В безопасности, обещаю - Нора Томас

— Роуэн, отнеси меня в кровать. Ты мне нужен, прямо сейчас.

Я даже не даю ей договорить. Уже на ходу подхватываю ее на руки и несу вверх по лестнице. Едва мы достигаем верхней ступеньки, как она начинает извиваться у меня в руках, трется о мой член, сводя меня с ума. Я шиплю, вжимая нас в ближайшую стену:

— Блядь, малышка, тебе нужно остановиться, иначе мы до квартиры просто не дойдем.

В ответ она вгрызается мне в шею и начинает посасывать кожу, а я не в силах сдержать стон.

Понимая, где мы находимся, я заставляю себя оторваться от нее, хотя для этого нужна вся моя сила воли. И, играючи, шлепаю ее по заднице.

— Клара, дай мне двадцать секунд. Ты откроешь дверь, а потом я буду молиться на каждый сантиметр твоего тела. Двадцать секунд, Красавица.

Она останавливается и фыркает:

— Пятнадцать секунд, Роуэн. Не больше.

Я ухмыляюсь:

— Договорились.

Отрывая нас от стены, я двигаюсь по коридору, пока не останавливаюсь у ее двери. Я позволяю ей медленно соскользнуть вниз по моему телу, мучительно медленно, чувствуя каждый изгиб ее идеального тела, пока она не встает на ноги.

Она разворачивается, чтобы открыть дверь, но я тут же снова наваливаюсь на нее, мои руки повсюду, мои губы жадно впиваются в любую часть ее тела, до которой могу дотянуться.

Клара наконец справляется с замком, и как только дверь открывается, я хватаю ее за бедра и направляю внутрь, не отпуская ни на секунду.

Я захлопываю дверь ногой, не дав ей и слова сказать. Мои пальцы сами собой сильнее сжимаются на ее бедрах, прежде чем я резко разворачиваю нас и прижимаю ее спиной к двери.

Одной рукой я перехватываю оба ее запястья и поднимаю их над ее головой, фиксируя в одной ладони. Напоминая себе, что не стоит перегибать, я чуть ослабляю хватку, чтобы она могла вырваться, если захочет.

Другой рукой я скользнул по боку ее груди, а затем перебираюсь к ее спине в поисках молнии на платье. Ее губы настигают мои, и в следующую секунду наши языки начинают бороться за власть.

Наконец я нащупываю маленькую металлическую молнию и медленно стягиваю ее вниз. Я медленно опускаю ее вниз, отступаю на шаг и буквально пожираю ее взглядом, пока ткань скользит по ее телу и оседает у ног.

Кажется, мое сердце на секунду просто перестает биться. Передо мной стоит Клара, на каблуках и больше ни в чем. Блядь, только в этих чертовых каблуках. И я клянусь, я никогда в жизни не видел ничего более прекрасного.

Я даже не понимаю, сознательное это решение или чистый инстинкт, но в следующее мгновение ее ноги уже обвивают мои бедра, мои ладони сжимают ее упругую задницу, и мы направляемся в ее спальню.

* * *

Клара

Я так поглощена Роуэном, что даже не понимаю, где верх, а где низ. Он пинает дверь в мою спальню, захлопывая ее, и набрасывается на мою чувствительную шею с поцелуями и укусами. Я мечусь, срывая пуговицы с его рубашки, но каждый раз мне приходится останавливаться, чтобы застонать, потому что, черт возьми, он сводит меня с ума. Моя голова скоро взорвется, если я не прикоснусь к нему, не почувствую его кожу, не попробую его на вкус. Я хочу, чтобы Роуэн Бирн поглотил меня целиком.

Он подхватывает меня на руки и переносит к кровати, бросая на спину с низким, хриплым смешком:

— Придется еще немного потерпеть, малышка. Я сдохну, если прямо сейчас не попробую тебя на вкус.

Он сдергивает с себя всю одежду, оставляя только черные боксеры, и опускается на колени рядом с моей кроватью.

Он хватает меня за бедра и резко подтаскивает к самому краю кровати. Раздвигая мои ноги, он облизывает губы и рычит:

— Если завтра утром на моих лопатках не будет следов от твоих каблуков, значит, я что-то делаю не так.

Он одаривает меня еще одной хищной усмешкой, и медленно проводит языком по мне снизу вверх. Прижавшись ко мне, он стонет:

— Блядь, я умер и попал в рай. Иначе невозможно объяснить, почему ты на вкус такая охуенная.

Его терпение лопается, он грубо закидывает мои ноги себе на плечи. Его язык работает медленно, лаская мой клитор, постепенно усиливая давление. Его пальцы скользят вверх-вниз по внутренней стороне моих бедер, пока он сосет, облизывает и жадно пожирает меня.

Вонзая каблуки ему в лопатки, я окончательно схожу с ума от отчаяния.

— Пожалуйста, Роуэн, мне нужно больше, — срываюсь я на стон.

— Блядь, ты звучишь божественно, когда умоляешь, — хрипло отвечает он.

Дождавшись, пока я не начну буквально разваливаться в его руках, он медленно вводит в меня два пальца, изогнув их вверх, лаская внутренние стенки. Другой рукой он легко надавливает на низ моего живота, и я едва не взлетаю с кровати.

Оргазм обрушивается на меня резко, жестко, без предупреждения. Перед глазами вспыхивают черные точки, когда я с криком выкрикиваю его имя:

— Роуэн!

Он не останавливается, продолжая движения, пока мое тело не перестает содрогаться, а я сама медленно не сползаю обратно на землю.

Сбивчиво дыша, пытаясь прийти в себя, я ощущаю, как Роуэн с наглой ухмылкой поднимается вверх по моему телу, осыпая кожу горячими поцелуями.

— Привыкай, малышка, — мурлычет он мне в ухо, — тебе еще не раз придется кричать мое имя. Это была только разминка. Я даже не начал по-настоящему.

Его губы находят мои, и вкус самой себя на его губах меня не отталкивает, как я думала. Напротив, заводит еще сильнее. Мои руки жадно исследуют каждый дюйм его тела, до которого могут дотянуться. Пальцы скользят по рельефным грудным мышцам, по рукам, покрытым черными татуировками. Мне хочется вылизать каждую линию, каждый изгиб его рисунков.

Я толкаю его за плечо, и он без сопротивления ложится на спину, позволяя мне взять инициативу. Мои руки дрожат, когда я устраиваюсь сверху, обхватывая его бедрами и наклоняясь, чтобы прижаться к его губам.

И тут, словно холодной водой с головы до пят, в мою голову начинают лезть слова Престона. Он ненавидел, когда я была сверху. Говорил, что я слишком большая. Что никто не захочет смотреть на меня в таком положении.

Роуэн, будто почувствовав мое замешательство, мягко проводит руками по моим бедрам, его взгляд настойчиво ищет мой. В этих темных глазах, ни насмешки, ни отвращения. Только жгучее желание.

— Эй, тебе не нужно делать ничего, чего ты не хочешь, —