По следам - Валерия Арвен

— Дин, помоги… Анна... она там… — она задрожала еще больше, слова вылетали сквозь всхлипы.

Я не дослушал и уже побежал в направление, которое показывала Лили.

За углом института, возле черного хода, я увидел их. Группа ребят стояла полукругом, и в центре этого круга была Анна.

Герман — а это был именно он, я узнал его по бычьей шее и наглой ухмылке, что-то говорил, нависая над ней. Один из его прихвостней держал Анну за руку, выкручивая ее за спину. На ее щеке алела свежая ссадина.

— Ну же, красавица, ну один поцелуй от холодной королевы, растопи мое сердце, — тянул Марк, даже не замечая меня.

— А еще что тебе сделать? — голос Анны звучал ровно, но я чувствовал в нем напряжение.

— Ну, раз сама спросила… Если покажешь сиськи, то вообще атас будет.

Я не помнил, как преодолел расстояние. Не помнил, как сжались кулаки. Помнил только взрывную волну ярости, которая захлестнула меня с головой.

— Убери от нее руки, — сказал я тихо.

Марк обернулся, и его брови поползли вверх.

— О, смотрите, наша гордая принцесса нашла себе телохранителя, — громко сказал он. — А мы-то думали, ты одна ходишь.

— Я сказал, отойди, — повторил я, делая шаг вперед.

— Парень, иди, куда шел, — Марк даже не повернулся ко мне. — Я со своей девушкой сам разберусь.

— С твоей девушкой? — я усмехнулся, хотя внутри все кипело. — Не знал, дорогая, что у тебя есть кто-то, кроме меня.

Анна посмотрела на меня. В ее глазах мелькнуло что-то — то ли удивление, то ли злость.

— В последний раз говорю, — я сжал кулаки. — Отойди от нее.

Марк наконец развернулся ко мне полностью. Он был ниже меня, но шире в плечах, и его бычья шея говорила о том, что он не привык уступать. Конечно, он же был квотербеком в футболе.

— А иначе что? — он усмехнулся, шагнув ко мне. — Настучишь декану? Папочка заступится?

Я ухмыльнулся. Конечно, папочка мог бы заступиться, но там бы перепало всем и мне в том числе.

Я ударил первым. Кулак сильно встретился с его челюстью, и Марка отбросило к стене. Он больно ударился спиной, сползая вниз, схватившись за лицо и мыча что-то нечленораздельное.

— Ты охренел?! — заорал тот, который держал Анну за локоть, но, когда я медленно повернулся к нему, он заметно напрягся и сделал полшага назад. Однако Анну он так и не отпустил — видимо, надеялся, что я не ударю, пока он прикрывается ей как щитом.

Тогда Анна сделала то, чего ни я ни он явно не ожидали. Она резко дернулась вперед, используя его хватку как точку опоры, и с силой ударила его затылком в лицо. Парень взвыл как раненый зверь, разжал пальцы и отшатнулся назад, схватившись за разбитый нос, из которого тут же хлынула кровь.

— Ах ты сука! — заорал Генри, с трудом поднимаясь с земли и вытирая разбитую губу тыльной стороной ладони.

— Еще кто-то хочет продолжить? — спросил я спокойным голосом, обводя взглядом компанию Генри.

Повисла тишина. Друзья Генри переглянулись. Было видно, как они пытаются приценится к ситуации. Никто из них не горел желанием повторять судьбу приятелей, особенно когда рядом стояла девушка, которая только что разбила нос здоровому парню собственным затылком.

Но тут на меня накинулись его друзья. Один схватил меня за ворот куртки и дёрнул на себя, пытаясь зацепить ногой, чтобы повалить на пол, а второй замахнулся сбоку, целясь в висок. Я успел уклониться от первого удара, дёрнув головой в сторону, так что его кулак только скользнул по уху, но второй оказался быстрее. Его кулак влетел мне в ребра, и из лёгких вышибло весь воздух с глухим выдохом.

Я выпрямился, игнорируя боль, и с разворота врезал локтем первому, который всё ещё держал меня за куртку. Он охнул, выпустил меня и согнулся пополам, а я не стал ждать, пока второй придёт в себя — просто шагнул вперёд и добавил ему в челюсть с левой, и он упал.

Я перевёл дыхание и поднял голову. Генри стоял в стороне и смотрел на меня с ненавистью, но не двигался. Его нос распух, из губы сочилась кровь, но он держался. Остальные двое, которые на меня напали, валялись на полу, постанывая и пытаясь встать.

— Генри, валим, — заныл второй, тот, что повыше. — Там могут быть камеры, нас же...

— Заткнись! — рявкнул Генри, но я видел, что он колеблется.

Я шагнул к Анне, заслоняя ее собой. Она стояла ровно, только дышала тяжело, и я чувствовал, как дрожь проходит по ее телу, хотя лицо оставалось спокойным.

— Тебе конец, — прошипел он, глядя на меня. — Ты вообще знаешь, кто мой отец?

— А мне плевать, — ответил я холодно. — Еще раз тронешь ее — пожалеешь. Я тебе обещаю.

В этот момент из-за угла показался охранник — видимо, кто-то вызвал. Увидев нас, он ускорил шаг.

— Что здесь происходит?

Марк сплюнул кровь, одарил меня ненавидящим взглядом и дернул головой своим. Они быстро ретировались, оставив нас с Анной и дрожащей в стороне Лили.

— Анна! — Лили подбежала и обхватила подругу за плечи. — Боже, у тебя кровь...

— Это не моя, — коротко бросила Анна, но я заметил, как она мимолетно поморщилась.

Я подошел ближе, разглядывая ее лицо. Ссадина на скуле, и разбитая губа.

— Сильно? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Анна подняла на меня глаза. В них было удивление — и что-то еще, чего я не мог разобрать.

Охранник подошел ближе, оглядел нас с подозрением.

— Кто здесь дрался? Вызывать полицию?

— Не нужно, — быстро сказал Анна. — Инцидент исчерпан.

— Исчерпан? — охранник поднял бровь. — А это что?

Он указал на кровь на асфальте.

— Несчастный случай, — ответила Анна ровным голосом. — Споткнулся.

Охранник явно не поверил, но связываться не стал. Проворчал что-то о том, что «на всех заявление напишу», и медленно пошел обратно, то и дело оглядываясь.

Когда он скрылся, я повернулся к Анне.

— Ты как? Дай посмотреть, — я потянулся к ее лицу, но она тут же