Жрицы резонанса - Романчик А.В.

— Да что такого особенного в этих кастратах? — вклинился Дрэт с недоумением. — Почему они так сильно этого хотят?

— Его контролировать проще. Когда проходит совершеннолетие кастрата, риетки туда всей толпой валят, словно желаннее мужика для них не существует. Я там присутствовал по делам, так мне прям завидно стало, когда я увидел, как они все на него смотрят. И все её визиты и письма связаны с тем, что она хочет получить кастрата. И я не советую тебе, Ит, этого проверять и ей доверять. Она это сделает, можешь не сомневаться.

— И что мне делать тогда? — немного успокоился Ит. — Как её замотивировать?

— Я ей дам мотив по-другому. Она такая бедная, что вынуждена была поселиться к моей под заботливый бочок. Я в любой момент могу лишить её всех привилегий и обесценить её тушку до нуля.

— Ты просто хочешь её угрозами заставить? — не воодушевился Ит.

— А у тебя есть предложения получше, как разговаривать с манипуляторшей?

— Ну… может она чего-то хочет, раз бедная? — пожал плечами парень. — Я понимаю, что она искусительница, но у неё же есть какие-то желания, которые можно оплатить.

— Я подумаю над твоими словами.

И Рэт ушел, забрав с собой последнюю надежду Виты на общение. Теперь она могла не сомневаться, что Рэт отдаст приказ, чтобы перехватывали и проверяли все письма, что попадали к его брату.

— Только не говори, что ты собираешься её есть! — увидел Ит, как Дрэт невозмутимо развернул шоколадку после ухода Рэта.

— Ну, не станет же риетка травить своего единственного мужа и на меня точно её колдовство никак не подействует, — резонно заметил Дрэт, уже кусая шоколад. — Вкусно с орехами. Хочешь?

— Нет, меня и так крутит. Боюсь, может стать хуже. От неё воняет риеткой.

У Виты глаза едва не полезли на лоб. Она прикасалась к шоколадке всего пару раз, и та не могла настолько сильно пропитаться запахом.

— А мне вот, что интересно стало, в какой клан хотела твоя риетка? — задумчиво протянул Дрэт.

— Не знаю, наверное, к моретам… — неуверенно отвечал Ит.

Дрэт посмотрел производителя на упаковке:

— Хм, и шоколадку, походу, она у моретов купила. Но чем для неё мореты лучше нас? Если верить слухам, они многие сыновья проституток и ведут себя не менее озабоченно в присутствии риеток, чем мы.

— Легче кастрата сделать? — пожал плечами Ит.

— А ты слышал о моретах-кастратах или они так хорошо шифруются, что нам никто об этом не рассказывал?

— Ты к чему клонишь? — подозрительно уточнил Ит.

— Нахожу логические дыры в словах твоего брата. Витор упоминал, что сестричку Риты все мамашки-проститутки видели своей невесткой, но при этом сореты радовались, что она не у них в списке. Хотя сореты очень уважаемый и почетный клан, как и мы. И Витор не в курсе, что сестричка Риты там у них натворила.

— Ты спросил у отца⁈ — понял Ит в какую сторону клонит сосед по комнате.

— Я спросил у прабабушки. Она как пылесос отовсюду сплетни собирает.

— Да ладно!

— А какие у меня тут еще развлечения, кроме как узнавать через неё, что творится снаружи? — продолжал кушать шоколад Дрэт. — Батя мне такого не расскажет, еще и в челюсть может заехать. Оказалось, сестричка Риты вместе с моретками облачились в церемониальные наряды сореток и пошли гулять по улицам с нарисованной белой меткой на лбу, а по сути, с метками проституток.

— Постой… но у нас тоже белая, — указал себе на лоб Ит.

— У мужчины — это символ свободного выбора, насколько я помню, а у женщины такая метка обозначает проститутку.

— И ты хочешь сказать, что они косвенно обозвали сореток проститутками? — уточнил Ит.

— Прабабушка сильно возмущалась по этому поводу и сказала, что риетки и туреток проститутками обзывают. У нас же сестричка Риты почти такое же провернула. Взяла чужого ребенка и пошла в не совсем приличном наряде гулять по нашим улицам. Её много кто видел. И прабабушка сказала, что после её жеста у риетов с соретами серьезный конфликт начался, а сестричке Риты запретили въезд на территорию всех кланов.

— А как сестричка Риты может отреагировать на угрозу в свою сторону? — издали поинтересовался Ит.

— Не знаю, но ничего хорошего от неё ждать не стоит.

И он был прав, потому что Вита пока их слушала, уже собирала свои немногочисленные вещи, чтобы свалить в монастырь. Пускай оттуда попробуют её выковырять. Под защитой их стен срывов братца Рэта можно не бояться. Мог хоть кругам вокруг них бегать, но до неё ему не добраться. Да, жизнь не такая будет роскошная как в поместье Феты, но ей не привыкать к ограничениям, учитывая, что она и так бедная по меркам высокомерных задниц.

Охрана из туретов хмуро последовала за ней, когда она со своим чемоданчиком направилась к ближайшему монастырю. Но перешагнуть порог монастыря ей элементарно не позволили.

— Ну, куда же ты собралась, кошечка? — раздался знакомый голос и её бесцеремонно на плечо закинули, а вещи девушки бросили ближайшему телохранителю.

— Вы не имеете права меня задерживать! — возмутилась Вита.

— Разве я не твой любимый котик? — послышалось глумление. — И я тебя поймал до того, как ты от меня сбежала.

И как она не возмущалась, её понесли обратно к поместью Феты, где внутри их дожидался очень злой Рэт.

— Поймал вашу сбежавшую кошечку, — скинул на ближайший диван Виту Догет.

— Так, кошечка, — встал напротив девушки Рэт. — Если ты еще не в курсе, то высокоуровневым туретам очень плохо рядом с риетками, поэтому встречи нежелательны даже после вашей первой ночи или ты не видела в каком состоянии прихожу сюда я? И мне не хочется, чтобы мой брат сидел на лекарствах из-за тебя. Ему нужно минимум лет пять привыкания к своей силе и особенностям вашей связи.

Вита молчала, стараясь не заплакать от обиды. Она не пыталась спорить, хотя прекрасно знала из рассказов отца, что туретов специально такими специфичными делали. И вместо неё об этом сказал Догет:

— Рэт, она — дочь Тэта и знает, куда больше обычной риетки. Я её поймал возле монастыря риетов. Ты понимаешь, что это за жест?

— «Терпи, животное», — с яростью