадовало и всколыхнуло в памяти непрошенные воспоминания. А с этим старым домом их связано немало. И хороших, и плохих. Много и таких, о которых я никому не расскажу.

Открываю двери, захожу в дом. Прохожу из одной комнаты в другую, заглядываю в каждый угол. Никого не вижу. Тут пусто. Но это только видимость. Я же точно знаю, что это не так. В доме поселился тот, кого я почти забыл. Нет бы меня спросить, но нет, он предпочел какие-то секреты. Настя, оказывает, и та знала больше меня. Ненавижу это! Почему только сегодня узнаю об этом? Думал, прибью несчастного прямо на месте. Если бы не Настя, так и было бы.

— Я знаю, ты здесь, — говорю громко. — Выходи!

Замираю, чтобы услышать малейшее движение. Невозможно же долго не шевелиться.

— Я все равно найду, — повысив голос, добавляю, — лучше не зли меня.

Откуда-то сбоку раздался скрип. Иду на этот звук, как на сигнал маячка. Паршивец прятался в шкафу, и только теперь благоразумно решил показаться. Правильный выбор. Мне бы пришлось перерыть все в этом доме, и тогда бы разговор вышел уже другим.

— Я помню тебя, — говорю мужчине. Тот кутается в лохмотья и держится в стороне. Знаю, что напугал его сегодня. Но он сам виноват. Никто не давал разрешения жить в моем доме. — Ты работал здесь, верно? Раньше.

— Да, — кивает мужчина, — когда вы были ребенком, я жил здесь.

Тогда он выглядел получше, а в этом доме, кроме него, было еще много прислуги. Да, теперь я хорошо его помню. Он всегда был добрым и исправно выполнял свою работу. Кажется, его задачей было следить за порядком и чистотой в доме. Но это не точно, все-таки, прошло много лет.

— Какого черта ты и теперь здесь живешь? — мне совсем не нравится эта история. И то, что Настя стала соучастницей их заговора, не нравится особенно. — Отвечай!

— Так, больше негде, — кается мужчина.

Прекрасно! В моем доме живет какой-то бомж. И судя по его внешнему виду и запаху, уже давно. И что мне с ним делать? Я обещал Насте не трогать.

Черт! Дерьмово, что она влезла в