Выйду замуж за первого встречного - Вика Тверская

— У меня тут планы вообще-то. — Подруга глазами показала в сторону сцены, на которой Владислав размахивал руками и призывал всех присутствующих срочно определиться с полом — девочка или мальчик.

Пока я убеждала Ленку, что ночь со случайным незнакомцем никак в мои планы не входила, кто-то из гостей затеял очередную бредовую активность — по рядам пустили детские ползунки. Те, кто желал нам наследника, должны были набивать деньгами голубой "мальчиковый" вариант, за дочку — розовые.

Откуда они их только взяли? Судя по папиному довольному виду, это была запланированная провокация. А ведь я его умоляла, что он может делать все, что угодно, только не продавать гостям торт, ложки и не просить сдать взносы в детские штанишки.

Благо, дополнительный сбор средств ограничился ползунковой эпопеей. Торт мы раздали гостям бесплатно.

После чая было самое подходящее время для того, чтобы потихоньку улизнуть.

— Ну что, ты готова прощаться с гостями? — Кирилл взял меня за руку, крепко сжал ее и, кажется, не планировал отпускать. Мысли мои что ли читает?

— Да, можно, — выдавила я. — Тебе ведь еще в город возвращаться. — Я решила держаться линии, что мы в любом случае будем спать отдельно, и ему бы надо позаботиться о месте для ночлега.

Глянула украдкой — глаза сузились, скулы напряглись.

— Что это у нас молодые загрустили? — Неуместно вмешался Владислав, и на нас тут же обернулась сотня пар глаз. Мы натянули дежурные улыбки. Для убедительности, что все в порядке и нас можно оставить в покое, Кирилл чмокнул меня в лоб и сквозь зубы спросил:

— В город? Ты уверена?

Я кивнула и промычала "угу".

— Сегодня я возвращаться домой точно не планировал. — С нажимом сказал он.

Я попыталась вытянуть ладонь, но он еще сильнее сжал мою руку. Вопрос о намерениях можно было не задавать. Все и так было предельно понятно.

Вариант был один — признаваться папе, что жених на самом деле не моя внезапная любовь, а едва знакомый мужчина, который просто решил меня выручить, и теперь требует расплаты.

Глава 24. Свадебный колобок

Сколько я себя помнила, папа всегда был на моей стороне. Чего бы это ни касалось — утешить из-за разбитой коленки, потерянной игрушки, наказания от мамы за невымытые вовремя полы.

Папа был спокойствием, уютом, душевностью, домом. Мама исполняла роль злого полицейского, от которого лучше укрыться в соседнем здании.

По взрослым разговорам я понимала, что на службе отец бывает очень строг. Но дома я почти всегда видела его добрым. Даже ночью, если мне снились кошмары, я звала папу.

В детстве у нас были доверительные отношения. Я рассказывала ему про первую двойку по русскому — влепили за сочинение, потому что «автор не это имел в виду». И про Мишку Скворцова, с которым мы жестоко подрались в пятом классе, а в седьмом он признался мне в любви.

Я делилась с ним мнением о прочитанных книгах, случайно услышанных разговорах, о странах, в которых хотела побывать и о планах на жизнь.

О том, что у меня начались серьезные отношения с Антоном и дело движется к свадьбе, папа тоже узнал первым.

Но именно сейчас я не могла ему открыться.

Должна была, но не могла. Я не знала, с чего начать разговор, боялась его реакции.

Чем больше отец давал мне тепла и заботы, тем больше подчинения требовал в ответ. В детстве я не придавала этому значения. Но в старших классах фраза «Ты обязана за добро платить добром» приняла иное значение.

В папином понимании «платить добром» означало полное подчинение. Всю жизнь он мягко навязывал мне свои установки: слушаться, не перечить, выполнять его просьбы и «быть хорошей девочкой», что включало в себя все вышеперечисленное.

Что я ему скажу?

Вот у мамы точно нашелся бы для меня совет, единый на все времена: «Раньше надо было думать».

— Катюш, ты очень напряжена.

Я почувствовала, как Кирилл ослабил хватку, и наконец, смогла освободить свою руку. Первым порывом было встать и бежать, спрятаться в объятиях отца. Или…

— Я тебя напугал? — Мой подсадной жених повернулся вполоборота и внимательно смотрел на меня. — Поверь, я этого совершенно не хотел.

— Ты просто…

Мысли закрутились вихрем. Как же я раньше не догадалась?

Мне нужно сбежать со своей свадьбы!

— Катюш, что я просто? — переспросил Кирилл.

Прямо сейчас сделать вид, что иду в туалет, а оттуда скользнуть на улицу, вызвать такси и — в город.

— Ты…

«Просто помолчи», — хотелось мне ответить.

— Ты сильно сжал мою руку.

Для убедительности я помассировала кисти.

— Прости, не рассчитал силы.

Я кивнула и выдавила улыбку, чтобы ослабить его бдительность.

Так, думаем дальше. Пьяной толпе на меня уже точно фиолетово. А Кирилл — даже хорошо, если он отправится меня искать. Уедет с клуба, и я сразу напишу отцу, что мы вместе.

Во мне проснулся азарт, я даже ощутила некий прилив сил. Отличный же план! По крайней мере, мой уставший и отуманенный шампанским мозг считал именно так.

От жениха из загса сбежала, и со свадьбы сбегу.

Этакий свадебный колобок.

Гости начали подниматься из-за столов. Ленку куда-то утащила мама — вот и хорошо, надежды на нее больше не было, пусть хоть Витька зазывает в свой номер ночевать. Идеальный момент для марш-броска за пределы ресторана.

Я начала вставать и Кирилл тут же подскочил.

— Мне надо выйти, — прошипела одними губами тоном «я что теперь не могу сама ни на минуту уединиться?».

Но уйти мне не дали.

Ведущий взорвался очередной активностью. На этот раз нас с Кириллом вывели в центр зала и вручили по толстой свече. Когда уже нас отпустят?

Заиграл кавер на «Дом восходящего солнца».

— Символично перед первой брачной ночью, — пошутил Кирилл. Но меня его шутка только разозлила. Я была уже на полпути к выходу, а тут опять изображать счастливую невесту, и при этом следить, чтобы воск не капнул на платье. Для полного счастья осталось еще пару раз услышать, что кому-то там горько.

Гости окружили нас кольцом, каждый держал по свечке поменьше. По задумке организаторов мы должны были танцевать, а приглашенные на камеру оставлять для нас пожелания на память.

В таких ситуациях, когда нужно сказать красивую фразу, а мысли улетучились вместе с алкогольными парами, все, кто не обладает красноречием, обычно повторяют за соседом.

Оператор скользил по кругу, и до меня доносилось «Счастья!», «Любви!», «Счастья и любви!».

Одним словом, папина родня не оригинальничала. Одна пара решила выделиться и