Рассвет ярости и гнева - Мелисса Рёрих

Тесса замерла, и взгляд ее упал на его левую руку. На его левое запястье, где метки Брачного Союза… не было. Этого не могло…

Она посмотрела на свое запястье: метка Брачного Союза по-прежнему была на месте.

Она моргнула, пытаясь осознать.

Ведь эта метка не исчезает со смертью. А даже если бы и исчезла, ее собственная все еще была на месте. И она могла… чувствовать его силу. Крепкую, несгибаемую. Не такую мощную, какой могла бы быть, ведь он расходовал ее весь день. Но все же…

Что-то было не так.

Тесса медленно поднялась на ноги, сердце колотилось, дыхание сбивалось. Края мира расплывались, пока она оглядывалась по сторонам. Ее Хаос бурлил в душе, тянулся, пробовал на вкус чужую силу вокруг. А потом, будто протянув руку, он сорвал слой наложенной магии.

На краю поляны стоял Декс и смотрел на нее с ухмылкой. В руке у него был каменный ошейник. Точно такой, какой она видела в последнем видении. Он просто стоял, будто чего-то ждал.

Она опустила взгляд туда, где лежало тело Теона: но его там не было. Скользнув взглядом по местности, она увидела, что и тело Тристина исчезло. Не слышно криков Акселя. Нет рева драконов над головой.

Все это было ловушкой иллюзий Декса. Он выманил ее подальше от остальных, исказил реальность, заставил растратить магию впустую. Вот почему ее запасы не пополнялись, когда она выпускала силу раньше.

Тесса еще мгновение смотрела на него. Декс даже не понял, что его магия больше не действует на нее. Ее собственный Хаос так тонко отразил его чары, обратил их против него самого. Поэтому Декс до сих пор думал, будто она сходит с ума над телом Теона, будто реальность по-прежнему под его контролем.

Дрожа от ярости и гнева, которую невозможно было описать, Тесса призвала кинжал из вихря своей магии. Длинный тонкий кинжал с клинком из оникса с такой же темной рукоятью.

Клинок, который оборвал жизнь Брекена.

Клинок, созданный, чтобы убивать серафимов.

Клинок, который Тристин принес ей после того, как похоронил тело Брекена.

Клинок, который она берегла именно для этого момента.

Только оказавшись прямо у него за спиной, она позволила своей магии полностью сокрушить его чары. Позволила ей вцепиться в его силу когтями и зубами, разорвать ее в клочья.

Декс резко выпрямился, встревоженный тем, что не видит ее, рыдающей над телом. Он лихорадочно завертел головой, а она ждала, пока он повернется.

И тогда вонзила клинок ему в грудь.

— Тесси? — выдохнул он, опуская взгляд на лезвие, рукоять которого все еще сжимала ее рука, а потом медленно поднял глаза на ее лицо. — Что ты делаешь?

Ее улыбка была острой, как лезвие. Она сжала рукоять и провернула клинок.

— Разбираюсь со своим гребаным бардаком, — прорычала она.

Декс пошатнулся и рухнул на колени, а она отступила. Он поднял руку и вырвал кинжал из груди, осмотрел его, а потом спросил:

— Где ты его взяла?

Теперь она кружила вокруг него. Хищник и жертва. На кончиках ее пальцев клубились свет и тьма.

— Похоже, ты не очень хорошо убирал за собой, — презрительно усмехнулась она. — Орэлия была весьма недовольна тем, что ты отказывал ей в силе.

— Орэлия дала тебе это? — резко спросил он, и ее улыбка стала шире, когда он попытался скрыть болезненный вздох.

— Она убила им Брекена, — мрачно произнесла Тесса. — А когда я убила ее, я оставила клинок себе.

Кончики его безупречных крыльев уже серели. Смерть подбиралась к нему, но этого ей было мало.

— После всех этих лет все свелось к этому, — выплюнул Декс, отбрасывая кинжал в сторону. — Я был рядом с тобой. Пытался помочь. Готов был положить весь мир к твоим ногам.

Ее смех прозвучал резко, почти истерично.

— Мне не нужно, чтобы ты клал мир к моим ногам. Я заберу его сама, Декстер.

— Марионетка Ариуса, — с отвращением процедил он, оседая на четвереньки, пока смерть все глубже проникала в него.

Его глаза казались слишком темными на фоне болезненно-серой кожи. Перья осыпались, щеки вваливались.

— Я не марионетка, — глухо сказала она, снова вставая перед ним.

Призвав черный меч, она кончиком лезвия приподняла его подбородок:

— Зато ты прекрасно знаешь, каково это — быть марионеткой. Что Ахаз собирался тебе дать? Он пообещал этот мир тебе так же, как обещал его Рордану?

Он плотно сжал губы, явно отказываясь отвечать.

— Я бы на твоем месте ответила на вопрос, Декс, — пропела она. — Я могу стать невероятно… дикой.

Он изогнул губы в презрительной усмешке, но Декс не смог скрыть гримасу боли, когда втянул воздух.

— Последний шанс, — бросила она, удерживая острие у его горла.

— Ты — разочарование, — прорычал он. — И ради чего? Ахаз сам разберется с тобой. Итог не изменится. Оглянись вокруг, Тесса. Разве хоть раз итог менялся?

Но тут он взвыл от боли. Клинок меча рассек не шею. Это была бы слишком быстрая смерть. Тесса вспорола ему кожу на спине, отсекая крыло, которое упало на землю. Второе крыло она оставила, а вот руку снесла одним ударом, по локоть. Потом ногу. Потом ухо.

— Все, что тебе нужно было сделать, — издевалась она при каждом взмахе меча, — Это ответить на гребаный вопрос.

Она ударила ногой, опрокидывая его на спину, а затем вонзила клинок прямо в живот, пришпилив его к земле.

— Я больше не буду той, кем ты хотел меня видеть. Теперь я та, кем должна была быть с самого начала, — прорычала она, позволяя своей силе проникнуть в каждую трещину его души, оплести оставшиеся конечности, торс, подняться к горлу.

Она не собиралась ждать, пока клинок заберет его последний вздох. Она сама хотела его забрать. Хотела, чтобы он знал: его жизнь станет топливом для нее.