Врачебная тайна - Дия Семина

окончательно съедет с катушек, — накинула свой домашний халат, собрала волосы в легкомысленный хвост и мысленно позвала Гришу, пора нам наведаться покои Елены и забрать у неё мои наряды.

— Дорогая, ты уже встала? — кричу через дверь в комнаты Елены и слышу какой-то шорох.

Неужели там сейчас спит Андрей? Хотя чему я удивляюсь, конечно, он провёл ночь с ней.

— Настя, уходи, я не хочу с тобой разговаривать! — послышался томный голос, эдакий менторский тон с нотками назидания, заведомо выигрышная позиция огорчённого родителя, начало положено, потом она отполирует наши непростые отношения несколькими ситуациями и будет требовать от меня извинений за неподобающее, расстраивающее поведение. Самый примитивный уровень манипуляций, на который меня невозможно подсадить.

— Взаимно, дорогая! Я тоже не хочу разговаривать, но Андрей Антонович посоветовал мне обратиться к тебе за советом относительно наряда на благотворительный бал в царском дворце сегодня вечером, о котором ты, должно быть, слышала. Мои наряды чудесным образом испарились из шкафов, так что без твоей помощи совершенно невозможно обойтись.

В этот момент Гриша смог повернуть ключ в замочной скважине и открыть дверь.

Андрея в комнате нет! Уже прогресс.

— Я ненадолго, раз уж мы одна семья и ты прошлась с инспекцией по всем моим комнатам, то не сочти за грубость, мне придётся сделать то же самое. О, нет-нет, сиди, пей утренний кофе, читай светскую хронику, я сама справлюсь…

И прохожу мимо «сестры», сидящей за небольшим столиком, ошалело следящей взглядом за моим внезапным проникновением в её сокровищницу, куда она как сорока тащит всё, что плохо лежит.

Впервые в жизни Елена потеряла дар речи — событие, достойное памятной записи в дневник, которого у меня нет и вряд ли будет.

Пока она не пришла в себя, я пробежала в такую же комнату со шкафами, как и в моих покоях, Гриша открыл всё разом, и я вдруг начала узнавать «свои» наряды.

— Леночка, это ужасно некрасиво брать чужое. Все эти платья мои. А вот этот наряд, ты, кажется, купила вчера, и деньги списаны с моего счёта, не так ли? Отличный выбор, у тебя действительно превосходный вкус. Именно в нём я пойду сегодня на бал. Андрюше, можешь сказать, что очень мне помогла с выбором. И я тебе благодарна…

— Ах, ты стерва! Как смеешь? Это моё платье, свои тряпки прошлого сезона можешь забрать, но это я заказала у модистки! — на её лице проступили красные пятна, на шее вздулась вена, как у разъярённого мужика, ещё немного и она накинется на меня.

— Не истери, дорогая. Мы же сёстры, забыла? Ты у меня одолжила дом, мужа, драгоценности. Не жадничай, надо делиться.

И не дожидаясь, пока она переварит мой бунт, выбегаю из её комнат.

Выходка почти удалась.

Знала ли я, что мне не сойдёт с рук подобная шалость?

Да, конечно. Скандалу быть!

Был-ли у меня вариант поступить иначе?

Нет, разве только идти на светский раут в том прогулочном платье, что я купила вчера. Да меня в таком виде и на порог дворца не допустят.

Но я умею блефовать, и порой на меня снисходит артистизм, вот примерно, как сейчас.

— Анастасия! Какого чёрта ты вытворяешь? — неожиданно на пути возник муж и так строго спросил, что настоящая Настя стушевалась бы, но не я.

— Ах, дорогой. Ты вчера посоветовал спросить совет у Елены. Осмотрела свои шкафы и ничего достойного не нашла. Пришлось обратиться за помощью к нашей добросердечной, отзывчивой подруге. Смотри, какая невероятная щедрость, Леночка отдала мне и мои же прошлогодние наряды, и свою восхитительную обновку, идеальное платье для царского бала. Ох, что бы я без вас делала.

Моя тактика окончательно запутала «родственников» из ненормальной и одержимой истерички, я вдруг превратилась в слегка придурковатую стерву с прямолинейным характером. Да, потому что у меня отличные учителя…

Делаю шаг в сторону, обхожу мужа, не обращая внимание на его крайне удивлённый вид и на то, что Елена уже распахнула дверь и начала костерить меня не теми словами, какие обычно используют истинные леди.

Играю с огнём, и если бы не Гриша, то вряд ли бы я решилась на столь авантюрную вылазку.

У самого порога в свои покои замираю на секунду и слышу те самые слова, какие так хотела услышать:

— Андрей, ты не посмеешь! Ты не можешь пойти с ней на этот чёртов бал! Отмени всё сейчас же! Иначе…

Она позволила себе лишнее и тут же получила отпор от Андрея, какого не ожидала:

— Я ждал этого мероприятия очень долго, она моя жена, и мы пойдём на этот бал. Вчера я не высказал тебе никаких претензий, но эти выходки заставляют задуматься о здравии твоего рассудка. Ты себе слишком многое позволяешь, недозволительно много, скрыла от меня долгожданное приглашение, изъяла без разрешения украшения из сейфа, а это уже не шалость, а проступок, достойный расследования и наказания. Присвоила платья Насти, и, скорее всего, тот банковский документ с кодами тоже в данную минуту находится у тебя, притом что на мои вопросы ты бессовестно солгала и не моргнула глазом. Потрудись его отдать сейчас же, иначе мне придётся приказать обыскать весь дом, и не слугам, а с привлечением профессиональных сыщиков.

Она что-то ответила очень тихо, а мне пришлось спрятаться у себя.

Как сладок вкус победы.

Гриша тут же добавил ложку дёгтя:

— Елена тебя уничтожит, просто застрелит, а я от пули спасти вряд ли смогу. Она психопатка, и ты загнала её в угол.

— Будем надеяться, что она не догадается снова пойти на откровенное убийство. На самом деле я думала, что будет проще. Это всего лишь платья, а мне нужно вернуть всё и прежде всего репутацию.

— А мужа?

— Какого мужа? Вернуть Андрея? Ты шутишь? — я не успела разумом осознать его короткий вопрос, а в душе появился мгновенный негативный отклик, даже страх, что я перестараюсь и действительно добьюсь того, что муж возомнит себя невинным котиком, и потребует от меня исполнения супружеского долга со всеми вытекающими последствиями. И это сейчас не каламбур.

Он ведь только что прямым текстом сказал, что я его жена…

Такой побочный эффект мне не нужен, но, кажется, я его получу. В этом мире развод после венчания, кажется, невозможен, что-то такое упоминалось в разговоре с настоятельницей Евдокией, и я не смогу Андрея ни выгнать, ни развестись. Настя сама каким-то «чудом» отдала свою жизнь в его руки без остатка. А в моём распоряжении весьма скудный выбор: либо совместная жизнь, как соседи пока смерть