Не Твоя Ставка, Мажор! - Мира Лаверн

мне возможность спорить. Красивое оправдание можно было разрушить. А прямое признание оставляло только сам поступок.

— Почему рассказываешь сейчас? — спросила я.

— Потому что ты должна знать.

— Я и так знала, что ставка мерзкая.

— Не знала, насколько.

— Теперь знаю. Спасибо.

Я встала.

Тимур не двинулся.

— Разговор закончен.

— Хорошо.

— Иди.

— Я обещал проводить вас.

— Мне не нужна твоя защита.

— Расписание всё ещё в канале.

— Я позвоню охране.

— Хорошо.

Он поднялся.

Я ждала, что Тимур уйдёт.

Он надел куртку, взял телефон и остановился у двери.

— Алиса.

— Что ещё?

— План изменился.

Я рассмеялась.

— Потому что выяснил, что у меня нет денег и можно обойтись без ресторана?

Его лицо стало жёстким.

— Не говори так.

— Почему? Неприятно слышать точный вывод?

— Потому что я никогда не собирался покупать тебя.

— Только признание.

— Да.

— Огромная разница.

— Для тебя сейчас никакой.

— И для тебя не должно быть.

Тимур посмотрел на тёмную камеру.

— Ставка больше не кажется мне забавной.

— После того как опубликовали разговор?

— Раньше.

— Когда?

— В первом выпуске.

— После кофе?

— После того как ты рассказала про сообщения.

— Но ты всё равно не отказался.

— Я не хотел проигрывать Денису.

— Очень достойная причина продолжать.

— Нет.

— Тогда зачем ты это повторяешь?

— Чтобы ты понимала: я не стал внезапно хорошим. Я просто слишком долго выбирал гордость.

Я молчала.

Тимур достал телефон.

— И что теперь? — спросила я.

— Теперь проиграю.

Он разблокировал экран.

— Что ты делаешь?

— Закрываю ставку.

Я не сразу поверила.

— Прямо сейчас?

— Да.

— Потому что я разозлилась?

— Потому что ты с самого начала говорила остановиться.

— Я говорила три дня.

— Знаю.

— А услышал только сейчас?

— Услышал раньше. Решил сейчас.

— Почему?

Тимур посмотрел на меня.

— Потому что если продолжу после всего, что увидел, то окажется, что каждое моё слово о границах было ложью.

— Оно и было.

— Тогда пусть хотя бы следующее действие не будет.

Он открыл переписку с Денисом.

Последнее сообщение от двоюродного брата было отправлено несколько часов назад:

Ну что, спасатель? Уже оплатил её трубу?

Я увидела текст и почувствовала, как к горлу поднимается тошнота.

— Он знает, — сказала я.

— Из канала.

— Или из записи.

— Да.

Тимур набрал:

Я выхожу из пари. По нашим условиям это поражение. Пятьсот тысяч остаются тебе. Никаких требований к Алисе больше нет. Моё имя из дальнейших ставок убираешь.

Он показал экран.

— Отправляй, — сказала я.

Тимур нажал кнопку.

Сообщение ушло.

Ответ появился почти сразу.

Ты серьёзно?

Тимур написал:

Да.

Телефон зазвонил.

На экране высветилось имя Дениса.

Тимур посмотрел на меня.

— Ответить?

— Это ваш разговор.

— Ты должна услышать.

— Почему?

— Чтобы потом не пришлось верить мне на слово.

Он включил громкую связь.

— Ты совсем поехал? — голос Дениса разнёсся по студии раньше приветствия. — Какие ещё пятьсот остаются мне?

— Те, которые я проиграл.

— Ты не проиграл. До бала больше месяца.

— Я вышел.

— После первого же слива?

— После того как понял, что должен был выйти сразу.

Денис рассмеялся.

— Орлов, ты влюбился.

Тимур посмотрел на меня.

— Нет.

Ответ прозвучал слишком быстро.

Почему-то меня это задело.

Совершенно нелепо.

Я сама не хотела, чтобы он влюблялся. Не верила в его чувства. Несколько минут назад услышала, что изначально он собирался меня бросить.

Но короткое «нет» всё равно неприятно кольнуло.

