Бывший муж под елку - Инна Инфинити

- Пара бокалов не считается. Мы же не будем выезжать на проезжую часть. Так, во дворе вокруг дома.

Я оглядываю гостиную. Мама с подругами распевает песни, Виктор заснул на диване, Павел заснет через пять минут.

- А пойдем, - соглашаюсь.

Глава 27. Не свидание

Мы выбегаем из машины. Перед бампером лежит белый пудель. В сознании, скулит. Крови вроде не видно.

- Я тебя засужу! - набрасывается на Аркадия хозяйка собаки. - Я тебя посажу! Ты у меня пожизненно сидеть будешь!

Женщина в истерике начинает бить Аркадия сумкой по голове.

- Сволочь! Как ты мог! Куда ты смотрел! Ты сидеть будешь! Полицию! - кричит кому-то. - Вызовите кто-нибудь полицию!

Аркадий пытается усмирить женщину, но у него не получается, и между ними завязывается драка. Я понимаю, что нужно вмешаться, иначе собачка погибнет. Не столько от того, что Аркадий сбил ее на скорости десять километров час, сколько от того, что ее хозяйка больше увлечена дракой с Аркадием и угрозами, чем спасением своего питомца.

- Да успокойтесь вы уже! - вклиниваюсь между Аркадием и женщиной. Как только становлюсь перед ней, так сразу чувствую запах крепкого алкоголя. А потом замечаю, что женщина пенсионного возраста не очень устойчива на ногах. Она выпила гораздо больше, чем мы с Аркадием вместе взятые. - Вам нужно собаку к ветеринару везти, а не кулаками размахивать! У вас животное скулит от боли, а вы чем занимаетесь? - пытаюсь пристыдить женщину.

Мои действия имеют эффект. Она отскакивает от Аркадия к своей Рози.

- Бедненькая моя, миленькая, - присаживается возле нее на корточки.

Пока Аркадий трет ушибы на голове, я открываю в телефоне интернет и начинаю искать поблизости круглосуточные ветеринарные клиники. На соседней улице обнаруживается одна.

- Вот круглосуточная ветеринарка рядом, - показываю женщине экран. - Пойдёмте туда.

- Нет уж, не пойдёмте, а поедемте! Вы нас сбили, вы нас и везите!

- Я не сяду за руль, - категорично заявляет Аркадий. - Я выпил.

- Ах ты ещё и пьяный за рулем был?! - подскакивает на ноги, снова позабыв про свою Рози.

- У вас собака умрет, пока вы тут выясняете отношения! - кричу на женщину.

- А ты своего хахаля не покрывай. Сядешь пожизненно вместе с ним! За соучастие! Тоже, наверное, пьяная, да? - надвигается на меня. - А ну дыхни.

Я брезгливо морщусь, потому что это как раз она на меня дыхнула. Не удивлюсь, если женщина - запойная. Да и видок у неё тот ещё. Облезлая куртка из кожзама, припухшее лицо. Я понимаю, что собачники редко наряжаются на прогулки с питомцами, но сегодня ведь новогодняя ночь.

Женщина зло смотрит на меня, уперев руки в бока. Какой-то театр абсурда. Такое ощущение, что хозяйке собаки поругаться и выпустить пар важнее, чем спасти собственное животное. Поняв, что кроме меня жизнь Рози больше никому неинтересна, я склоняюсь к ней и пытаюсь аккуратно взять на руки. Собака начинает скулить громче.

- Ну-ну, миленькая, не бойся. Нужно немножко тебя полечить.

Собачка дрожит в моих руках и старается прильнуть ко мне. Пока женщина угрожает Аркадию пожизненным заключением за вождение в нетрезвом виде, я быстро-быстро иду в сторону круглосуточной ветеринарной. Собака в сознании, крови нет. Думаю, это хороший знак. Только скулит так громко и так протяжно, что у меня непроизвольно сжимается сердце.

Круглосуточная ветеринарка действительно открыта, слава Богу.

- Есть здесь кто-нибудь? - кричу, спускаясь вниз по ступенькам в подвальное помещение.

Открывается дверь из белого пластика, и выглядывает женщина в белом халате.

- Что случилось?

- Машина наехала на собаку.

По пути в клинику я опасалась, что ветеринары выпили в новогоднюю ночь и будут в таком же неадеквате, как хозяйка собаки. Но неожиданно дежурная врач и ассистентка оказываются трезвыми как стеклышко. Они кладут пуделя на кушетку и быстрыми профессиональными движениями осматривают, нажимая во все необходимые точки.

- Пострадала передняя правая лапа. Возможно, перелом. Надо делать рентген, - докладывает врач.

Они с ассистенткой уносят Рози в другую комнату, где стоит аппарат для рентгена.

Распахивается дверь с улицы, и в клинику вбегают Аркадий с хозяйкой пуделя.

- Где моя Рози?! - верещит женщина.

- Ей делают рентген. Подозрение на перелом передней лапы.

Хозяйка собаки причитает, плачет, хватается за голову, сыплет в адрес Аркадия новыми обвинениями и опять угрожает пожизненным тюремным заключением. Я падаю на стул и чувствую в теле просто колоссальную усталость. Эта новогодняя ночь кажется бесконечной.

Где-то через полчаса - может, больше, может, меньше, я потеряла счет времени - выходят врачи и говорят, что у собаки перелом. Они наложили на лапу гипс. Других повреждений у животного нет. Аркадий расплачивается, ветеринары дают хозяйке инструкции по уходу за животным, и мы все втроем выходим на улицу.

- Я напишу на тебя заявление в полицию! - шипит женщина.

Аркадий молча достает из заднего кармана брюк бумажник, открывает его, вытаскивает оттуда штук пять пятитысячных купюр и сует в руки женщине. Она берет деньги и тут же поджимает губы. Не желая участвовать в театре абсурда дальше, я разворачиваюсь и шагаю по направлению к дому. Через минуту Аркадий меня догоняет, и мы идем вместе. Он молчит, и я тоже молчу.

Не знаю, должна ли я чувствовать себя виноватой. С одной стороны, это же меня Аркадий учил водить машину. А с другой, я предлагала ему не садиться за руль после нескольких бокалов шампанского.

Первое свидание не задалось.

Когда мы приходим домой, гостей уже нет. Мама убирает со стола.

- О, вернулись! - ее глаза загораются любопытством. - Аркаша, а твоя мама уехала домой на такси.

- Хорошо, я тогда тоже поеду на такси. И сюда к вам тоже надо было ехать на такси.

Родительница тактично удаляется на кухню с салатницами в руках. Аркадий поворачивается ко мне. Впервые после происшествия с собакой я внимательно на него смотрю. Лицо в нескольких местах отекло, будут синяки. Хозяйка пуделя не сдерживала свою агрессию.

- Ну, я тебе позвоню? - неуверенно мнется.

Устало вздыхаю.

- Ну позвони, - пожимаю плечами.

- Скажи свой номер.

Я нехотя диктую цифры, Аркадий сохраняет их и сбрасывает мне звонок. Уходя, мне кажется, он хочет поцеловать меня в щеку, но я намеренно отхожу на шаг. Когда за Аркадием закрывается дверь, я с облегчением выдыхаю.

В прихожую