Рассвет ярости и гнева - Мелисса Рёрих

Магия растекалась по полу, поднималась по стеклянным стенам к куполу.

— Но у меня есть другая история.

— Не сейчас, — рявкнул Ахаз.

— Во всем должен быть баланс, — нараспев произнесла Тесса. — Начала и концы. Свет и тьма. Огонь и тени. Небеса, моря, миры. Но когда чаша весов склоняется и Хаос обрушивается, кто будет сражаться, а кто падет?

Магия ее закружилась быстрее, а в руке вдруг появился лук.

— Ибо Тьма должна склониться, — ее взгляд скользнул к Теону, и тот, едва сдерживая улыбку, склонил голову перед ней. — А свет — править.

Она наложила стрелу на тетиву. Рордан рванулся вперед, но Теон хлестнул плетью тьмы, отшвырнув его к зеркалу. Рыцари скользнули вперед, и она выпустила стрелу. Потом еще одну. И еще.

— Но Хаос не выбирает. Контролируй неконтролируемое, иначе Ярость погубит их обоих, — продолжала она нараспев, и последний Рыцарь растаял, обратившись в ничто.

Свет и тьма взорвались, столкнувшись, когда Теон и Рордан призвали всю мощь своих даров. Но магия Тессы уже окутала комнату. Пока они боролись за превосходство, она полоснула себя по ладони и принялась кружить вокруг начертанных меток, позволяя крови капать на них. Символы вспыхивали, а она все глубже и глубже проваливалась в свой Хаос.

— Жизнь должна отдавать, а смерть — забирать, — пела она, и голос ее звучал все громче с каждым словом. — Но Судьбы требуют большее.

— Нет! — взревел Ахаз, ударяя ладонями по зеркалу. — Невозможно! Он не Ариус. Он не способен удержать столько силы!

Тесса замкнула круг. Стеклянные стены вокруг них пошли трещинами. Она слышала, как Лука снова и снова врезается в них снаружи.

Держится рядом.

Это хорошо.

Потому что она уже не была уверена, чем все закончится. Совсем не уверена.

Теон и Рордан были равны по силе: украденная мощь и свободно отданная магия уравновешивали друг друга. Но она была сильнее.

Она шагнула в круг, и ее Хаос слился с тьмой Теона, усиливая ее. Ее свет тоже слился, но с силой Рордана, выворачивая ее наизнанку и обрушивая обратно на него. Точно так же, как когда-то она обратила силу Теона против него самого. Магия швырнула Рордана к зеркалу, и Тесса сорвала клинок с пояса Теона.

— Судьбы зовут, и требуют жертву, — прошипела она, полоснув кинжалом по ладоням Рордана, пока тьма Теона удерживала его на месте.

Закончив, она потянула за нити магии Теона, чтобы развернуть Рордана. Они заставили его опуститься на колени и прижать ладони к стеклу, кровь Рордана растекалась по гладкой поверхности.

Затем мощным всплеском Хаоса она вышвырнула Теона из круга.

— Тесса! — закричал он, отлетая прочь. Из его спины вырвались крылья из теней. Тесса надеялась, что они помогут ему удержаться на ногах.

Рордан бился в ее хватке. Свет вспыхивал, пытаясь вырваться, но она тянула и тянула силу: теперь уже из Теона. Подняв взгляд, она снова встретилась глазами с богом в зеркале.

— Кто останется стоять? — продолжила она, чувствуя, как ноги отрываются от пола.

Вокруг нее сплетались свет и тьма, энергия взрывалась и отскакивала от стеклянных стен, удерживавших их внутри.

А потом она начала произносить слова. Те самые слова, которые столько раз слышала от матери. Те слова, которые повторяли Леди, принося свою силу в жертву ради королевств. Искупая тем самым зло, которое они принесли в мир: ложь, обман, алчность и жажду власти.

Она выучила эти слова наизусть, впитала их, спрятала глубоко в себе. И теперь, произнося их, чувствовала, как ее Хаос рычит и щелкает зубами, пытаясь перехватить ту силу, что утекала из Рордана в зеркальные врата.

Ахаз проклинал ее.

Теон выкрикивал ее имя.

Лука все еще искал хоть какую-то брешь, чтобы прорваться внутрь.

А она продолжала шептать и петь эти слова, позволяя своей силе нарастать, расти и расти.

Она планировала отыскать эти зеркальные врата уже после битвы. И все еще собиралась найти остальные. Можно было бы назвать везением то, что Рордан сам привел ее сюда, но везение никогда не играло роли в ее жизни. Как и совпадения. Пусть это будет судьбой.

Предназначением.

Ей уже было все равно.

Этот забытый мир принадлежал ей. А она терпеть не могла, когда кто-то трогал то, что ей надлежало защищать.

Рордан кричал от боли, отчаянно пытаясь оторвать ладони от стекла, но магия Теона держала их намертво. Она смотрела, как его конечности ломаются и выворачиваются под неестественными углами. Как кровь капает из носа, ушей, глаз. Как вся украденная им сила насильственно вырывается из его существа и устремляется в зеркало. Как зеркальные врата поглощают ее, и начинают трескаться.]Мелкие осколки со звоном падают на мраморный пол.

И когда последняя капля силы перешла от Рордана к зеркалу, когда лорд Ахаз затих и замер, Тесса в последний раз встретилась с яростным взглядом Ахаза в расколотом стекле и произнесла:

— И воцарил Хаос!

Она отпустила поводок, сдерживавший ее магию, и та рванулась к зеркальным вратам, обрушившись на них, словно волна. Ей показалось, что весь мир замер, будто сам Деврам затаил дыхание, пока Хаос пульсировал, вдыхал и застывал.

А потом он взорвался, и ударная волна рванулась во все стороны. Она окутала комнату своей силой, пытаясь сдержать разрушение, но оно прорвалось даже сквозь эту преграду. Ее подбросило в воздух. Тесса цеплялась за каждую ниточку своего Хаоса, стараясь удержать разрушения. Молилась любому, кто мог бы вмешаться, чтобы невинные снова не заплатили за все своей жизнью.

Стекло падало, смешиваясь с ливнем. Серафимы взмыли в небеса, и она подумала: выжили ли те двое, что были с ней?

Она надеялась, что да.

Надеялась, что сделала достаточно.

И Теон…

— Тесса? Тесса, где ты? — его голос эхом прокатился по их связи, и она улыбнулась, переворачиваясь в воздухе от мощи сдавливающей силы.

Она справилась.

Она спасла его. Это было хорошо.

У королевства и народа