Преподша для мажора. Уроки сопротивления - Ми Рей

Он поворачивается ко мне. В его глазах нет ни капли насмешки. Он за весь этот диалог даже ни разу не узмыльнулся.

— Я люблю тебя, поняла? — он берёт меня за руку, и в носу начинает предательски щипать. — Это не пройдёт. Такого никогда и ни с кем не было. А знаешь, что самое весомое? Я не могу вернуться в своё прошлое жизни. Ту, что до тебя. Я оглядываюсь назад и вижу какую-то чехарду из тупорылых поступков и мудацкого поведения. Тебе мало?

Я прижимаюсь лицом к его груди и снова смотрю в глаза.

— Нет. Не мало.

— Давай так. Доживём до выпускного. Полгода — как раз проверка. Я с клубом разберусь за это время… думаю, генерал тоже потерпит.

— Генерала я беру на себя, — улыбаюсь я и ложусь на его удобное большое плечо.

— Ну, вот и всё. Порешали, — Тимур гладит меня по спине, снова закрывая глаза.

Я тоже закрываю. Слушаю стук его сердца, щебет птиц в лесу, плеск резвящихся уток. Душу наполняет абсолютный покой, удовлетворение и спокойное, тихое счастье, в котором хочется замереть и не двигаться…

— Жена, дай булку.

Эпилог

— Четвёрка, значит, да? — тихонько рычит в мою сторону Тимур, не поворачивая головы.

Он сжимает мою руку так крепко, словно обещай мне немыслимые кары.

— У тебя всё равно пять, что ты возмущаешься, — шикаю на него я.

— Ага, спасибо членам комиссии. А так бы влепили, Зоя Васильевна. Это свадебный подарок такой?

— Ты сам настоял, чтобы дата регистрации совпала с датой последнего экзамена! — мне приходится повысить голос до громкого шёпота, потому что начинает играть торжественная музыка. — Ты две ошибки допустил!

— Ты ж моя курочка принципиальная, — ядовито-ласково произносит Тимур, поправляю чайную розу на лацкане смокинга, которая его явно раздражает. — Я тебя за это в первую брачную ночь до корочки зажарю, уяснила?

— Самохвалов! — я сжимаю его руку, украдкой оглядываясь на гостей: я услышал ли кто?

— Сама Самохвалова, — шутливо огрызается он, пока мы идём к сияющей женщине за столом регистрации. — Платье, кстати, я снимаю с тебя не буду.

Я сглатываю. Надо было брать платье в стиле “баба на самовар”, с десятью подьюбниками. Но я ограничилась желательным желательным вариантом цвета заварного крема, со свободной юбкой и полупрозрачными рукавами. По фигуре оно сидело идеально, судя по взгляду Тимура, которым он наградил меня при встрече.

Его же вся семья заставила влезть в смокинг. Пускай приглашенные друзья (среди которых, конечно, не было Гвоздева со Стариковым) угостили его парой подколов — свадьба это вам не вечеринка в клубе.

— Дорогие молодожёны! В этот чудесный день….

— Ты красивая безумно, — шепчет Тимур себе под нос.

Я делаю полшажка в сторону, чтобы мы соприкоснулись плечами.

— Ты тоже.

Щеки заливает румянцем, будто мне снова шестнадцать лет.

— Когда уже можно сказать “согласен”?

— Потерпи две минуты…

— Потерпи!

Тимур сердито цокает языком, обнимает меня ладонью за шею и притягивает к себе, чтобы впиться в губы, наплевав на церемонии и правила. И не отпускает вплоть до самых важных вопросов. Даже своё “согласен”, выговаривает мне в рот.

А мне совсем не хочется призывать его к порядку. Не хочется всё контролировать, всё делать “правильно”.

Впервые в жизни я чувствую себя не преподшей с горой ответственности на плечах, а просто женщиной. Любимой и желанной. Нужной. Ради которой можно изменится, захотеть быть лучше, а не подстраивать её под себя. Которую ценят превыше всего.

— Ты же говорила, что не будешь плакать, — смеётся Тимур, вытирая мне щёки.

— Это в последний раз, — улыбаюсь я.