— Тогда почему отдаёшь полмиллиона? — спросил Денис.

— Потому что это цена моего решения.

— Ты понимаешь, как будешь выглядеть?

— Да.

— Вся команда решит, что Морозова тебя сломала.

— Пусть.

На другом конце стало тихо.

Денис явно не ожидал такого ответа.

— Ты капитан, — произнёс он.

— И?

— Капитан не сливается.

— Капитан отвечает за собственное дерьмо.

— Красиво заговорил. Она рядом?

Тимур не ответил.

— Конечно рядом, — продолжил Денис. — Она слышит? Алиса, поздравляю. Ты заставила нашего железного мальчика отдать полмиллиона, даже не поцеловав.

Я подошла ближе к телефону.

— Ты откроешь канал и удалишь моё расписание.

— А вот и героиня.

— Удалишь информацию о гранте и все личные записи.

— Канал не мой.

— Но счёт для ставки дал ты.

— Счёт дал бот.

— Компания оформлена на мать твоей бывшей девушки.

Денис замолчал.

Тишина длилась всего секунду, но мы оба её услышали.

— Ты полезла не туда, Морозова, — сказал он.

— Значит, туда.

— Это не доказательство.

— Тогда объясни совпадение.

— Я ничего не обязан тебе объяснять.

— Службе безопасности объяснишь.

Денис выругался.

— Тимур, ты понимаешь, что она делает? Она использует тебя, чтобы копать под команду и фонд.

— Я понимаю, что ты предложил ставку и дал счёт, связанный с Соколовой.

— Ты сам перевёл деньги.

— И сам от них отказался.

— Уже нет.

— Что?

— После выхода ты проигрываешь мне, но деньги сейчас не у меня. Они у организатора.

— Ты говорил, что контролируешь пари.

— Личное — да. Тотализатор — нет.

— Верни мою часть Алисе.

Я резко посмотрела на Тимура.

— Нет.

— Я не тебе говорю, — сказал он.

— Мне не нужны деньги.

Денис засмеялся.

— Вы идеальная пара. Один раздаёт чужие миллионы, вторая гордо отказывается.

— Деньги не чужие, — сказал Тимур. — Это моя ставка.

— Уже выигрыш.

— Тогда пожертвуй.

— Ты ещё и условия ставишь после поражения?

Тимур закрыл глаза на секунду.

Я видела, как ему трудно не сорваться.

— Хорошо, — произнёс он. — Оставляй себе. Но моё пари закрыто.

— Твоё личное — да.

— И дополнительные ставки.

— Их не ты открывал.

— Они основаны на моём участии.

— Уже нет.

— Тогда закрывай.

Денис снова рассмеялся.

— Ты правда думаешь, что люди перестанут ставить только потому, что капитан решил стать благородным? Теперь им ещё интереснее.

— Денис.

— Что? Ты хотел выйти — вышел. Публично унизишься сам или мне объявить?

Тимур посмотрел на меня.

— Сам.

— Подумай. Если напишешь сейчас, назад не вернёшься.

— Не собираюсь.

— Тренер тебя убьёт.

— Это не касается команды.

— Уже касается.

— Увидимся завтра.

Тимур отключил звонок.

Несколько секунд он держал телефон в руке.

— Он прав, — сказала я.

— В чём?

— Публичное заявление ударит по команде.

— Ставка уже ударила.

— Администрация запретила комментарии до согласования.

— Это моё признание.

— Тебя могут отстранить.

— Могут.

— И ты всё равно опубликуешь?

— Да.

— Почему не дождаться утра?

— Потому что утром мне предложат текст пресс-службы.

— Возможно, он будет разумнее.

— Возможно. Но это будет не моё решение.

Он открыл свой аккаунт.

На странице Тимура было больше двухсот тысяч подписчиков. Хоккей, тренировки, фотографии команды, рекламные публикации университетских мероприятий. Последний пост — победа в матче.

— Что напишешь? — спросила я.

— Правду.

— Это слишком широкое понятие.

— Поможешь?

Я почти отказалась.

Это была его ответственность.

Его признание.

Но если он напишет одну неудачную фразу, канал снова вырежет её и превратит в доказательство, что я заставила его.

— Дай телефон.

Тимур протянул.

Наши