Помоги тебя забыть - Ольга Тимофеева

– Ты бы так не сделала.

Я пытаюсь сохранять спокойствие и жду, когда она успокоится.

– А если бы сделала? Знаешь, что? Я может и маленькая, но ты тоже не особо–то и вырос.

Все. Достала. Я дергаюсь вперед, захватывая ее, и обнимаю. Губки эти обидчивые прикусываю и втягиваю. Хватит уже мне мозг выносить. Кажется, на сегодня достаточно.

– Пусти Мэтт. Поцелуй, это не решение проблемы. Ты мне сегодня больно сделал.

– Пустить? – Я переспрашиваю, но ком претензий не сдержать уже. Я сделал первый шаг, а она отворачивается. – Я что, должен как мальчик за тобой бегать? Ну, да, я не подумал, что тебя это заденет.

– Я не просила за мной бегать. Если ты забыл, то ты сам ко мне пристал.

– Да, потому что ты боишься шаг сделать и отойти от своих гороскопов. Или ты заглянула, а там было написано: сбегай от него? Ты себя в глазах другой обесценила. Хотя для меня ценность представляла именно ты.

– Если бы я была ценна, ты бы не ей улыбался, а со мной время проводил. Ты сегодня показал, насколько я тебе не важна. И гороскопы мои были правы.

– Я уже сказал, что это ничего не значит. Я же доказал тебе уже, что гороскопы твои это ерунда? Пожалуйста, мы вместе, вопреки всяким твоим мы несовместимы.

– А ты думаешь, что все отлично? То что мы пару раз переспали доказывает совместимость? То что нам было хорошо, – это уже идеальный союз? Это, знаешь, может один процент из того, что должно сходиться.

– Ты усложняешь.

– Я может и глупая, но это ты многого не замечаешь и не понимаешь. Например, что мне не комфортно с каким–то человеком рядом. Что я пытаюсь намекнуть об этом, а ты не понимаешь? Поэтому да, то что мы совместимы в постели еще ничего не значит. И я убедилась, что тебе нравится общаться с девушками, флиртовать, знакомится, просто так. А я не могу так. – Она сжимает край полотенца и держится за него взглядом. – Меня ранит каждая улыбка, каждый твой взгляд в другую сторону. Потому что я так не делаю. Да я такая. Неуверенная, ревнивая, собственница, поэтому мы несовместимы. А не потому что мне плохо с тобой в постели. Поэтому уходи, Мэтт. К Меган или еще к кому–то, кому плевать на то, что ты с девушкой, и кто хочет быть на втором плане. Я так не умею и рядом с собой тоже такого поведения принять не могу.

– Юджи, остынь. Что такого, что я общаюсь с людьми. Я всю жизнь со всеми общаюсь. И с девушками, и с парнями. Почему я должен себя ограничивать в чем–то? Я никому не изменяю.

– Если бы напротив меня сидел мой бывший парень и открыто меня клеил. Потом подсел бы рядом и начал вспоминать бывших друзей и наше прошлое, тебя бы тоже это не задело?

– Вообще–то ты при мне постоянно переписываешься с каким–то запасным вариантом в Канаде. А? Идеальная моя. Думаешь, ему понравилось бы, что ты ему пишешь и такая вся милая, а на самом деле в это время мой член в тебе, а губы шарят по твоему телу. Так что не делай из себя ангела.

– Уходи.

– Это спасибо за тот день, что я тебе подарил сегодня? Шикарно, Юджи. Продолжай в том же духе, и с тобой даже Рыбы будут несовместимы.

Я разворачиваюсь и неосознанно проверяю забрал ли телефон, а вместо этого нащупываю тюбик крема. Так и забыл его выложить. Достаю из кармана и оставляю на тумбочке.

– Я не такой уж и плохой.

Я спускаюсь от нее и иду по улице не оборачиваясь. Пусть смотрит.

Как это все становится сложно. Зачем я пытаюсь нас сохранить? Я ведь получил по сути то, что хотел. Осталось ощущение, что мало, но думаю это пройдет со временем.

Заваливаюсь к себе в комнату и ложусь спать. Сегодня один. Даже писать ей ничего не хочу. Пусть разберется в себе. Ей уезжать дня через четыре вроде. А что я могу предложить?

Ей надо уехать, а остаться она может только в одном случае, если я ей это предложу. А значит, я должен стать для нее кем–то. Но я не хочу быть никем ни для кого. Я хочу быть свободным, хоть мне и нравится Ракушка.

Я долго валяюсь и не могу заснуть, потому что воспоминания о ней, все еще кружатся в голове. Я просто очень долго ее добивался и поэтому видимо мозг перевозбудился вместе со мной.

Кажется, я только провалился в сон, как ко мне прижимаются чьи–то губы и целуют в шею. Поднимаются к уху. Я представляю как Ракушка пробралась и соскучилась по мне. Не открывая глаз, чтобы не прогнать мираж, поднимаю руку и впиваюсь в кожу на бедре. Сдавливаю сильно и веду вверх, сжимая попу.

– Мэтт, – шепчет голос, а губы скользят по шее, переходят на ключицы, вдоль живота и отодвигают резинку боксеров.

– Ракушка, – выдыхаю довольно и кладу руку ей на макушку, направляя губы к члену.

– Можешь называть меня как хочешь, Мэтью.

Блять. Тут же распахиваю глаза, и понимаю, что на мне не Юджи, а чертова Меган. Стягиваю девчонку с себя и всматриваюсь в темноту.

– Какого хера ты тут делаешь?

– Я подумала ты хочешь повторить. Нам тогда было хорошо. Ты ведь специально избавилась от той девчонки, чтобы побыть со мной.

– Или на хрен, Меган.

Поправляю боксеры с задранным на Юджи членом, но плевать сейчас на это, и выпроваживаю Меган.

– Ты же хочешь меня, – она цепляется и виснет на шее, обдавая дыханием с примесью алкоголя.

– Бля, Меган. Свали. Я не люблю повторы и пробовать два раза одно и то же терпеть не могу.

– Мэтт, я много чему научилась. Хочешь, покажу? Ты не пожалеешь.

– Не хочу я, обхватываю ее за поясницу и приподняв, несу к выходу. –Скажи спасибо, что выставляю тебя только из комнаты, а не за ворота. Но если это повторится, то дверь в этот дом будет закрыта для тебя навсегда

– Ты чего такой злой? Она не дала тебе?

– Отвали, это точно не твое дело.